Помоги мне

***

      Намджун начинает опускать руки и психовать, а Юнги просто курит в окно, изредка поглядывая на друзей. Он с самого начала знал, что из Гука в таком состоянии ничего путного не вытащишь. Но Ким упертый. Он пытался. Так активно, что самого себя теперь успокаивает.       Их монотонную печальную тишину прерывает звук открывающейся двери. Юнги автоматически кидает взгляд на часы. Ровно двенадцать. На полчаса позже. Где-то по дороге, значит, задержался.       Довольное лицо Чимина застывает в счастливой гримасе, пока парень в непонимании осматривает всех собравшихся. Долго ему это делать, правда, не приходится. Юнги только успевает заметить страх и растерянность, промелькнувшие на лице Пака, прежде чем тому прилетит сильный удар по скуле от Чонгука.       Намджун сразу же подрывается с места и пытается остановить мелкого, но у того, похоже, совсем "шарики за ролики". Он орёт в лицо Чимина непонятный никому пьяный бред, пытается вновь ударить, но его сдерживают. Поэтому, вырвавшись, Чон просто грубо выталкивает пострадавшего Чимина из комнаты, бессердечно сообщая, что сегодня тот ночует на улице.       А Пак в шоке. Держится за горящую от боли скулу, пытается вернуться в комнату и просит впустить, но дверь заперта и на все просьбы его только посылают. Отлично.       Парень оседает у стены рядом с дверью и кладёт голову на колени. Не так он хотел провести эту ночь. Совсем не так.       Печальный взгляд падает на зажатый в руке телефон с севшей батареей. Чимин жалеет о том, что не спросил Тэхёна о номере его комнаты прежде, чем они с другом разошлись. Потому что проводить ночь вот так, сидя на холодном полу с ноющей от боли щекой, совсем не хотелось. Но, к счастью, долго грустить и морозиться Чимину не приходится.       Из-за двери доносятся ругань, особенно чётко выделяется голос Юнги, и звуки падения тяжёлых предметов, после чего Чонгук вылетает из комнаты раненым зверем и сбегает в неизвестном Паку направлении. За ним выходит Намджун и грубо матерится. — Вот и нахуя ты это сделал? — поворачивается он к Шуге, что стоит в проходе и провожает раздраженным взглядом сбегающего друга.       Мин лишь недовольно фыркает на упрёк и шире открывает дверь, чуть не прибивая ей Чимина. — Пусть проспится! Заебал уже творить хуйню по пьяни. Он свою злость, блять, теперь и на других срывать решил! Совсем ебанулся!       Шуга кивает на ничего не понимающего Пака, рефлекторно жмущегося к стене. Намджун тоже бросает короткий взгляд на розоволосого и тяжело вздыхает. — Чокнусь, блин, с вами, — бормочет Ким, желает Мину спокойной ночи и, хмурясь, уходит к себе.       Юнги меж тем вновь обращает внимание на Пака и, оценив взглядом его состояние, протягивает руку. Он действительно выгнал сейчас Гука именно из-за Чимина. И главное, ему даже не было совестно. Ведь только недавно они с Паком наладили хоть какие-то отношения. Мин не собирался рушить их из-за пьяных заскоков мелкого. Да и самому Чону пара часов одиночества совсем не помешают. — Идём, — зовёт Шуга, помогая соседу встать.       Чимин чувствует себя странно, принимая чужую помощь, но покорно поднимается и проходит в комнату, замирая в коридоре. — Это ты тут бардак развёл? — тут же звучит голос Шуги из-за спины, пока Чимин окидывает взглядом невероятный погром. Он не то, что удивлён, он в полном шоке! Как и сам Шуга ранее.       Чимин, конечно, не идеальный сосед. Мог иногда насвинячить и не убирать за собой пару дней, но чтоб настолько! Да и склероза за собой он ещё не наблюдал, прекрасно помнил о том, что такого бардака не разводил. Шуга, судя по вопросу, тоже этого не делал. Тогда кто?! — Ч-что это, хён? — выдыхает Чимин, разворачиваясь к соседу. — Значит не ты, — заключает Шуга, оценив реакцию младшего, и раздражённо выдыхает сквозь зубы. — Тогда поздравляю! Какая-то сука залезла в нашу комнату! Видимо, что-то искала. Проверь свои вещи, может пропало что. Я завтра найду эту тварь и прибью нафиг!       Чимин вздрагивает от тона старшего, и мысленно радуется тому, что эта злость впервые направлена не на него.       Слушаясь Шугу, парень моментально кидается к своим полкам, запасам еды, одежде, документам, ценностям и даже, по совету Мина, проверяет вещи в корзине для белья. Попутно убирает весь бардак. Даже на половине Мина, чему тот молча радуется, ибо самому лень. — Всё на месте? — интересуется Юнги, когда Чимин заканчивает осмотр и падает на свою кровать. — Да, — кивает тот. — Хотя, кажется, толстовки белой нет, но я её, скорее всего, в спортивном зале сегодня забыл. — Вот, блять, — фыркает Мин и повторяет действие соседа, падая на свою койку. — Непонятно тогда, что вообще искали.       Юнги мониторит серьёзным взглядом потолок и хмурится. А Чимин внаглую разглядывает старшего. Он впервые видит его злость со стороны. Впервые это их общая проблема, которую Шуга пытается решить. И от осознания этого факта парень довольно закусывает губу. — Хён, как думаешь, кто это может быть? — Черт его знает. Раньше бы подумал, что ты, — отвечает Мин, и младший недовольно цокает, привлекая к себе внимание. — Я не настолько ужасен. — О, тогда ты просто не знаешь своего потенциала! – насмешливо фыркает Юнги, а Чимин борется с желанием запустить в него подушкой. В итоге решает и правда этого не делать. Мало ли что. Поэтому тоже просто фыркает и улыбается, продолжая наблюдать за Мином.       Пак замечает его улыбку, неожиданно появившуюся на лице после их диалога. Не широкую и счастливую, но вполне себе искреннюю. Хочется даже снять её на камеру, чтобы сохранить на память. А после... — Камера! — вдруг вскакивает Пак, радуясь собственной догадке, а Шуга вздрагивает от неожиданности. — Хён, у нас же есть камеры в университете! Можем просто посмотреть и узнать, кто заходил в нашу комнату!       Юнги меняется в лице и, доставая телефон, недовольно бурчит: — Чего раньше-то молчал?       Чимин наблюдает за тем, как быстро и ловко брюнет набирает кучу смс и улыбается. Кажется, при необходимости они могут работать вместе. — Айщ, найду завтра эту падлу и заткну ей руки в задницу, чтоб по чужим вещам не копалась! — зло шипит Шуга, отправляя последнее смс. А Чимин лишь легко улыбается. Эта ситуация кажется ему, пусть и шокирующей, но весьма забавной.       Ночью же Чимину становится совсем не до смеха, ведь к нему вновь приходят кошмары. Он опять мечется по своей кровати, лишь чудом не падая, и что-то неразборчиво скулит.       Первые десять минут Юнги мужественно терпит эту пытку. Затыкает уши подушкой, прячется под одеяло, старается отвлечься хорошими мыслями, а потом просто срывается. Выносить этот ночной концерт невозможно. Чимин его этим уже достал! Третий раз за неделю!       Брюнет рывком скидывает с себя одеяло, слегка запутавшись в нем, и подлетает к чужой кровати. — Пак Чимин, твою мать! Прекрати скулить! — шипит парень, грубо встряхивая раздражающего соседа.       Чимин неожиданно резко распахивает заплаканные глаза, тут же напугав этим Мина, и долгое время не может прийти в себя, бегая глазами по помещению.       Шуга стопорится и смотрит на это уже с волнением. Ладно бы просто ночной кошмар. Но совсем не нормально срываться во сне в истериках. Что, черт возьми, такое должно для этого сниться?       Именно об этом Мин и спрашивает у парня, когда тот одаривает его уже осознанным взглядом и постепенно успокаивается. — Я... не знаю, — честно отвечает Чимин, полностью приходя в себя и нервно проводит языком по губам. — Это что-то из прошлого.       Юнги хмурится. Чимин хмурится тоже. Первый не понимает, что за дичь происходит с младшим, а второй усиленно старается вспомнить, что конкретно ему снилось. С чем был связан сон и чем вызван Чимин знает. Но вот смысл этих кошмаров никогда не запоминался. Хотя может оно и к лучшему. — Так. Всё. Оставь это на завтра. Ложись спать, — командует уставший Юнги, слегка хлопая ладонью по кровати. – И не буди меня. — Не могу, — буркает Чимин, когда старший уже собирается перебраться к себе. — В смысле "не могу"? — вновь раздражается Шуга. — Каким хером, Пак Чимин? Я сказал спать! — Да не могу я! — прикрикивает младший. — Это постоянно меня мучает! — И что ты предлагаешь мне с тобой сделать?! — Я не знаю! — Да твою ж мать! — ругается Юнги и сверлит Чимина злым взглядом.       Пак раздражен не менее. Всё-таки сон с кошмарами тоже не может быть нормальным отдыхом.       Мин тяжело выдыхает сквозь зубы и закрывает глаза. Решение приходит быстро, стоит лишь вспомнить прошлую ночь, но брюнету это совсем не нравится. — Двигайся, — тихо приказывает он, удивившемуся Паку. — А? — Двигайся я сказал. К стене, — они встречаются взглядами, и Юнги цокает на чужое непонимание. — Блять, Пак Чимин, шевели булками!       В итоге Юнги всё равно приходится самому подтолкнуть младшего к стене, прежде чем улечься рядом, ибо тот решил слишком сильно тормозить от неожиданных действий старшего.       Тёплое тело бессовестно оплетают чужие холодные руки, а к затылку прижимаются носом, вызывая небольшую щекотку. Но Чимин терпит, не двигается. Слишком уж смущён.       По пьяни такое делать ещё ладно, а вот на трезвую голову довольно... странно. Но Юнги эта странность перестаёт мешать, стоит лишь обнять невероятно тёплого соседа. — Спи, — бурчит он, зарываясь носом в жёсткие розовые волосы, и почти сразу отключается.       Чимин же засыпает с трудом, потому как спать со старшим слишком странно. В тот раз был простителен даже стояк. В тот раз Шуга был пьян. Но сейчас все совсем иначе. Сейчас это смущает, сейчас это вызывает приятную дрожь и совсем непонятно, что с этой реакцией делать, и как теперь заснуть?       Но в итоге, несмотря на волнение, заснуть у Чимина получается. Загрузившись мыслями, он и не замечает как погружается в сон, наслаждаясь чужим присутствием под боком.       И ни один из них не знает о том, что в этот момент одному из охранников университета беспощадно перерезают горло.