Твой кошмар

Эдди буквально вывалился на улицу, спеша выбраться из, как ему казалось, сужающихся с каждой секундой стен его небольшой квартирки. Просидев весь день в четырёх стенах, он до зуда в ладонях ощущал, насколько ему требуется сменить обстановку. Город почти радостно встретил его мешаниной голосов, рёвом проезжающих машин и гамом реклам. Спёртый, душный и застоявшийся воздух мгновенно сменился типичным запахом мегаполиса - смесь бензина, уличной еды и бетона. На город постепенно наступали вечерние сумерки, и кое-где уже виднелись первые включенные рекламные вывески и огоньки небольших кафе. Ещё немного, и приближающаяся ночь окутает в своих нежных объятиях дороги, парки, небольшие улочки и огромные проспекты, площади и дома. Проворно спустившись по лестнице, Эдди ступил на одну из улиц и направился в неизвестном даже ему самому направлении. Необходимо было немного развеяться, проветрить голову и мысли, привести свой разум в порядок, расставив всё по местам. Удивительно, но Веном, обычно не затыкавшийся в его голове ни на минуту, сегодня был подозрительно молчалив. Журналист не понимал, в чём могла быть причина столь резкой смены настроения симбиота. Проведя весь день без ехидных комментариев в адрес каждого его действия, Эдди понимал, что ему начинает не хватать этой привычной составляющей его жизни. Поймав себя на этой мысли, Брок поражённо замер и оторвал взгляд от собственных ботинок. И очень вовремя. Прямо по курсу находился столб. Замечательно, Эдди. Не хватало ещё тебе поцеловаться с этой железкой на радость прохожим. Сменив направление движения на более безопасное, журналист принялся обдумывать своё недавнее открытие. Ему. Не хватает. Болтовни. Венома. Он мысленно застонал. Поздравляю, Эдди. Браво! Ты окончательно слетел с катушек, раз воспринимаешь симбиота как неотъемлемую часть своей жизни. И теперь, когда твой житель, наконец, соизволил замолчать и оставить тебя в покое хотя бы на день, ты переживаешь и почти-страдаешь от этого. Давайте похлопаем. Так держать, да. Захотелось приложиться головой о ближайшую стену, чтобы выбить из себя подобную дурь. Оторвавшись от своих мыслей и глупого анализирования своих чувств и эмоций в адрес симбиота, Эдди огляделся. Оживлённый вечерний проспект шумного города сменился тёмными и почти безлюдными улицами. Видимо, он слишком сильно задумался, и не заметил, как свернул в спальные районы мегаполиса, где было совсем тихо. Раньше журналист бы испугался подобных мест, ведь современный город был не таким безопасным, как хотелось бы. В подобных местах часто собирались подозрительные компании, которые прятались в тесных проходах между домами. Здесь же можно было наткнуться на наркоторговцев и, если совсем не повезёт, бандитов, которые были готовы перерезать человеку горло за десять баксов. Но теперь, с появлением в его жизни симбиота, Эдди перестали волновать такие вещи, как безопасность мест, в которых он оказывался. Проходя очередную безлюдную улицу, окружённую чёрными многоэтажками, которые глядели своими непроглядными окнами-глазницами друг на друга, Эдди отстранённо подумал, что, если бы какому-то бандиту-неудачнику взбрело бы напасть на него или на другую жертву, то у Венома случился бы вкусный ужин. Усмехнувшись своим мыслям, Эдди продолжил шагать вперёд. Внезапно, какой-то тихий шум привлёк его внимание. Он остановился прямо напротив узкого переулка, разделяющего бетонные коробки домов. Журналист внимательно вгляделся в черноту уходящего вглубь переулка. Лишь тишина и никакого движения. Простояв так ещё несколько мгновений, Эдди собрался продолжить свой путь, как... обострившийся благодаря симбиоту слух уловил какой-то слабый звук, раздающийся словно через стену. Глухой и почти неслышный. Словно...шёпот? Пришедшее внезапно в голову сравнение заставило Эдди слегка содрогнуться. Его не столь насторожили бы крики или безумные вопли, нежели подозрительный шёпот из глубины проулка. Брок сделал шаг вперёд, и эхо от него почти повисло в воздухе, лишь нагнетая и без того неприятную обстановку. Звук повторился. Теперь он слышался отчётливее, но разобрать, откуда он доносился и что из себя представлял всё ещё не было возможно. Ещё один шаг, второй, третий, и Эдди ступил в переулок, окутанный почти непроглядной темнотой. Остановившись, журналист вновь прислушался. - ...и.... По мере приближения звук стал громче. Теперь Эдди окончательно убедился в том, что этим звуком был шёпот. Вот только он пока не мог расслышать, что этот шёпот произносил. Набравшись решимости, Брок зашагал по узкому проулку, желая обнаружить источник звука. Через несколько мгновений, его силуэт скрылся в густой темноте, окутавшей его фигуру, словно дым. Веном некстати молчал. Переулок оказался длинным, Эдди казалось, что он уже должен был закончиться и вывести его к очередной улице, но тонкая расселина всё не обрывалась и уходила далеко вперёд. Из глубины снова повторился шёпот, уже сильнее и громче, словно шипение сломанного телевизора. Брок поднял голову. Стены домов были настолько высокими, что казалось, будто они врезались в небосклон, который чёрным полотном расстелился над городом. Пожарные лестницы щерились своими перилами-зубьями, словно кровожадные монстры. В еле различимом кусочке неба не было видно ни одной звезды. Нигде не было никакого источника света, который мог бы рассеять темноту. Слабая мысль о том, что стоит развернуться и идти, была жестоко задавлена Эдди в самом зародыше. Носитель венома боится темноты и неизвестности. Позор. Одёрнув себя, Брок целенаправленно продвигался вперёд, желая обнаружить источник шёпота. Его шаги становились всё более широкими и размашистыми, и вот он уже не шёл, а почти бежал. И вот, когда Эдди решил перейти на бег, из темноты его взгляд выхватил резко, словно из ниоткуда появившуюся стену. Тупик. Переулок резко оборвался, обрезанный стеной. Никого. Ничего. Только тишина и темнота окружали Эдди со всех сторон. Журналист растерянно замер, оглядываясь в поиске прохода, но понял, что это лишь обычный тупик, в котором он не увидит ничего, кроме стен из крошащегося от старости кирпича. - Эдди, - этот голос... Брок обернулся, надеясь обнаружить источник звука, но никого не увидел. - Эдди, - Брок тряхнул головой, надеясь, что звук собственного имени ему лишь послышался. Это всё из-за того, что сегодня ему приснился кошмар. - Я ждал тебя, - почти игривый шёпот раздался возле его уха, и Эдди резко отпрянул. Сердце застучало в бешеном ритме. Какого чёрта... - Кто ты? - О, - в голосе послышалось наигранное разочарование, - Разве ты не узнаёшь меня, Эдди? - Кто ты, чёрт возьми!? Покажись! - Брок растерянно вертел головой, пытаясь понять, где прячется хозяин голоса, но в переулке не было ни души. - Тебе страшно, - раздался рык со всех сторон, будто отражённый от бетонных стен. - Мне противно смотреть на это жалкое зрелище. Ты ничтожный паразит. - Что тебе нужно от меня? - паника захлестнула Эдди с головой, поселяя в сердце страх. - Я сделаю тебя совершенным, лишённым этих убогих эмоций, - уверенность подобного обещания заставила Эдди содрогнуться всем телом. На спине выступил холодный пот. - Ты принадлежишь мне. И я буду делать с тобой всё, что захочу, - проскользнула знакомая фраза, заставившая Эдди сосредоточиться. - Клянусь, ты пожалеешь, иначе... - пообещал Эдди, хотя и сам не понимал, что он способен сделать с бестелесным голосом, который, казалось, раздавался у него в голове. - Нет-нет, Эдди, обещаю, ты захочешь быть моим добровольно. Наступит момент, и ты сам позовёшь меня, желая принадлежать мне. Я сделаю так, что ты сам будешь хотеть этого. Мы с тобой, - рычание будто проникло в его голову и раздавалось в его черепной коробке так громко, что Эдди чувствовал, что его голова вот-вот лопнет. - Будем одним целым. - Только попробуй, и я... - А если нет, - угрожающе оборвал его голос, - я сведу тебя с ума, Эдди, - невидимая улыбка застыла в этой фразе, не предвещая ничего хорошего. - И да, чуть не забыл, - хихикающий голос заставил тело Брока окоченеть. Боже. - Ни слова твоему паразиту. Или сначала я уничтожу его. Мне хотелось бы получить его живым. Но если же нет... я с удовольствием поглощу его. Так что, если не хочешь, чтобы я избавил тебя от него, помалкивай. До встречи. Все звуки резко оборвались, и на Эдди обрушилась оглушающая тишина, настолько громкая, что её звон раздавался у него в голове.