Немного счастья в темной воде

королям уготованы судьбы страшнее прочих - можно не быть ведуньей, чтоб муки им напророчить, и не нужно провидцем быть, чтобы увидеть их смертный час: только ужас застывает на дне королевских глаз. лоб украсят короной, рукояти мечей - резьбой, но если станет выбор между тобой и троном - я остаюсь с тобой. (с)

Им было отпущено четыре года счастья. Наместник не ввел ее за руку в Зал королей как свою жену, да Морнэн это было и не нужно. Она говорила, что быть с ним рядом - радость сама по себе . Однако Дэнетор любил и почитал ее , как законную супругу и она пользовалась всеми ее правами и привилегиями. В эти годы он почти не страдал вспышками ярости и стал немного ближе со своими сыновьями. Те, кто знали Морнэн ближе, вспоминали, что она жалела об отсутствии у нее детей, желая подарить наместнику сына. Она была дружна более с Фарамиром, чем с Боромиром, и часто ходила в усыпальницы правителей, возложить цветы на могилу Эктелиона, отца Дэнетора, и Финдуилас, первой его жены. Для Морнэн наместник был воплощением королей древности, лучшим из дунэдайн, и он стал таким для нее. Дэнетор делал ей много подарков, но она почти ничего не носила из украшений, кроме первого кольца, которое он дал ей в знак своей любви. Она стеснялась стоять с ним рядом в Тронном зале на церемониях, тогда как он настаивал на ее присутствии; это, пожалуй, было единственным поводом для разногласий между ними – впрочем, очень коротких. Умерла она быстро, недуг забрал ее всего за неделю. Семь дней она провела в кровати, истекая кровью. Наместник не отходил от нее все это время. Дэнетор, милый. Не отпускай от себя Фарамира, если вдруг понадобится… Пусть лучше Боромир. Я видела сон… Весь в иссеченных доспехах, ты провожал его в усыпальницу… Город горел… Морнэн, не нужно, тебе тяжело говорить. Обещай мне. Обещаю. Люблю тебя. И я люблю тебя Почему я так мало говорила тебе об этом, когда могла?..Зато я первая … встречу тебя в Палатах ожидания Какое слабое утешение эти Палаты Не плачь, господин мой, мне горько … быть причиной твоих слез Хорошо, больше не буду На третий день она не смогла говорить, и писала ему все, что хотела сказать. Эти письма милорд Фарамир позже нашел среди документов наместника. Их всего три. В первом она призывала его не печалиться сильно, так как верила, что после смерти они снова будут вместе. Во втором просила не оставлять его сыновей без внимания и любви. Третье письмо самое короткое. Там лишь одно слово на адунаик, повторенное несколько раз,- видимо даже писать ей тогда было уже тяжело. На седьмой день целитель , войдя в ее покои , увидел скорбящего Дэнетора и уже остывшую Морнэн . На полу около кровати лежал листок, на котором пять раз было написано ziran. После смерти Морнэн правитель замкнулся в себе еще больше чем раньше, посчитав , что он проклят Валар и недостоин счастья. Опять перестал интересоваться всем, кроме государственных дел и древних свитков, еще больше отдалился от сыновей. Характер его окончательно испортился. В свое время Дэнетор хотел сделать статую Морнэн, но та воспротивилась, сказав, что она простая женщина и не желает уподобляться каменным королям каменной страны, у нее уже есть один и ей этого довольно. Но изваяние Морнэн в Гондоре все-таки есть, наместник приказал сделать его после ее смерти. Она лежит в фамильной усыпальнице Дэнетора, по левую руку от него, и ее мраморные волосы никогда не отрастут ниже плеч. ***** Спустя много лет, после окончания войны кольца наместник Гондора милорд Фарамир , разбирая документы своего отца, нашел в дальнем ящике стола пачку листов, положенную отдельно от других бумаг. Раскрыв ее, он увидел строчки, написанные крупноватым, немного неуверенным почерком. На некоторых страницах буквы слегка расплылись. Так он узнал, что отец и Морнэн писали друг другу стихи. Стихов Дэнетора найти не удалось, видимо, наместник их сжег. А вот из написанного Морнэн сохранилось почти все. В них плохо выдержан ритм и зачастую отсутствует рифма, сравнения просты и безыскусны , но между строк бьется горячее живое сердце. Почти все они очень личные, так что Фарамир смог показать их только самым близким людям. Один листок, судя по его затертости, Дэнетор перечитывал чаще всего. В стопке он лежал на самом верху. Вот эти строки Бесконечные темные воды несет река. Открываю глаза - и счастлива, что ты здесь Никогда не пробовавший материнского молока, Завершенный и совершенный , как твердь небес Я не знаю, кому и как рассказать об этом И снова лежу безмолвно, твоим пронзенная светом Облака на востоке клубятся, сгущаются сажей, перемешанной с молоком Ненавижу войну- она, как и смерть, забирает тебя у меня целиком Но я тебя не отдам. Кто будет руки твои ласкать, читать по губам, Смотреть, как смягчается гордая складка рта, теплеет твоя темнота, Прикасаться к тебе без страха и без стыда? Я вся- на острие твоего меча, тоньше солнечного луча Я могу рассказать, как губы твои горчат Как ночами у меня не хватает слов, Как в усыпальницах пахнет мертвый болиголов, Как падает черный мех с алебастровой белизны твоего плеча Я хотела бы стать последним осенним яблоком в твоей замерзшей траве Подарить тебе сына, двух - или даже трех сыновей Как мне выразить, выплеснуть эту любовь, тяжелую, словно мокрый шелк? Но ты улыбаешься, говоришь- это все неважно, мне и так с тобой хорошо Улыбаешься, нисходишь ко мне владыкой древности- ярким, яростным, непогрешимым Твои волосы пахнут ароматным маслом ,горящим смолистым деревом , горьким дымом. Это запах, которому суждено стать моим любимым. Но сейчас он почему-то меня тревожит... Она хмурится, пытается вспомнить, где и когда его слышала- И не может