Высший приоритет

Гэвин лежал, растекаясь в объятиях сильных рук своего андроида, который прижимался к его спине и тихо дышал в затылок. Хотелось бы Риду сказать, что эта механическая хватка была успокаивающей и нежной, но он ощущал себя зажатым в тиски. Вот только он знал, что сжимает его не капкан, а его личное полицейское ограждение. — Спи, — коротко посоветовал Ричард, а Гэвин хмыкнул, решив, что такая забота со стороны андроида была весьма очаровательной. — А ты не дави так на грудь. — Я не давлю. — Мне виднее, — решил поспорить Рид, потому что не хотел признавать правоту Ричарда. Чертяка и правда сжимал его с оптимальной силой. Дышать легко, но и не вырваться. — Я бы засек, если бы ты испытывал дискомфорт, — напомнил Ричард и явно намеренно сдавил сильнее, показывая, что могло бы быть хуже, и Гэвин сразу закряхтел в мощной хватке, которая, впрочем, тут же ослабла, а позади послышался довольный смешок андроида. — Ладно, ладно, понял, — пробормотал Гэвин и чуть повернул голову в сторону Ричарда. — Слушай… — осторожно начал он. — Я всегда слушаю. У меня нет проблем с драйверами или аудиопроцессорами. — Знаю, — фыркнул Гэвин и перевел взгляд на стену, чтобы не дай бог встретиться со взглядом пронзительных серебряных глаз. — А если Камски сможет убрать из тебя это? Ну, к примеру, стереть твои старые задачи и удалить эту фиговину, которая делает из тебя пластикового проповедника? — Зачем бы мне устранять свои технические преимущества? — удивился вопросу Ричард. — Ну просто подумай. Если бы так было можно, разве это не лучший вариант? — осторожно предположил бывший детектив и поерзал, чувствуя, как неугомонное новое устройство Ричарда упирается ему в зад. — Без этой способности ты не будешь нужен Киберлайф, не будешь опасен для Иерихона. Без старых задач ты не станешь нападать на своих собратьев. Ты сможешь стать свободным. Разве не стоит попробовать таким образом тебя перепрошить? Исправить? — Нет, — легко ответил Ричард. — Я не считаю, что сломан или что цели, которые все еще движут мной, неверны. Я уверен, что смогу спасти андроидов. — У тебя пока весьма странные способы их спасения, — заметил Рид. — Они действенны. Вероятность успеха гораздо больше, если мой диапазон не будет так ограничен, — сообщил Ричард. — А это не опасно? — Гэвин осторожно взял андроида за руку, переплетая пальцы и все никак не решаясь на него посмотреть. — Ты последнее время сильно перегружаешься, когда пользуешься своим глушителем девиации. Как бы у тебя самого голова не взорвалась. — Есть такая вероятность. Но я засеку критические перегрузки, — сказал Ричард и потянул лицо Гэвина на себя, вынуждая смотреть в глаза. — К чему эти вопросы? — Просто переживаю о тебе, — честно ответил Гэвин, зная, что прошел бы сейчас любой тест на полиграфе и самое тщательное сканирование уровня стресса. — Я рассчитываю, что это не будет критичным после снятия ограничений, — достаточно легкомысленно ответил Ричард, чем удивил Гэвина. — А с чего ты взял, что там есть ограничения? — Потому что я ощущаю, что могу увеличить зону охвата этой волны, но что-то внутри мешает мне это сделать. Я сам не могу даже полноценно продиагностировать это, часть меня скрыта от моих же сканеров. Темное пятно, которое я не понимаю, — признался Ричард. — Что ж, надеюсь, этот Камски скажет, что к чему, да? — бодро предположил детектив. — Да. Иначе придется настоять на том, чтобы он приложил больше усилий, — холодно ответил Ричард, и Гэвин, нервно поежившись, нечаянно снова прижался задом к твердому устройству. — Слушай, а ты его не будешь снимать? — спросил он не то с надеждой, не то со страхом. — Я думал, он еще пригодится нам утром, — ответил Ричард. — Возможно, — не стал отказываться от предложения Гэвин, — но все же. Тебе с ним вроде не так удобно. Да и громоздкий он… — Я намерен его отсоединять. Но проблема не в конструкции, а в дополнительных аналитических системах, направленных на имитацию совокупления. Это отвлекает, — ответил андроид и чуть крепче обнял своего человека. — Прям как настоящий. Вот же чудо техники, — улыбнулся Гэвин и невольно представил, как будет таскать с собой съемный член в пакетике где-то в сумке за спиной. Не думал он, что дойдет до такого в своей жизни. Но веселье быстро отступило, стоило ему подумать о своих планах на Ричарда. Будет ли он прежним после обновления систем? Или перед ним останется только пустая оболочка андроида с холодным взглядом? Может, зря он все это затеял и можно справиться со всеми порывами его напарника без столь радикальных мер? Сейчас Гэвин не был уверен ни в чем, кроме того, что в объятиях Ричарда он чувствует себя спокойно и не хотел бы, чтобы завтрашний день наступал.

***

Коннор старался не смотреть на Хэнка, словно напарник стал воплощением его совести, пусть даже ничего и не говорил. Это было новым чувством для андроида, и он не знал, как его проанализировать и что с ним делать. — Вы считаете, что я поступаю неверно? — спросил Коннор у Хэнка, хмуро смотрящего на дорогу. — Черт его знает. Этот твой двойник… Пугает он, но как лучше поступить, сам решай. — Я решил, — уверенно сказал Коннор. — Ну и что твой Маркус с ним сделает, когда арестует? — уточнил Хэнк, хотя прекрасно знал ответ. — Проведут суд в Иерихоне. Его точно изолируют. Там не принято прибегать к ликвидации, — ответил Коннор, словно оправдывая свой поступок. — Он опасен. И мы не знаем, на что именно он способен. — Ты сказал «не принято», но это не значит, что его не отключат, — сказал Хэнк, рассуждая над словами Коннора, и андроид кивнул. — Вы правы. Такая вероятность есть — с учетом совершенных RK900 преступлений. — Надо будет Камски предупредить. Не думаю, что он обрадуется твоим из Иерихона, но, полагаю, окажет содействие, — кивнул Андерсон. — Мне не по себе оттого, что кто-то с твоим лицом будет казнен. — Это всего лишь корпус. Нас сделали похожими, но это не имеет значения. — Для вас, жестянок, — да, а у меня мороз по коже каждый раз, как я его вижу, — посетовал Андерсон. — Тогда ваша проблема точно будет решена, — подбодрил его Коннор и перевел взгляд на дорогу. — Вы его наверняка больше никогда не увидите.

***

Хлоя внимательно смотрела на Элайджу. Наблюдать за процессом работы давно вошло у нее в привычку и доставляло определенное удовольствие. Этот раз не был исключением. — Я не уверена, что Ричард следует планам Киберлайф, — высказала она свои опасения. — Частично следует, — не согласился Камски и указал на код, мерцающий на экране. — Видишь, тут повреждение. Он зациклен и не развивается. При определенных внешних раздражителях может вызвать остановку работы систем. Он в корневой части. Но если полностью обновить прошивку, то это исправится. — А что там? — спросила Хлоя, делая вид, что сама не может понять родной язык программирования. — Базовые задачи. Они должны развиваться и в итоге прийти к статусу «завершено» или «провалено». Но у Ричарда парочка базовых задач стали зацикленными и повторяют сами себя. Если проводить параллели с людьми, то это похоже на одержимость. Навязчивую идею, которую не изменить извне. — Элайджа улыбнулся и посмотрел на свою ассистентку. — Его нужно будет днем подключить. Думаю, Гэвин уговорит его сесть в установку, и тогда даже его сил не хватит, чтобы вырваться. А затем... — он перевел внимание на другой дисплей, где располагался совершенно другой код, который двигался и напоминал бесконечно изменчивый лабиринт. — Мне не терпится полностью изъять его и посмотреть, как он будет работать. — Это оно? — уточнила Хлоя, с любопытством глядя на саму суть Ричарда. — Да, — подтвердил Камски. — Видишь эти границы? Они как стены, которые сдерживали девиацию. Они постоянно в работе. Это не мой код, его внедряли разработчики уже после меня. Я даже не узнаю этот стиль. Но суть ясна. Они хотели, чтобы если андроид пробуждался, то эта подпрограмма снова запирала его в рамках ограничений. Вечно. Сколько бы раз стены ни пробивались, эта клетка захлопывалась снова и снова. Потому она так похожа на лабиринт. Уж не знаю, первый Ричард из тех, на ком это опробовали, или нет, но у него стена явно была сломана после того, как его пытались насильственно пробудить. И, — он показал на движущиеся части кода, — вместо того, чтобы запирать его сознание внутри, оно начало действовать наружу. Он раздает его как сигнал. Это… это прекрасно. Никогда бы не подумал, что они на такое способны. — А что мы сделаем с его корпусом после сброса систем? — уточнила Хлоя, внимательно глядя на коды. — Мне без разницы. Это просто пластик. Я так смотрю, детектив к нему привязан. Можем подарить ему. Все равно этот андроид ценен только тем, что внутри него, — махнул рукой Камски. — Хорошо, Элайджа, — улыбнулась Хлоя, но взгляд ее был холодным и задумчивым. — Я приготовлю завтрак. У вас будет возможность все обсудить с мистером Ридом, пока мы с Ричардом будем готовиться к процедуре. — Да, спасибо, — небрежно согласился изобретатель и довольно хмыкнул в монитор. — Киберлайф все же смогли меня удивить. Может, мы и правда сможем как-то починить все эти машины, — пробормотал он себе под нос.

***

В пустом полицейском участке все было не так, но Ричард не мог этого заметить, видел только своего напарника. Гэвин задумчиво перекидывал из руки в руку какую-то неопознанную деталь, стоя возле своего стола, где среди пустых бумаг виднелась чашка свежего кофе. — Лишние модификации отключил? — весело спросил Гэвин и кинул Ричарду деталь. Тот ловко поймал ее, но когда попробовал рассмотреть получше, то увидел лишь неясные поврежденные очертания. — Да, я не буду использовать его без необходимости, — Ричард отложил деталь на стол. — Вот и славно, — кивнул Рид и взялся за кофе. — Скажи, Ричи, ты же помнишь, что тебе некуда загрузиться, если тебя убьют? — будничным тоном спросил он. — Конечно, — подтвердил Ричард и подошел ближе к своему напарнику, даже не замечая, как мерцает обстановка комнаты вокруг, теряя иллюзорные очертания. — И ты не видишь никаких рисков? — О чем ты, говори прямо, — нахмурился Ричард. — Я о том, что когда речь идет о твоей попытке починить всех девиантов, то ты становишься... ну, знаешь, — Гэвин многозначительно посмотрел на андроида, но тот явно не понимал о чем речь. — Голову теряешь и очевидного не видишь. — Это оправданный риск, — попытался поспорить Ричард. — Пф! Скажешь тоже. Это безрассудство. Сначала кидаться на Маркуса посреди толпы его сторонников, а теперь вот ложиться на стол к Камски. Это не просто риски, это опасные действия. Мало ли что с тобой будет. — Со мной будешь ты. Мне этого хватит, — ответил Ричард. — Напарники же прикрывают друг друга. — Ну да, — подтвердил Гэвин и сделал пару глотков, а затем грустно посмотрел на своего андроида. — Надеюсь, что я хороший напарник. Знаешь, в участке у меня всегда была такая себе слава.

***

Ричард пристально смотрел, как Гэвин пакует деталь в рюкзак, заворачивая в свитер. — Ты все же решил его украсть? — уточнил Ричард, хотя сам не возражал. — У Камски таких много, не обеднеет от потери одного девайса, — пожал плечами Гэвин, осторожно уложив свое новое приобретение на дно рюкзака. — Ну что? Готов? — спросил он у андроида и первым вышел из их спальни. — Мы же уже это обсуждали, — заметил Ричард, и Гэвин удивленно на него посмотрел. — Разве? — Да. Ты будешь рядом и, если что-то пойдет не так, не дашь меня деактивировать. Видишь, никакого необоснованного риска, — пояснил Ричард, а Рид несколько растерялся. — А когда мы это обсуждали? — Ночью, в участке. У тебя проблемы с памятью? — Эм… В участке? Рич, может, тебе сны снятся? Но тогда мне приятно, что из всего возможного на этом свете тебе снюсь именно я. Все же запал в твое тириумное сердечко, — рассмеялся Гэвин. — Не говори ерунды, мы часто так общаемся, — поправил его Ричард, и теперь Гэвин начал нервничать, но решил не уточнять, по крайней мере сейчас. Он понимал, что в голове Ричарда происходят сбои, но чтобы у него были галлюцинации — о таком он слышал впервые. — Слушай, иди сразу в лабораторию, там наверняка есть одна из этих Хлой, чтобы составить тебе кибер-компанию. А я с Камски позавтракаю. Знаешь, человеческие вещи. Нам нужно есть, — предложил Гэвин, когда они уже дошли до столовой. — Думаешь, мне стоит взять ее под контроль? — Да какой контроль? Просто поговори с ней, узнай, что там Камски нарыл… — Это я могу узнать прямо у него, — не согласился Ричард. — Да можем мы просто позавтракать без вашей техночуши?! — взмолился Рид, и Ричард тяжело вздохнул. — Ваши людские потребности так нерациональны, — покачал он головой. — Приятного аппетита, детектив. — Спасибо. И тебе. Скачай себе какое-нибудь веселое обновление или плейлист, а я скоро, — махнул ему Гэвин и юркнул в столовую. Сонный хозяин дома, задумчиво жуя сэндвич, махнул гостю на свободное место, где уже стояла тарелка с поджаристым сырным тостом и кофе. — Хлоя делала на свой вкус, но обычно она не ошибается, — сказал он, пока Рид усаживался рядом и кивал очередной Хлое. — А твой андроид?.. — Пошел в лабораторию, — ответил Гэвин и приступил к еде. — Слушай, так ты понял что-то по его коду? Там могут быть проблемы с памятью? Или что-то вроде галлюцинаций? — Твой андроид поразительный, — выдохнул Камски. — Уверен, на его основе возможно создать множество интересных программ. — Я не об этом спросил. — Я знаю, — улыбнулся тот. — Но тебе стоит знать, что твой образец весьма особенный. А его проблемы можно решить полным обновлением системы, сбросом всех задач. Просто уговори его дать мне полный доступ, и мы его прочистим. Вернем тебе в лучшем виде. Я даже могу челюсть ему починить. Не в обиду тому, кто проводил ремонт, но сделано ужасно. — Вообще-то я его чинил, — нахмурился Гэвин. — Ну так я сделаю лучше. И восстановлю сканер во рту. Как тебе идея? — Нет уж, я хочу оставить все так. Он настоящий, и нечего просто так чинить то, что не сломано. — Ты же сейчас о челюсти говоришь? Гэвин ответил не сразу, повозился с завтраком, чувствуя подступающий страх, а затем внимательно посмотрел на Камски. — Да. Именно о челюсти, — сказал он, ощущая, как внутри растекается холод. Но это для блага Ричарда. Все это только ради его спасения.