Ленка, что ты со мной сделала!?

Я очень удивился, когда после утренней зарядки в постели и несколько раз в ванной, мы сидели пили кофе, а к нам пришла Алиса. Эта та, про которую я вам говорил. Красноволосая, с веснушками и ямочками на щеках, анимэшница и слэшер. Она еще "помогала" нам с переездом. Помните, я немного рассказывал про нее? Дак вот, странно, что она приперлась в девять часов утра, якобы, чтобы попить кофе. Это... ммм... странно... Ну да ладно! Че это я к ней придираюсь! Нормальная девчонка! Ну... в смысле хорошая... а так она не нормальная... В смысле, сумасшедшая, но классная. Так, проехали короче! Они вежливо выгнали меня с кухни, а сами засели там. Но мое любопытство, не дало мне далеко уйти. Поэтому, спрятавшись за дверью, я подслушал немного. Но было плохо слышно, поэтому мог не услышать несколько фраз. - Ты точно ** уверен? Это может быть опасно! Это ** ведь так ненадежно! Ты знаешь, сколько му**их ***, заканчивается успешно? - тихо спросила Алиса. - Нет, - легкомысленно и так же шепотом, ответил мой любовник. - И мне ** пофигу! - Три из десяти! - не слушая его протесты, сказала она. Стасик резко замолчал. - Я... я... все равно это сделаю... - тихо отозвался он. - Стас... ты ** уверен? - обеспокоенно и так же тихо спросила она. - Ты же можешь не пережить этого... **! Вдруг что-то пойдет не так? - было плохо слышно и не понятно, но я собирал обломки слов и мне хватало, чтобы примерно понять о чем они. Когда же до меня дошел смысл последнего, мое сердце пропустило удар, потом еще один и еще один. Я несколько раз глупо проморгал. Что она имела ввиду? Что делать? Ворваться и выбить из них о чем они? Это глупо... И они не расколются. Блять, что же делать? Меня отпустило, и сердце забилось бешеной птицей. Боже! Боже! Боже! Она же не серьезно? Я медленно сполз вниз по стене и обхватил голову руками. Он. Не. Может. Умереть! Уж лучше я! Что с ним? Болезнь какая-то? Рак?! Опухоль мозга?! Что-то мне не хорошо... - Все пройдет хорошо, - твердо ответил он. Надо выяснить, что с ним творится и отговорить от его идеи, чем бы это не было. *** (несколько дней спустя) Прошло несколько дней с разговора Стасика и Алисы. Я так и не узнал про что именно они разговаривали. И ничего не изменилось, кроме может, поведения Ангелочка. Он стал... озабоченным что ли. Я серьезно... Все эти дни, мы трахаемся похлеще кроликов. Например, вчера, мы занимались сексом на стиральной машинке. Да-да, вы все правильно прочитали! Позавчера на кухонном столе, два раза подряд, потом на диване, в гостиной. Еще на подоконнике было, на балконе, в коридоре на полу. Господи, да мы же перетрахали все места, где только можно было! И где нельзя, тоже. Это просто крышесносно! Но чувствую, что что-то здесь нечисто... *** (прошло две недели) - Дорогой, тебе плохо? - обеспокоенно спросил я, тихонько скребя дверь в ванную. Мне не ответили, только раздалось еще одно бульканье, хлюпонье воды и его приглушенные стоны. И это отнюдь не стоны удовольствия. Он сидит в ванной уже часа три и не выходит. Даже слова не сказал. А я же волнуюсь! Сижу тут под дверью, жду как Хатико и меня аж трясет от напряжения! Сколько можно-то?! Вообще, последнюю неделю, он не высыпается, жалуется на боли в животе, на головные боли, тошноту, а еще у него скачет температура. А последние дня три, он не расстаётся с "белым другом," стоящим у нас в ванной. - Ангелочек, открой дверь или я выбью ее, - не угроза, предупреждение. Молчание. Я встаю и уже готовлюсь разнести тут все, как раздался щелчок замка и ко мне вышел белый как снег Стасик. Весь бледный, трясущийся. Я не на шутку перепугался за него. Сразу же подлетел к нему и обхватил его в свои крепкие объятия. - Что случилось? - прижимаю его как можно ближе к себе и тихо-тихо говорю. - Все хорошо, - так же тихо выдыхает он и пытается вырваться. - Стоять! - когда он отходит на шаг от меня, я хватаю его за руку и резко разворачиваю к себе. - Да что, блять, такое происходит?! - рычу я. Он моргает, пытаясь прогнать соленую влагу из глаз, что накатила на него. Я... Я не хотел его обидеть... - Малыш... - тихонько прошептал я, ему на ушко, прижимая к себе. Мальчик мелко дрожал и прижался ко мне. Сейчас он выглядел невинным, слабым и беззащитным. Его хотелось прижать к себе, успокоить, целовать, не отпускать. Прижимаюсь губами к его виску и тяжело выдыхаю, пред тем как начать говорить. - Малыш... что случилось? - мягко говорю я и нежно целую его в правый висок. Он задрожал, зажмурил глазки, выдохнул и... отпрянул от меня. Снова. Я не стал его останавливать. Ангелочек, пошатываясь, обходил кровать, придерживаясь за нее. Я нахмурился и опустил глаза. Взглядом, я нечаянно наткнулся на какую-то пластмаску, валяющуюся на полу. Чуть подальше от того места, где стоял сейчас Стасик. Нагнувшись, я быстро поднял ее с пола и покрутив пластмаску, оцепенел. На ней были начерчены две красные полоски. Две. Полоски. Я хоть и мужик, но знаю, что это значит. Не, а что вы ожидали? Что я начну тупить как в американских комедиях? Обломчик, однако. Опять я ломаю систему.... Тааак... Откуда это?! - Это твое? - подняв бровь, в удивлении смотрю на него. Он оборачивается и несколько раз моргает, смотря на эту пластмаску, еле стоит на ногах и держится за кровать. Кажется, он побледнел еще больше, хотя кажется, куда еще больше?! - Дда... – заикаясь, говорит он и поднимает на меня свои невинные глазки. Меня охватывает ярость, я с силой сжимаю челюсть и подлетаю к Стасику. Хватаю его за футболку и дергаю на себя, заставляя отпустить край кровать и вцепиться в мои руки, чтобы не упасть. Я зло смотрю в его глаза и рычу, на грани истерики: - Кто она?! - все сильнее сжимаю ткань его одежды и с ненавистью смотрю в его глаза. - Ккто? - по его щечкам, на которые выступил болезненный румянец, потекли горячие дорожки слез. Он со страхом смотрит мне в глаза, весь дрожит и тихонько всхлипывает. - Та, которую ты трахнул! Которая, залетела от тебя! - с презрением говорю я. Боль в груди. Она просто разъедает. Как будто в грудь воткнули острый кинжал и поворачивают его, вызывая невыносимо-ноющую боль. Сцуко, как же больно! - Я... Я... никого не... - проговорил он, запинаясь и цепляясь ручками за мои руки, пытаясь удержаться. - Ну конечно! А это откуда?! - отпустив его, я помахал у него перед носом, тестом на беременность. Когда я его отпустил, он как-то опасно пошатнулся, но придерживаясь за тумбочку, не упал. Не смотря на все чувства, что сейчас разъедали меня, мне хотелось все простить ему, обнять утешить, настолько он болезненно сейчас выглядел. Я отвернулся от него, чтобы не смотреть в его глаза, в которых было много страха, но на дне плескалась радость. Вот что меня удивило. Радость в его глазах. Чему он рад? Что я обо всем узнал? Что ему не пришлось самому говорить, что ему придется уйти к своей девушке, которая ждет от него ребенка? Что я сам все пойму и уйду? Что ж, я понял... Теперь, нужно уйти. Расправив плечи, я сделал шаг, но остановился на его слабое: - Димка... Мое имя, сипло произнесенное им, заставило меня остановиться. Я чувствовал, что он скажет что-то еще. Что-то крайне важное. Ведь в глубине души, я надеюсь, что все не так понял, поэтому стою и жду когда же он продолжит. - ...я беремен... - хрипло договорил он, слабо улыбаясь мне в спину.