Russian Vodka? SPACIBA! Nostrovie!

Так хреново мне не было еще никогда... В животе бегали слоники, в голове все крутилось. Меня качало из стороны в сторону. А все Адам со своим постоянным: „Есть у меня тут один телефончик...”. Кстати. Куда он делся! Мой кулак чешется врезать ему по его утопающему в тональнике лицу! Я злой и практически бухой красавец, который никак не может усестся на обычный стул — боюсь промахнуться и упасть пятой точкой на пол. Аэропорт кишел людьми, но в нашем секторе не было ни души. Мне очень хреново, но я все же продолжаю здраво мыслить. Пошатываясь, я все же успешно пристроил свою задницу на стул и устало закрыл глаза. Очнулся я уже в салоне самолета. — Дамы и господа, мы рады приветствовать вас на борту нашего самолета, — заученным текстом с лучезарной улыбкой произнесла грудастая стюардесса. Господи... Только проснулся и уже о сиськах думаю! Ну что я за человек?! И я гей, к тому же! Адам, сразу оживившись, уткнулся носом мне в висок и прошептал: — Слышишь? Говорят, у этой модели самолетов не такие уж и узкие туалеты, мм? — Ламберт,ухмыльнувшись, сразу сделал очень "прозрачный" намек на то, о чем он подумал, и о чем догадывался я — провел рукой у меня между ног. Член сразу же отозвался болезненно ноющим стояком. „Так, Томми! Не думай об этом, не думай об этом! Подумай о чем-нибудь серьезном!” — успокаивал я себя. В голову сразу начали приходить математические формулы, правила грамматики, нотной грамоты... Ну я умный, да! Школу окончил хорошо, музыка. Музыка — мой хлеб насущный, моя жизнь. А вот неплохо было бы с Адамом вспомнить школьные годы... Что кто носил, что думал... И моя воспаленная фантазия подбросила мне образ Адама в короткой юбке, пиджаке, рубашке с галстуком, очках в черной оправе, на шпильках и с указкой. А на губах красная помада. МАМА!!!! О чем я думаю?! Да, Томми. Да у тебя заметный перетрах мозгов и тела! — Уважаемые пассажиры, пристегните ремни безопасности. Мы взлетаем! — прозвучал из динамиков голос стюардессы, прервавший этот бред, который творился у меня в голове. Я был давно пристегнут благодаря заботливому Адаму. Так что я, отэсэмэсив друзьям об отлете, провалился в сон, воткнув "бананы" в уши. Я был разбужен сильнейшей тряской, которой подвергался весь самолет и гулом, воющим с огромной силой. Из салона эконом-класса был слышен плач ребенка. Адам все еще спал, положив голову мне на плечо. Я, беспокойно озираясь по сторонам, разбудил его и начал истерично спрашивать его: — Адам! Это не может быть простая зона турбуллентности! Откуда гул?! Что вообще происходит?! — Я не знаю... — глаза Ламберта были наполнены страхом. Из динамиков послышался голос пилота: — Уважаемые пассажиры, просим вас не паниковать и соблюдать спокойствие. У нас небольшое ЧП. Небольшое ЧП?!! В следующую секунду самолет тряхнуло с такой силой, что я ударился головой о полку сверху. По щеке как ножом провели — это полилась кровь. Я рассек себе лоб. Адама вырубило. На виске была огромная гематома. — Господи, да что же это такое?!! Что происходит вашу мать?!! — закричал я на весь самолет. — Адам! Адам! Очнись! Что с тобой? Банальные фразы, которые сейчас точно не помогут, вылетали из моего рта сами собой. Я прижался к руке Адама, зажмурившись и бормоча как молитву: — Нет. Нет. Так не может быть. Гул стал еще сильнее. Кабину затрясло. Я сжимал руку Адама изо всех сил, как ребенок думая, что это поможет. Я надеялся. Я очень надеялся, что это всего лишь зона турбулентности. Я молил того, кто есть Там, чтобы причиной такой сильной тряски была всего лишь турбулентность. Сжимаю зубы, до боли в скулах. Слышу как истерически бешено бьется сердце. И в эту самую секунду самолет резко потянуло вниз. Я закричал вместе с сотней людей и ни в чем не повинным ребенком. Адам... Он хотя бы умрет, не чувствуя животный ужас, не понимая, что смерти не избежать, но все-таки надеясь на чудо. Мой крик стоял у меня в ушах. Я даже не понимал, что я до сих пор кричу. Мы падаем уже пять секунд. Я уже умер. Я потеряю Адама, значит я умер... Кабину опять рвануло. Только теперь в право и гул заполнил собой все пространство. Адама выдернуло из моих судорожно цепляющихся за любимого рук. Меня обдало ледяным ветром. За секунду до падения, все еще крича, я понял, что самолет разорвало на части. Дикая боль в голове, холод и понимание, что я все еще падаю выдернуло меня из ужасающей реальности. Мне показалось, что я умер. Или не показалось..?