Готова отдаться мне без остатка?

— Хорошо, сейчас я проникну в твой разум. Взамен, ты попытаешься вытеснить меня оттуда. Поняла? Но девушка лишь в недоумении повела бровями. Что? Он проникнет в ее разум? А разве не наоборот? Разве это не Мэй должна была увидеть его тайные мыслишки? Дьявольские фантазии? И конечно же глубоко спрятанные секреты. Она уверена — их невероятное множество. — Ты? А мы, разве не меня учим проникновению в головы окружающих? Какой тогда смысл? — Руки в боки, взгляд вперёд — Её верные оружия. Однако сегодня она похоже вновь проиграет Сайферу. Мэй привыкла. Привыкла к нему. К его запаху шоколада. По волосам и глазам, которые она так сильно ненавидела. И конечно же привыкла, что счёт побед Сайфера над ней, точно не в сторону девушки. Успокаивало лишь одно — она скоро восстановит счёт. Обязательно. Нужно лишь проникнуть в разум демона. — Звездочка, прежде чем проникать в чей-то разум — защити себя. Я не один могу проникать в головы и смотреть воспоминания. Даже обычные люди способны на это, зная пару-тройку заклинаний. Например, твой ничтожный бра… — Запнулся. Ещё бы одна буква, которую он так бессовестно оборвал — и это был бы конец. Как она бы отреагировала? Он не знал. Навряд-ли Мэйбл была бы в восторге, от того, что не знала о существовании собственного брата. Такую сентиментальность нельзя списать лишь на человеческую натуру. Демон и сам не знал, как бы отреагировал на ее месте. Возможно, Сайфер когда-нибудь расскажет ей что произошло, но не сейчас. Не сегодня. Не в этот момент. Что ему мешает сказать правду? Хотя бы простое незнание того, как начать разговор. «Мэйбл, у меня отличные новости! У тебя есть брат, которого ты скорее всего никогда не увидишь из-за меня. И я хотел поделиться с тобой этим в первую очередь!»? — Мой ничтожный — кто? Опять ты так смотришь на меня? — Твой сородич. Однажды он нашёл книгу, с информацией, которая была недоступна другим. — Каждое его слово сопровождалось внимательным наблюдением за её реакцией. Он сам не понимал, почему так боится, что она узнает правду. Тем, что возненавидит его? — У меня была сделка. Я проникнул в разум, а этот… человек помешал мне. — Билл говорил вполне серьёзно, и ожидал любой реакции, за исключением смеха. Такого яркого и веселого, что было непривычно вновь слышать его. От взрослой девушки, а не от маленькой девочки. — Тебе? Самому Биллу Сайферу? — Создавалось ощущение, что дьявол не понимает смысла её слов. Нет, он слышит каждую букву. Просто… Мэй впервые действительно искренне улыбается и смеётся в его доме. Впервые и искренно. На ее лице Сайфер видел только боль и отчаяние, когда находился рядом. Но сейчас… Сейчас все не так. Пусть. Пусть она смеётся над ним. Тешит свое детское самолюбие. Но ведь Пайнс улыбается. Им двоим нужно передохнуть от агрессивных эмоций. Хотя бы на мгновение. Пусть ещё немного позлорадствует над ним, пока Сайфер даёт ей фору. — Зря смеёшься. — Небольшой шаг вперёд, и — что было ожидаемо, — взаимный от неё шаг назад. Но ему это лишь на руку. Как говорится — грех не воспользоваться. Честно, Биллу уже до чертиков смешно играть в эти игры. Неожиданно даже для себя он подметил, что если бы Диппер увидел то, как между ними расстояние сокращаются до непозволительного — то наверняка бы пришёл в ярость. Взяв ее подбородок надавил немного на него большим пальцем, заставляя её приоткрыть рот. Глаза внимательно осматривали черты гладкого и отчасти бледного личика. — Между прочим, если не научишься самозащите, тебя ждёт тоже самое. — Ещё шаг — и девушка прижата в угол. В глазах читается растерянность, но куда-то быстро испаряется, не успевая полностью завладеть телом. — Ты что же, — она демонстративно выдержала паузу, точно так же бегая взглядом по его лицу, подсознательно стараясь не заглядывать в глаза. — Боишься за меня? Боишься за меня... Ему конечно хотелось бы тут же рассмеяться, и сказать, что такой чепухи он и в помине не слышал, но… — Звёздочка, — он выжидающе наклонил голову. Словно прицениваясь к собственным словам. — Даже если это так, — что меняется? — Вопрос был скорее риторическим. Не требовал ответа. Но даже если так, Мэйбл бы все равно не смогла ответить. — Ты вдруг откинешь все свои принципы и уступишь место желаниям? — О чем ты… — она хотела возразить. Возразить и доказывать что он не прав, прекрасно понимая, что это бессмысленно. — Вот о чем я говорил. — Сайфер перебил не дав закончить мысль. Но он уже знал что не услышит ничего нового. — Мэйбл, ты будто вся состоишь из противоречий. Перечишь сама себе, понимая, что долго не продержишься. — Он наклонился над её головой, слыша как шуршит одежда, от того, что она пытается вжаться в стену ещё сильней. — Согласись, трудно сдерживаться, когда где-то внизу живота все стягивается в тугой узел. — Горячее дыхание обжигало мочку уха, заставляя сжать под руками собственную одежду. Девушка не силах произнести хоть два, связанных между собой словосочетания. Мысли куда-то бессовестно разбежались. А такие хрупкие хрустальные, очень нужные сейчас слова — рассыпались в мелкие осколки. Она хотела сказать многое, но молчала. — Это тело, руки, ноги, — все это хочет меня. И я получу тебя когда и где захочу. И ты это знаешь. — Эти слова кажется сожгли воздух. Его просто не хватало. Ничтожно мало. Его голос с хрипотцой связывался её по рукам и ногам. Мэйбл чувствовала, что должна сказать что-то. Он ведёт себя бессовестно!.. Она в который раз не понимала, почему он так легко может заставить её подчиниться. Каждый раз Пайнс уверяла себя, что больше не позволить и пальцем её тронуть. Но каждый раз она теряла рассудок. Теряла себя. Просто тонула в его запахе шоколада. — Нет… Снова. Девушка снова ничего не соображала. Её сдавленный шёпот с силой врезался в голову. Она что-то бормочет, про то, что не позволит. Словно говорит это себе, а не ему. Стараясь остановить себя. Но черт возьми, — буквально извиваясь от одних лишь его слов, — Мэй вновь противоречит своим словам. Её дыхание на шее, и Сайфер на секунду забывает кто она. Что это — она. Губы сминали тонкую, прозрачную кожу ключицы, впивались кусая, пока пальцы опускались на бедра, ловко подхватывая. Её ноги обвили талию демона. А маленькие ладони сцепились за шеей. Неумело. Совсем не так, как прежние человеческие девушки, которые спали с ним. — Билл… Он еле сдерживал контроль над собой. Чёрт, как она это делает? Одним словом сносит все равновесие. Обуздать себя не мог никто из них. Тем более, когда Пайнс поддалась вперёд, облизывая и без того мокрые губы. — Не лезь. — Сайфер перехватывает аккуратный подбородок и отводит в сторону. Ему просто нужно немного её. Совсем чуть чуть — и остановиться. Ведь остановиться? Он наклоняется, впиваясь в шею жёстким поцелуем. Стон. Билл уверен — останется след. Ну и пусть. Пусть смотрит потом на его клеймо на себе. Она сходила с ума. Никто не знал в прямом или переносном смысле. Сайфер почувствовал под губами то, как вибрирует её горло, когда девушка пытается сдерживать стон. Его это заводило. Он сам неосознанно возбуждался. Но то, что Мэй оно уже поглотило с головой — знали оба. Это именно то, чего демон и добивался. Отвлекающий маневр. Она слишком легко поддалась. Сдалась тогда, когда могла победить. — Повеселимся. — Эта усмешка не осталась незамеченной. Но было уже слишком поздно. Он успел проникнуть в ее разум. *** Перёд глазами суматошно носились воспоминания. Почти все они были знакомы Сайферу. Вот она у него на коленях пытается играть на пианино. А вот девушка влепляет ему смачную пощечину. Здесь Мэй пытается выбраться из шара, смотря на него. Здесь нет ничего нового, за исключением того, что Сайфер чувствует её. Чувствует её эмоции. Знает что ощутила Пайнс. Страх. Обреченность. Ненависть. И что-то ещё. Одна за другой атакуют нечто, что спрятано глубоко внутри. Он будто впервые окунулся в человеческие эмоции. Погряз по пояс в чужих ощущениях. Слёзы. Отвращение. Озлобленность. Чертова дура, и после этого ты позволяешь мне прикасаться к тебе? Идиотка. Человеческие эмоции. Они невероятно сильны. Один душевный порыв тянет за собой другой. Это вечный, порочный круг. Возбуждение. Желание. Волнение. Первое, словно волной окатывает. Распространяется по всему телу. Сводит судорогой. Перехватывает дыхание. Вот же дьявол… Это невыносимо. Похоже на пытку. Но через секунду, настолько быстро, как это возможно, эмоция опять сменяется. Билл всегда умел выборочно смотреть воспоминания, но сейчас, она ему будто не оставляет выбора. Будто говорит: «смотри что дают.» Он чувствует, как становится дальше от этих чувств, голосов. Будто выныривает. Она пытается вытеснить его?