Небесная Ведьма и её Туман

      На платформе девять и три четверти было не тише, чем на Косой Аллее. Животных же было и вовсе вдвое больше – под ногами то и дело сновали кошки. Гарри пару раз споткнулась и обязательно бы упала, если бы рядом не стоял Мукуро. Зато девочка успела углядеть и поймать невероятно редкого трёхцветного кота и даже заставила супруга его погладить. На удачу.       Ярко-красный паровоз приветливо сверкал на солнце, а табличка наверху гласила: «Хогвартс-Экспресс». Гладкая зеркальная поверхность отражала сов, кошек и людей, чья одежда могла вызвать только хохот. Взрослые волшебники могли облачиться в белые атласные блузочки, дамы щеголяли обилием перьев и рюшек. На зелёной бархатной шляпе у пожилой женщины высилось чучело стервятника с мутными серыми глазами. Другой маг решил, будто спортивные розовые бриджи и смокинг – это идеальное сочетание.       Впрочем, не все волшебники походили на разодетых клоунов, сбежавших из цирка. Гарри заметила неприлично пялившегося на неё светловолосого мужчину, нервно постукивающего длинной тростью с тяжёлым набалдашником. Кажется, она видела его в Белой Орхидее. Роджер сказал, что таинственного посетителя зовут Люциус Малфой. Видимо, её узнали. Люциус наклонился, тихо зашептав что-то на ухо бледному мальчику, похожему на стоящую рядом женщину, почти девушку. Волшебники очень поздно стареют. Сын? Гарри приветливо улыбнулась Малфоям – вежливость превыше всего, – и двинулась дальше.       Мукуро остановился, периодически поглядывая то на девочку, то на Хогвартс-Экспресс, задумчиво потирая подбородок. – Что случилось? – Гарри тоже уставилась на паровоз, ища взглядом взрывчатку, поломку или подставу, способную стать угрозой поездке. – Сравниваю, – с умным видом объяснил мальчик, – Но ты можешь гордиться – твои волосы определённо ярче, ку-фу-фу. – Балда! – девочка оскорблённо надулась. – Идём, иначе все купе займут – будем всю дорогу в коридоре сидеть и плевать в окно. – Либо мы будем сидеть на крыше и плевать людям на головы. Как вариант, – внёс предложение иллюзионист, отбирая у девочки тяжёлые чемоданы и запрыгивая на подножку Экспресса. Тележки остались на платформе.       Свободное купе обнаружилось в самом конце поезда и было мгновенно занято и обустроено. Чемоданы выгрузили под мягкие сидения, предварительно вытащив по книге. «Курсы Целительства» для Гарриэт и «Основы основ: Демонология», спрятанная под ложной обложкой, для Мукуро. – Ты что, родственные души ищешь? – заинтересованно качнула головой Поттер. – Скорее, старых знакомых, ку-фу-фу, – отозвался Рокудо, переворачивая старую ломкую страницу. Девочка расспрашивать не стала – захочет, сам расскажет.       Поезд завибрировал, угрожающе покачнулся и с громким скрежетом отправился в путь, резко дёрнувшись вперёд. Гарри с силой вдавило в сиденье, и она невольно посочувствовала детям, не успевшим занять купе. Машина набирала скорость.       Вскоре Мукуро отложил книгу в сторону, удобно устроившись на коленях волшебницы. Гарри, привычно запустив пальцы одной руки в густую шевелюру, откинулась на спинку сидения. На платформе люди махали вслед своим детям, братьям и сёстрам. За окном замелькали дома, а в Гарри невольно разгоралось любопытство. Магия – невероятно интересное явление. Как она работает? Почему все заклинания используются на латинском языке, а не, к примеру, на греческом? Какое значение имеет цвет луча? Зачем…       Дверь купе отворилась: – Здесь не занято? – поинтересовался рыжеволосый мальчик, младший из своей громкоголосой семьи, - Все остальные купе уже заполнены.       Гарри согласно кивнула, приложив палец к губам – мол, тише. Мукуро, без сомнения, уже проснулся, почувствовав чужое присутствие, но усугублять не стоит. Возможно, идея Куро повесить на дверь табличку «Зло спит – оно устало» была оправданна. Мальчик присел, украдкой поглядывая на неё и делая вид, что смотрит в окно. Гарриэт молчала. – Эй, Рон! – в купе просунулись две одинаковые макушки, – Слушай, мы идём в середину поезда – там у Ли Джордана гигантский тарантул. – Да-да, – недовольно проворчал Рон, кивнув головой, – Идите. – Ой, – изумился один из близнецов, замечая Гарри, – А как зовут… – …Столь очаровательную юную леди? – продолжил другой рыжик. – Меня зовут Гарриэт Поттер, а моего спутника – Рокудо Мукуро. Мне очень приятно познакомиться со всеми вами, – девочка дежурно улыбнулась. – Та самая? Девочка-Которая-Выжила? – Рия поморщилась. Прозвище, данное акулами пера волшебного мира, ей совершенно не нравилось. Девочка-которая-выжила! А кто тогда умер? Волан-де-Торт? И вообще, выжила – это прошедшее время, она же выживала, выживает и будет выживать! А те, кто по незнанию случайно убьется об её жизненный энтузиазм, – не её, Рии, проблемы.       Отношение к своей популярности у неё было скорее негативное, чем нейтральное. Общественное внимание, восхищённые взоры и парочка-тройка сотен завистников – в этом не было ничего нового. Но вот непосредственно причина – это совсем другое дело. Ребёнок, который победил величайшего тёмного мага современности! Да в статьях местных журналистов ереси больше, чем в сопливых женских романах! И это при том, что даже спустя десяток лет люди не забыли о невероятном подвиге. Значит, им об этом регулярно напоминали, что совсем не сложно – парочки статей на Хеллуин и Рождество вполне хватит для поддержания ажиотажа. В доброту душевную Поттер не верила – значит, хотят использовать для пока непонятных ей целей. Прямо ностальгия пробирает! – Именно. Не зовите меня так, это невежливо, – невозмутимо отозвалась Гарри, откидываясь на спинку сидения.       Близнецы переглянулась. – А мы Фред, – представился один мальчик, весело подмигнув Гарриэт, – и Джордж, – дополнил другой близнец, – Уизли. А это – наш маленький глупый братец, Рон. Вы уж позаботьтесь о нём, пожалуйста! Пока, ребятки! – близнецы мгновенно вылетели из купе, громко хлопнув дверью.       Гарри с трудом уложила дернувшегося было супруга обратно на колени. Имя мальчика подействовало на Мукуро, как красная тряпка на быка, и тот мгновенно напрягся. Однако Рон, казалось, и вовсе не заметил нависшей над ним угрозы и с восхищением уставился на Поттер: – А у тебя действительно есть… Ну, знаешь… – Уизли ткнул грязным пальцем Гарри в лоб, и загробным тоном продолжил, – Шрам... – Шрам? Ничего подобного. Раньше была парочка, но больше нет. – Как нет? А как же тот самый шрам? – Рон понизил голос, будто говорил о заговоре мирового масштаба, – От убивающего проклятия. В виде молнии, о нём все знают! – А, эта закорючка на виске? Свела, естественно, – невозмутимо фыркнула Поттер, – Зачем мне такого рода визитная карточка? Я идеальна и без подобной звезды во лбу, – Гарри картинно откинула назад длинные волосы, а Мукуро одобряюще засопел с колен. – Свела?! Но… Как же так… – Рон беспомощно огляделся, будто прося у сидений незримую поддержку. – Просто, – прервала его бормотания Поттер. – А теперь, пожалуйста, давай помолчим. Я посплю. – Но это неправильно! – Что неправильно? Спать? – Нет! Шрам, он… Это же символ! Символ победы над злом! Так говорит профессор Дамболдор, а он всё знает! – эмоционально воскликнул мальчик, сжав кулаки. Мукуро поморщился от громкого звука и, подняв голову, угрожающе протянул: – Я бы на твоём месте, Уизли, помолчал, – Рон сглотнул, кожей почувствовав жуткую ауру, витающую в воздухе. Он только сейчас заметил ещё одного человека, всё это время находившегося в купе, – Иначе существует реальная угроза твоего вывешивания из окна вверх тормашками в неглиже. Мы друг друга поняли?       На самом деле, людей Мукуро очень любил. Примерно так же, как фермер может любить свиней на скотобойне.