Демон

Макс сложил руки на груди и напряжённо смотрел на Маринетт, которая полулёжа располагалась в большом антикварном кресле. Она была похожа на безвольную куклу: руки свободно свисали с подлокотников, босые ноги раскинулись в разные стороны, взгляд был полностью пустым. Вздохнув, ангел смерти посмотрел на свою сообщницу. Она спокойно стряхивала со своего кроваво-красного костюма остатки золотистой пыльцы. — Она хоть осознаёт, что происходит вокруг? — холодным тоном спросил темнокожий юноша. — Совершенно ничего, — ухмыльнулась Лила. — И какую иллюзию ты создала для неё, мастер обмана и лжи? — ухмыльнулся ангел смерти. — Мне не пришлось даже прилагать особых усилий, — ответила красавица, — она и так уже давно загнала себя в мир собственных иллюзий, создав в своём разуме настолько сложные лабиринты, что выбраться оттуда будет ох как не просто. Это будет очень легкой задачей для тебя. Достаточно только подождать и её сердце остановится само по себе. Она засмеялась так громко, что этот звук моментально разнёсся по коридорам. — Если бы я знала, что всё будет так просто, то не пришлось бы возиться так долго. А я ведь даже снизошла до того, что пыталась сжечь эту дурочку тогда! — Так это была ты! — громкий мужской голос заставил стены задрожать. Тьма рассеялась и в комнате мгновенно появился Адриан. Его глаза горели огнём ненависти. — Ты?! — вздохнула Лила. — Но как? — Неужели ты настолько уверена в себе и не уверена во мне, что даже и мысли не допустила о том, что я без труда смогу распознать твою ложь? — строго произнёс светловолосый демон. — Не слишком ли ты обольщаешься? Шатенка смотрела на старшего брата, не в силах и слова сказать. — Так значит это твоих рук дело? Даже несмотря на все мои предупреждения, ты посмела вновь причинить вред той, кто так важен для меня. — Как ты можешь? — выкрикнула Лила. — Она всего лишь смертная! Такова её природа — однажды она умрёт и ты ничего не сможешь с этим поделать. Её имя уже давно записано в перечень смертей. Одно уже это заставляет тебя страдать. И будет проще, если ты позволишь ангелу смерти забрать её сейчас. Однажды боль от её утраты пройдёт и ты сможешь вновь обрести счастье. Обрести его рядом со мной. — Что за вздор ты несёшь опять? — брезгливо поморщился Адриан. — Но я люблю тебя! Почему ты отказываешься это признать? Я люблю тебя всю свою жизнь и никогда бы не посмела даже мысленно отвергнуть твою любовь! Я не такая, как эта жалкая смертная! Рядом с ней ты отверг всю свою демоническую гордость. — Прекрати. Твои слова отвратительны! — Я люблю тебя! — Я — твой брат! — Ты не можешь быть моим братом! Ведь мы даже не похожи! Разве ты не допускаешь саму мысль о том, что твой отец мог тебе врать? Он просто заводил себе питомцев, игрушек, которые должны были всегда находиться при нём, сели он захочет развлечь своё жестокое сердце. — Глупая, — холодный голос Адриана заставлял всех поёжиться, — как ты можешь что-то говорить о смертной, когда и в твоих жилах течёт не самая лучшая кровь. Не забывай о том, что я был рождён за тысячелетия до твоего появления на свет. И ты такая же, как твоя мать: глупая женщина, которая так легко поддалась чарам нашего отца. Но глупость карается смертью. Я был там всё время. Я видел каждую из жён моего отца, видел каждую, кто поддавалась его улыбке и погибала. Таков был он сам — сжигая этих женщин дотла, он продлевал своё существование. И твоя мать была не исключением. Мы связаны узами, что ещё ужаснее, чем кровные. Мы — мерзкие создания, порождения моего отца, его любви и ненависти, часть его естества. И каждого из своих братьев и сестёр я когда-либо держал на руках, после того, как их матери становились жалкими головешками. И каждого из вас мне приходилось выпрашивать у него, дабы вы могли хотя бы жить и дышать. И после этого ты смеешь в чём-то сомневаться. Поражённая услышанным, Лила стояла без движения. — Но я никогда не позволю тебе быть с ней! — закричала она. Её острые когти остановились с нескольких сантиметрах от шеи Маринетт, из которой с каждой минутой всё быстрее выходила жизнь. Она оглянулась и увидела Алью и Натаниэля, крепко сжимавших её. — Игра окончена, сестра, — мрачно произнесла мулатка. — Это ты ему рассказала, — прошипела демоница. — А что ты предлагаешь мне? Чтобы ты уничтожила Маринетт, а я была бы обязана жить с этим чувством всю оставшуюся вечность? После долгих усилий шатенка вырвалась из объятий родственников и отскочила далеко в сторону. — Вы — глупцы! — взревела она. — Жалкие неудачники, что только и умеют прятаться. До сих пор надеетесь жить в своём светлом и чистом мире, которого нет. Мир людей совсем другой и нужно жить по его законам. Но вы вновь предпочли спрятаться. Скажите, сколько лет вы скрываетесь от реальности? — Замолчи, — крикнул Адриан, — я устал тебя слушать. Он опустился на колени рядом с Маринетт и мягко коснулся её холодной щеки. Он позвал её, но она не ответила. — Что ты сделала с ней? — прошипел светловолосый демон. — Ты её уже не спасёшь! — мерзко улыбнулась Лила. — Даже тебе такое не под силу! Юноша издал крик, от которого его дикая безутешная боль пронзила всех, кто был вокруг, заставляя упасть на колени. Его рука обхватила тонкое горло шатенки. — Готовься к смерти, — произнёс он.