больше
23 ноября 2018 г., 15:32
На этот раз Жан просыпается не из-за кошмара. Все еще темно, и кровать Джереми пустая. Он слышит его. На кухне какой-то шум, и Нокс говорит сам с собой.
Когда он выходит из комнаты, он хочет уйти обратно. Джереми стоит без рубашки у плиты, пара спортивок, которая, кажется, принадлежит Жану, сползает с его бедер, и он босиком. Но, на самом деле, самое худшее, самое худшее то, что он поет.
Где-то на кухне играет музыка, совсем тихо, будто он боялся разбудить Жана. Пение Джереми мягкое и прекрасное.
Жан хочет вернуться в постель и притвориться, что он никогда этого не видел, но слишком поздно, потому что Джереми поворачивается к нему, улыбаясь. Это не его обычная солнечная улыбка, она мягче.
— Эй, я тебя разбудил?
— Нет, — отвечает он, Жан видит вопрос в глазах Джереми, поэтому отвечает прежде, чем его спросят, — я вообще не уверен, почему я проснулся.
Джереми щурится, как будто решает, верит он ему или нет, прежде чем кивает.
— Я делаю яичницу, хочешь?
Сейчас 3:23 утра, а Джереми делает яичницу. Ну конечно же. Жан качает головой и проходит на кухню, садясь на один из стульев.
— Почему ты не спишь? — он спрашивает мягко, его глаза сосредоточены на Джереми.
— Я переживал, — отвечает он, как будто это не имеет значение, — мне завтра нужно сдать работу, но я думаю, что я ее проебал.
— Не выражайся, — дразнит его Жан, наслаждаясь удивленным взглядом, который Джереми бросает на него, — я уверен, что ты сделал все хорошо.
Джереми медленно кивает, отходя от плиты и прислонившись к столешнице.
— Надеюсь, ты прав, — тихо говорит он. На самом деле он не уверен, поэтому Жан мягко сжимает его плечо.
Крошечная улыбка Джереми стоит того.
