Высший приоритет

Пластиковые жгуты-наручники крепко стягивали запястья, и Гэвин чувствовал, как медленно начинают неметь руки. В голове гудело от тяжелых ударов, каждый вдох рождался вместе с тихим хрипом, и рот наполнял мерзкий липкий привкус крови. Электрическая лампа противно жужжала над головой, но света от нее было мало, она едва освещала комнатушку на каком-то огромном металлическом складе. Рид давно понял, что кричать тут нет смысла, никто и не услышит. А те, кто услышат, поймут, что работа идет своим чередом. — Где RK900? — повторил вопрос вооруженный наемник, и Гэвин глухо рассмеялся окровавленным ртом. — Я же сказал… сказал вам, суки, я не знаю. И знать не хочу! — Гэвин поднял голову и уставился на вояку с гневом и злостью, а тот смотрел на него с прищуром, пытаясь понять, лжет Гэвин или нет, и все же занес руку для очередного удара. — Я сбежал от него! — вскрикнул Рид, и это возможно спасло его от нового перелома носа. Парочка охранников в масках стояли позади наемника и безразлично наблюдали за происходящим, скучая и явно не собираясь вмешиваться. — Тогда скажи, где он был, когда ты от него сбегал, — предложил другой вопрос наемник Киберлайф. На нем не было специальной формы с нашивками, но она была и не нужна. Не первый раз их нагоняли цепные псы компании, но впервые Гэвин попался. Впервые, потому что Ричарда не было рядом. От этой мысли в горле застыл ком, а затем все начало клокотать, и Рид не выдержал, запрокинул голову и засмеялся, неслабо удивив наемника, который теперь смотрел на него с опаской и волнением. — Мы всегда в дороге. В машинах и мотелях, заброшенных домах. Мы никогда не остаемся на одном месте. Там, откуда я сбежал, его уже давно нет. И вам не надо его искать. Боже! Вам надо бояться, что будет, если он вас найдет! — Не переживай, — ухмыльнулся наемник, — мы справимся с одним андроидом, это не такая уж проблема. — Да? И что вы сделаете, когда найдете его? Он боевая машина, он создан для сражений. — Ну, ты же как-то с ним справился, — пожал плечами наемник. Гэвин с презрением посмотрел на него, и будь силы, непременно плюнул бы в лицо. — Ты правда готов умереть ради этой жестянки? Жалкое зрелище. От очередного удара по лицу Гэвин на мгновение перестал видеть и болезненно застонал. — Умереть? Да я бы сразу сказал вам, где он, если бы знал, гандоны вы ебаные! — крикнул на них Рид и облизнул окровавленные губы. — Но ты можешь помочь найти его. — Это будет трудно сделать, если вы, уроды, убьете меня, — с вызовом сказал Гэвин, понимая, что наконец-то выпал его шанс на спасение. — Отведите меня в безопасное место, и я буду помогать. Я вам нужен, твари. Ричард не станет так просто с вами сотрудничать. Да он перебьет вас как мух. Вы сами сделали из него ебаную военную машину. Вы знаете. Ваши люди уже сталкивались с ним. Но я смогу его уговорить. Смогу быть приманкой, но только если Киберлайф поможет мне. — Мы все знаем о его боевых настройках, но даже с ними он всего лишь… — начал наемник, но пуля пробила его голову насквозь, кровавым дождем прошла мимо Гэвина, обдавая его горячими каплями. Рид повалился на пол и в панике начал бороться с наручниками, пока вокруг начиналась заварушка. Одна из очередей пулемета пробила светильник, и тот взорвался, рассыпался сверкающими осколками на бетонный пол, погружая склад во тьму, которая наполнялась звуками борьбы, криками и короткими очередями выстрелов. — Нет-нет-нет, — бормотал Гэвин, пытаясь высвободиться, но понимал, что все напрасно. Выстрелы сменились вскриками и командой отступать, но все это быстро затихло, а Гэвин в отчаянии понял, что сам он никуда не спрячется и не сбежит. Он чувствовал себя как последний выживший в умирающем городе, который оказался на пути природной стихии. И сейчас его готов был перемолоть в кровавые лохмотья неистовый смерч. Тяжелые шаги наполнили тишину опустевшего склада, и Гэвин замер, боясь поднять взгляд, и едва дышал. — Тебе не стоило сбегать, Гэвин, — спокойно и строго сообщил до жути привычный голос. — Я предупреждал, что они тебя поймают без моей защиты. Внутри все сдавило холодом, и воздух исчез из легких. Липкая паника растеклась по телу, и Рид попытался вздохнуть, но страх крепкой хваткой душил его. — Ты гребаный психопат, — прошептал Гэвин разбитыми губами и услышал шаги совсем рядом, почувствовал, как Ричард встал прямо над ним. — Я думал, что мы напарники, Гэвин, — спокойно сказал Ричард. — А напарники ведь ближе чем семья, верно? Напарники должны прикрывать друг друга. —Я не собирался тебя предавать, просто тянул время! — попытался выкрутиться Гэвин. — Ты воспользовался моим доверием к тебе, и к чему привел твой обман? Теперь нам снова придется искать андроида-медика. Это неразумно, Гэвин. Я не допущу подобного. Учти. — Ричард опустился на колени рядом с ним и заглянул в его лицо своими холодными, как ртуть, глазами. — Если ты еще раз сбежишь — я сломаю тебе ноги.

***

Рид лежал на груди Ричарда, вслушиваясь в тихое гудение его биокомпонентов, и старательно пытался не думать о своей прошлой попытке обхитрить андроида. Но воспоминания сами накатывали, словно волны на берег. В тот раз он выжил чудом. И дело не в наемниках, Гэвин был уверен, что они бы как раз ему жизнь сохранили. Но вот Ричард не стал его калечить или убивать только по одному ему известной причине. Риду хотелось верить, что эта причина в нем, в их отношениях, но умом понимал, что этого мало. Когда Ричард впадает в бешенство, то легко может сломать шею и ему. Так же просто, как он убил своего последователя в том клубе. Но Гэвин был почти уверен, что все эти срывы и даже жестокость в Ричарде излечимы. Просто симптомы какого-то сбоя. И Камски должен знать, как их устранить. — У тебя пульс ускорился, но нет видимых признаков возбуждения. Тебя что-то тревожит? — спросил Ричард, который спокойно лежал под Гэвином, небрежно приобнимая его за талию, и просматривал полицейскую базу, которую смог частично скопировать у Коннора, пока подключался к его системам для удаленного контроля над девиацией. Гэвин поднял голову от груди Ричарда и впился взглядом в его невозмутимое лицо. — Они вернутся либо с подмогой — и нам придется вырываться отсюда с боем, либо правда отведут нас к Камски. И тогда… Ты планируешь взять его в заложники? Не думаю, что его содействие будет… бескорыстным. А если он решит навредить тебе? — спросил Рид, пытаясь скрыть, что волнуется он вовсе не об этом. Не стоит Ричарду знать, о чем на самом деле думает его «напарник». — Оба варианта возможны, и мы имеем хорошие шансы в случае нападения. Кроме того, я подсоединился к полицейскому каналу и буду знать, если сюда направится штурмовой отряд. Мы сможем уйти до их прибытия, — ответил Ричард. — А то, что мы будем делать с Камски, зависит от его поведения. Конечно, я не доверяю ему. С чего бы? Я даже не его творение. Так что не думаю, что он охотно решит нам помогать. Но все равно можно извлечь пользу из нашего взаимодействия. — И ты поведешь девиантов… в бой? — осторожно задал Гэвин вопрос, который все больше его волновал. — Не в бой. Я не Маркус, и не ищу кровавого пути. Я слишком хорошо понимаю, что мы созданы для работы и сосуществования с людьми. С вашими желаниями и прихотями. Люди нам необходимы. Со мной остальные смогут трезво это понять. Без лишней боли и сомнений. — Да ну? — Гэвин усмехнулся и удобнее устроился на груди своего андроида, а темное сомнение, которое еще недавно поселилось в его сердце, начало медленно разрастаться. Он знал Ричарда. Знал хорошо. Видел его в бою, видел его жестоким и беспощадным. А еще нежным и на удивление заботливым. Ричард защищал андроидов с той же легкостью, с какой мог разбирать их на детали. Сначала казалось, что девиация породила в нем слишком много противоречивых чувств, а потом — что Ричард вовсе не способен их испытывать. Временами Гэвин совершенно не знал, кто его напарник. Оставалось надеяться, что Камски поможет с этим разобраться.

***

Поместье создателя андроидов было все таким же холодным и безжизненным. Стекло, сталь и мрамор, стерильная пустота и редкие картины. Хэнку еще в прошлый визит показалось, что все это больше напоминает музей современного искусства напичканный технологиями, чем настоящий дом живого человека. Хлоя встретила их с Коннором в прихожей и попросила подождать, пока она сообщит об их визите хозяину. — Сколько охраны снаружи? — спросил Хэнк у своего напарника. — Из людей — всего дюжина, остальное — техника. Я видел несколько андроидов из первых военных партий. Старые модели со столь простым искусственным интеллектом, что они вряд ли подвержены девиации. — Такие разве не сняты с производства? Они же работали черт знает как, — насторожился Хэнк. — Сняты, более десяти лет назад. Но стреляют хорошо. Не думаю, что для Камски было проблемой достать модели из демо-залов или со складов старых образцов. Странно, что в правительстве не установили такие, — заметил Коннор. — Ничего странного — после произошедшего люди и на стиральные машинки смотрят с опаской, что уж там говорить про механический манекен с винтовкой в руках, — покачал головой Хэнк. — И все же выставлять их здесь неразумно. — Может, Камски больше доверяет этим ржавым ведрам, чем людям, — предположил Хэнк. — Они могут быть эффективны против людей или обычных андроидов. Но против меня или RK900 — вряд ли. Я думаю, что смог бы их ликвидировать, не получив критических повреждений. Модель RK900 более развита в вопросах тактического нападения. Так что этот дом для него не станет неприступной крепостью. — Но тем не менее сам он сюда прийти не может, — заметил Хэнк. — И не должен. Лучше мы его приведем, чем он прорвется сюда с боем. Так у нас будет контроль над ситуацией, и мы сможем их изолировать. Но я все еще считаю, что необходимо доложить Маркусу. — И что сделает с ними твой предводитель Иерихона? Этот девятисотый, насколько я знаю, пристрелил его подружку, пытаясь до него добраться в утилизационном центре. Маркус наверняка подвержен гневу и захочет мести. Хочешь просто сдать их? — спросил Хэнк, но в голосе его не было достаточно осуждения. Он и сам не знал, как правильно поступить. Не знал, где здесь верный путь. Из человеческой солидарности Хэнк понимал, что Риду нужно помочь. Безопасно провести в участок, обеспечить необходимую помощь и содействие, например. Что с ним вообще было все это время? Та сбивчивая торопливая речь Гэвина на кухне, пока Ричарда не было рядом, не давала покоя. Риду явно нужно держаться подальше от собственного андроида. Его надо спасать, и это миссия по спасению заложника. Что же до девятисотого… Его лицо мешало спокойно думать. Глядя на него, Хэнк видел мертвые серебряные глаза на лице Коннора, и все смешивалось воедино, блокируя способность принимать трезвые решения. Зачем их только делали с одинаковыми лицами? Может, именно для этого. Чтобы, глядя на этого монстра, было так тяжело выстрелить ему между глаз. — Вы против, Хэнк? — насторожился Коннор и внимательно посмотрел на напарника. — Я не знаю. Но у меня был очень странный разговор с Гэвином, и я не уверен, что он с этим андроидом по своей воле. Хотя и не понимаю, что у них происходит. Но идея изолировать их здесь неплоха. Даже если охрана снаружи для них не опасна, уверен, внутри лаборатории этого гада найдется то, что сдержит эту машину Судного дня. — Значит, я получил ваше разрешение? — с облегчением уточнил Коннор. — Хорошо, мне бы не хотелось докладывать в Иерихон за вашей спиной. — То есть ты все равно планировал это сделать? — Конечно. Это наиболее рациональный вариант. Да и вы сами видели, что было в том баре и какой шлейф из мертвых андроидов и людей тянется по пути следования Рида и его… андроида. Предпочту лишний раз не рисковать. В фойе вышла Хлоя и очаровательно улыбнулась гостям. — Элайджа будет рад вас принять. Его крайне интересует любая информация об RK900.

***

Гэвин задумчиво чесал Сумо, а тот довольно кряхтел и тяжело стучал хвостом по полу. Такая простая радость, но в ней, казалось, было куда больше жизни, чем во всем, что в последний год с ним, с Гэвином, происходило. Что-то такое уютное и очень реальное. — Может, когда все кончится, мне завести собаку? — задумчиво проговорил Гэвин и посмотрел на Ричарда, который стоял, привалившись к стене, и следил за дорогой через окно. — Я бы предпочел кошку. Они более независимы, — высказался андроид, и Гэвин даже застыл от удивления. — Ты, что, кошатник? — поразился он и удобнее устроился на полу. — И не против животного? Ну, потом, когда с нас снимут обвинения и мы будем жить как раньше. — Как раньше — это как именно? Ты жил в своей квартире, которая на данный момент опечатана и находится под наблюдением полиции. Я возвращался на стойку в полицейском участке. — Ой, не говори ерунды, ты торчал у меня дома, как самый страшный будильник, — напомнил ему Гэвин, продолжая поглаживать Сумо. — Так было продуктивнее, — ответил Ричард и перевел взгляд на напарника. Гэвину показалось, что его андроид едва заметно улыбнулся. — Мы работаем эффективнее, когда вместе. Мне казалось тогда, что быть в участке — пустая трата времени. Ведь если мы вместе, то можем действовать сразу же. — И в какой момент ты решил, что кошка лучше собаки? — ехидно спросил Гэвин. — Это просто расчет. И ты не будешь гулять с ней по утрам и вечерам, а я тебе не бытовой андроид, чтобы этим заниматься. — А с котом бы сидел? — уточнил Гэвин. — С котами не нужно сидеть, достаточно минимальных условий и еды. Куда проще и практичнее. И они прирожденные убийцы, — заключил Ричард. — Так что да, я бы предпочел кота. Когда все придет в норму, — подтвердил он. — Я, черт тебя дери, не перестаю тебе поражаться, жестянка. Но ловлю на слове, — засмеялся Гэвин. Ричард отошел от окна. — Они прибыли. Подмоги нет, так что, думаю, все идет по плану. Готов встретиться с самим Камски? — спросил Ричард, и Гэвин вздохнул. — Если у него есть мягкая постель и горячий душ, то я всегда готов к такой встрече, — улыбнулся он и подошел к своему андроиду, но убрал руки в карманы толстовки, чтобы не выдать легкую дрожь от волнения. Вот и началось.

***

Хэнк всю дорогу с перерывами на большие тяжелые паузы рассказывал о системе безопасности и о том, как аккуратно нужно себя вести. Камски все подготовил и хотел их встретить, но от этого на душе легче не становилось. А когда они проехали за выстроенное ограждение с лазерным сканированием, Риду стало совсем не по себе. Это место было мрачным и холодным, даже несмотря на то, что находилось на живописном холме с видом на Детройт. Хэнк предупредил, что это только первый этаж и основное поместье находится под землей, и многозначительно — видимо, специально для Ричарда — сказал, что там множество андроидов для охраны и лучше не показывать зубы по приезде. — Он встретит вас, но не делайте глупостей, — посоветовал Хэнк весьма очевидную вещь. — Мы и не планировали, — огрызнулся Гэвин. — Я только хочу лучше понять себя. Лейтенант, вы напрасно видите во мне врага. Я был создан для поддержания мира. И за время наших скитаний смог уяснить, что эта лучшая часть в нас. — Какая еще, на хер, часть? — поморщился Хэнк и покосился на сероглазого андроида через зеркало заднего вида. — В наших жизнях есть цель и смысл, — ответил Ричард, и Андерсон заметил, как мигнул диод на виске у Коннора. Короткая вспышка на мгновение отразилась в стекле машины, и Коннор медленно вздохнул. Хэнк хотел спросить, в чем дело, но решил, что не стоит подобное обсуждать в присутствии Ричарда и Гэвина. У них еще будет целая дорога обратно, чтобы решить, правильно ли они поступают. В конце концов, пусть Камски и не беззащитен, но он стал невольной приманкой в их ловушке. Они припарковались у входа в поместье, и Коннор ушел вперед, чтобы проверить обстановку и сообщить о прибытии. Ричард только усмехнулся. Он видел охрану на въезде и заметил старые модели андроидов, которые были не лучше обычного автомата. Бездушные и бесцельные. К ним он не питал интереса и не считал чем-то хотя бы близким к самому себе. К их расе. Скоро. Очень скоро он сможет очистить их код от сбоев. Понять свою способность достаточно, чтобы не только влиять на остальных, но и исправить самого себя. Ричард прикрыл глаза и словно оступился, пропустив ступеньку, а когда открыл их, то стоял посреди пустого полицейского участка. Хотя... не совсем пустого. Гэвин, присев на край стола, улыбался ему. — Добрался. Мы почти у цели, Рич. Неплохо, — сказал он, и Ричард с подозрением посмотрел на него. — Я не включал этот режим. Я… — проговорил он, но запнулся, понимая, что впервые испуган, глядя на своего напарника. — Ты не сломан, — сказал Рид участливо, — ты же знаешь об этом? — Эмоции — побочный эффект девиации. Это тот изъян, который я могу исправить в других. Значит, смогу и в себе, — сказал Ричард напрямую и подошел ближе к напарнику, не понимая, почему не может на него спокойно смотреть без фиксирования сбоев в программах. — Ну же, не глупи, не для всех это проблема. Для тебя — точно нет, — подбодрил его Рид и самодовольно улыбнулся. — С каких пор ты стал говорить загадками? И конечно, это проблема. Эти эмоции мешают мне нормально думать. Я совершаю фатальные ошибки. Я… — Не боишься умереть, — кивнул Рид, — знаю. Но можешь лучше понимать людей. Не симулировать эмпатию, а испытывать. Это ли не великий двигатель для развития? Или ты всегда хочешь быть… кем? Кто ты сейчас? Уже ясно: не просто полицейский детектив. Может, мессия? Новый лидер Иерихона? Ты этого хочешь? — Я хочу остановить девиантов. И уничтожить Маркуса, — ответил Ричард и ощутил, как все его сознание ярко загорелось этими командами. — Ну да, — рассмеялся Гэвин и ткнул Ричарда в грудь. — И завести кота после, — сказал он, прежде чем Ричард смог отключить симуляцию и открыть глаза. — Все готово, проходите. Элайджа ожидает вас, — послышался приятный женский голос, и Ричард, переведя взгляд на окно, увидел снаружи улыбающееся лицо Хлои. — Идем, Ричи, — подбодрил его Гэвин и первым вышел из машины.