Флагман: прототип

С наступившим вас 2020 годом!

В главе есть 18+       Ямато ушла, оставив Петра в задумчивости. Прошло минут сорок, а он все стоял и смотрел на бегающих феек и птичек. Фейка-связист стояла на его правом плече и с волнением смотрела на Петра. А тем временем он, Верховный флагман флотов СССР, РИ и РФ, вспоминал разные моменты своих жизней, пытаясь понять, что делать…       Он осознавал один факт: Война с Сиренами и Глубинными когда-нибудь да кончится, а что дальше? А дальше неизвестность… Она пугала Петра, неизвестность… В худшем случае после падения общих врагов человечество вновь схлестнется в схватке… Уже сейчас он видит как трещит по швам «Лазурный Путь». Нужен лишь толчок… Лишь искра и люди вновь будут рвать глотки друг другу…       Чью сторону принять? Казалось бы, такой лёгкий вопрос, хоть для Петра он и не легок, но ответ он знает и сам… Он не станет предателем… Он не отступит, как и тогда… Если понадобится он вновь уничтожит врагов родины… Будут ли те англосаксы, немцы, американцы, французы, итальянцы или же азиаты… Не важно… Они все падут, он не позволит повториться случаям, которые он видел в блокадном Ленинграде… Flashback 1941 год, 13 Января.       Уже пять месяцев длилась блокада войсками немецких, итальянских, испанских и добровольцами из захваченных стран Европы… Нахождение Петропавловска в городе Ленина, очертило линию обороны советских войск. Его крупнокалиберные орудия доставали, иногда, до самых тылов обороны противника и именно это мешало войскам фашисткой Германии вести наступления, ведь стоило тем их начать, как орудия линкора тут же давали залп, хороня пачками солдат вермахта.       Немцы сами сделали свое наступление бессмысленным, заперев в балтийском море советский флот, ведь «Петропавловск» не мог уйти из Ленинграда, но и фашисты в него попасть из-за линкора тоже не могли… Сколько попыток потопить линкор противник не предпринимал, а линкор выстаивал, будто знал, что если падет он, то падет и одна из линий обороны города… А вместе с ним город будет в еще более долгой осаде и погибнут еще больше мирных граждан…       Душа корабля стояла на носовой части… Петропавловск вглядывался в это зимнее утро… То тут то там бродили горожане. Блокада чувствовалась на всех обитателях города, первым пунктом был голод… Страшный зимний голод… И тут он увидел одинокую детскую фигуру, что еле-еле передвигаясь шагала в его сторону… На берег, чтобы поймать хотябы маленькую рыбку и отсрочить свою смерть… Петропавловск уже знает… Скоро будет прорвана блокада… Скоро его еле-еле достреливающие до перешейка орудия дадут свой залп, начнется операция что освободит город от блокады… Но до неё осталось пятнадцать дней…       Эти дни унесут многие жизни мирных граждан… Если с смертями уже почти отживших стариков он мог более или менее смириться… То видя как бомбы или снаряды разрывают ещё юных, не достигших восемнадцати лет детей его сердце… Нет… Душа разрывалась на части… Он не мог простить тех тварей… И не простил даже после окончания войны… И вновь он видел бомбу летящую к этой беззащитной детской фигуре… Как бы он не кричал, экипаж корабля не слышал криков… А что они могли бы сделать? Да ничего… Петропавловск это понимал… Но видеть эти смерти он тоже не хотел… End Flashback       Умение прощать Петр познал на себе… Сейчас к немцам и итальянцам он испытывал не лютую ненависть, грозящую перерасти в жёсткую расправу, а лишь неприязнь… Второй осколок души Петра, давал ему некое спокойствие, что глушило ту боль и те взгляды детей что он видел в том городе…       Он уже давно многое осознал, многое понял. Петр уже давно переступил ту жгучую его изнутри ненависть… Он пошел вперед, ведь Петр понимал, это война, а вместе с ней приходит и смерть, которой все равно кто пред ней… Ребенок или старик, она заберет души всех…       От страшных дум Петра отвлекла женская рука активно трясшая его за плечо… Повернувшись он увидел Принца Уэльского и еще одну девушку с белыми волосами, которые с беспокойством смотрели на Петра… Пару минут назад.       Пришедшее подкрепление Королевского флота уже занимало свои места в порту. Как Принц Уэльский стоя на надстройке своего корабельного «тела» заметила смутно знакомую фигуру одного линкора. Девушка уже было пошла к Петру, как её остановил голос её знакомой. — Принц, ты куда? — Поинтересовалась девушка в белом легком платье, с белой шляпкой на голове и таким же белым зонтиком. — Прости, Илластриес. Помнишь, я тебе рассказывала о нем? — Кивая себе за спину, поинтересовалась Уэльский. — Да… Я слышала он на этой базе…– Мило улыбаясь, кивнула девушка. — Так это он? — Склонив голову на бок, поинтересовалась Илластриес, смотря за спину подруги на одинокую задумавшуюся фигуру. — Да, это он. — Кивнула принц. — Хочешь, я вас познакомлю? — Если тебя не затруднит. — Кивнув, авианосная кансен улыбнулась. Они подошли к Петру, который стоял к ним спиной. — Привет Петр. — Сказала Уэльский, но реакции от линкора не последовало. Переглянувшись с подругой, Принц подошла ближе. — Петр! — Реакции не последовало. — Петр! Ты как? — Громко спросила девушка, взяв Петра за плечо и слегка того встряхнув. Он повернулся, его пустые глаза слегка испугали девушек, но в его взгляде быстро появилась осмысленность, а после и удивление. — Принц? — Проморгавшись сказал Петр. — Прости я немного задумался и погрузился в воспоминания… Не очень приятные я тебе скажу. — На его лице появилась бледная улыбка. — А кто это с тобой? — Поинтересовался он смотря на авианосную кансен, которая смутившись от его пристального внимания, девушка опустила глаза.  — А? — Сначала не поняла Уэльский. — А! Петр это Илластриес. Илластриес это Петр. — Представила она их друг другу. — Рад знакомству. — Улыбнулся линкор, беря девушку за руку и целуя запястье. — Я-я т-тоже. — Смущаясь, произнесла авианосная дева. — Прошу прощения дамы, но мне уже пора идти. — Смотря на часы, сказал Петр. — Ничего страшного. — Я рад мисс Уэльский… Рад был с вами познакомиться мисс Илластриес. — Кивнул Петр девушке, уходя. Стоило Петру уйти на довольно-таки большое расстояние как Уэльский спросила: «Ну как он тебе»? — Вежлив, добр и мил. «Затискала бы… Особенно его грустное лицо… Хочется положить его голову себе на колени и гладить… гладить… » Купальни. 18+       Петр, уже сложив вещи, вошел в пышущие паром купальни. Расположившись возле правого угла, он сел на бортик и свесив ноги в горячую воду размышлял… Пытался поразмышлять… Ведь стоило тому сесть и начать о чем-то думать как в купальни вошла… — Ugh! How good! — Потянулась на носочках Айова, являя Петру хоть и смутно подтянутый животик, и грудь девушки… — F*cking politicians with this plan… — Девушка подошла к бортикам и плавно вошла в воду… — How ashamed of Peter! — Айова встала посреди не глубокого бассейна, не заметив, как бесшумно встал Петр, подходя к ней сзади. — How I want to feel it inside me… — Грустно проговорила кансен… Но что-то проникло меж её бедер, и это что-то обнял её, положив свою голову той на плечо. — Я рад, что ты меня ценишь. — Ugh! — Вскрикнула она, но руки Петра уже выводили различные узоры на её гладком подкаченном животике, а после его руки поднялись, схватив кансен за её упругую грудь. — П-петр?! — Да, это я. — Сказал он, резко разворачивая девушку к себе лицом и впиваясь в её губы продолжительным поцелуем. Её глаза слегка расширились, но после секундной паузы она их прикрыла, отдаваясь своей любви к этому русскому линкору.       Зажав своей член между бедер Айовы, Петр не прекращал её целовать. Схватив девушку за её ягодицы и крепко, сжав их, он заставил «Американскую мечту» стонать себе в рот. Оторвавшись от так манящих губ девушки, Петр начал смотреть в её полуприкрытые глаза полные обожания.       Схватив близняшек, он их слегка сжал ноготками указательных пальцев «случайно» цепляя розовенькие сосочки девушки, чем вызвал очередной стон наслаждения. Усадив девушку на бортик бассейна, он развел её ножки в разные стороны, от чего его взору открылся вид на сокровенное место девушки. Проведя языком меж «губок» и остановившись на клиторе который тот слегка прикусил, от чего тело девушки содрогнулось. Петр привстав уже приставил «багет» к дырочке… — Н-не над-хах-а я-я же только!.. — Не успела та договорить, как Петр вошел сразу и почти весь до самых стенок матки, что заставило девушку, не отошедшую от предыдущего оргазма вновь кончить. — Подожди ха не-ньха-множко. — Посмотрела та на него просящим взглядом. — Ладно. — Нежно прошептал он на ушко Айове, попутно слегка прикусив мочку ушка. Не прошло и десяти секунд, как Айова слегка двинула бедрами, скрестив ноги на спине Петра, это послужило спусковым крючком. Выйдя из девушки, он тут же вошел обратно до упора. — Ах! Хьях! — Он буквально навалился на девушку, входя до упора, под хлюпающие развратные звуки Айовы. Секунда и они уже сменили позу, развернув Айову к себе спиной, Петр схватил ту за руки, заставляя её насаживаться на его член все сильнее и сильнее. Пока девушка не почувствовала что шейка матки слегка начинает поддаваться напору русского линкора и начинает по чуть-чуть раскрываться, с каждым толчком пропуская головку члена все глубже и глубже в естество девушки. — Oh! F*ck me! — Слегка высунув язык, выкрикнула девушка. Её киска очень сильно сжалась, стоило кончику, наконец, проникнуть в матку, глаза девушки закатились от сильного наслаждения, не выдержав, Петр, кончил вовнутрь, стоило первой струе ударить в стенку матки, как её киска сжалась еще сильнее по всему её телу прошла сладкая дрожь. — Oh! My god! — Пытаясь отдышаться, проговорила Айова. — Peter! I love you! — Я тоже люблю тебя. — Взяв девушку на руки, Петр сел, в воду посадив её себе на колени, и вновь он её поцеловал. — Давай я помогу тебе? — Задал он, риторический вопрос, начав помогать ей, отмыться от пота. — У вас тоже были учения, так что тебе хватит, а то еще перетрудишься… — Сказал он, смотря той в глаза. — Я уже говорила, что люблю тебя? Да? — Весело еле улыбаясь, произнесла Айова, закинув свои ручки Петру на шею. — Так вот… Я люблю тебя… — Прошептала она вплотную к его губам. — Петр! — Выкрикнула та из-за того что он её слегка ущипнул за упругую попку. — Ты же не против сегодня поспать со мной в одной постели? А то тащить тебя в твою кроватку будет тяжело… — Ну ладно! Только сегодня! — Да, да красавица…