Погружение в смерть

      Пролог       Генрих не любил в своей жизни больше всего две вещи: парады и официальные церемонии. И основой в потоке негатива в обоих случаях служила Киралайская знать. Как начальник дворцовой стражи, Генрих Рек Элентери, в обоих случаях, в ходе выполнения своего долга перед страной сталкивался с этой прослойкой общества. Нельзя сказать, что он ненавидел саму аристократию, сам принадлежал к ней. Но вот скопление кичившихся своим положением “разумных”, что кроме длины своей родословной ничего собой не представляют, приносили нескончаемыйпоток негатива. Особенно для человека из рода Рек Элентери, что долгие века доказывали свою значимость Королевской семье Киралайс. Своей честью и доблестью его предки, и он сам как истинный наследник, подтверждали долгое время, что занимали своё место возле трона не зря. И видеть кичливое недоразумение, что мерили свою значимость за счёт заслуг прошлых поколений, не принося ничего нового своими руками, было выше его сил. Известная фамилия, что прославилась в веках, приносившая честь и почёт - вот, что им только было нужно. Не надо прилагать хоть малейших усилий, только трать накопленное предками и всеми возможными способами, вплоть до утрачивания чести семьи, поддерживай свое положение. Оставайся в своем уютном уголке, что не принесет тревог и проблем, да и пресмыкайся пред сильными мира сего. Не больше и не меньше, вот их предел приоритетов.       Неудивительно, что места где, скорее всего, присутствует сей раздражитель, вызывали те ещё "положительные" эмоции у Генриха. И долгое время Элентери думал, что ничто не сможет соперничать с тем букетом чувств, что он испытывал на этих мероприятиях.       Даа... думал... раньше думал. В данную минуту с этим кое, что может вполне посоперничать.       - Есть информация? Где нарушителя последний раз наблюдали? - навис Генрих, над оператором защитной системы дворца.       Сейчас к своему списку раздражителей он спокойно мог добавить ночные тревоги. Особенно ночные тревоги, поднятые лично коронованной особой, Артером Седор Киралайс, законным правителем всего Королевства по причине проникновения в свою спальню ночью.       Когда среди ночи король ЛИЧНО поднимает тревогу и требует прочесать весь дворец: это,во-первых, очень сильно мотивирует, а во-вторых, не слабо напрягает. С первым понятно, приказы такого начальства, причём отданные лично и без посредников, должны выполняться чуть ли не молниеносно. А вот со вторым все было несколько... мм... сложнее.       Начать с того, что после того как по тревоги вооружённый отряд охраны ворвался в королевскую спальню они узнали от побледневшего правителя, что кто-то ночью побеспокоил его покой.       Что больше всего выбивало Генриха из колеи, то, что некто смог проникнуть в самое охраняемое здание в королевстве, не потревожив ниодного сторожевого устройства, или то, что кто-то смог в достаточной мере испугать короля, он не представлял. С одной стороны надёжная защитная система, что за долгие годы службы правящей семье Киралайс, не подвела ниразу. Даже проклятые водники, славящиеся своими тихими убийцами, не смогли ни разу проникнуть в сердце страны. Воздвигнутый сотни лет назад замок со своими охранными системами надёжно стерегправящую семью. Кто бы и как не старался, тревога останавливала недоброжелателей ещё на границах дворца, не давая и шанса замыслившим недоброе.       Вторым удивившим донельзя Генриха был испуг Короля. Конечно, Рек Элентери в свои пятьдесят два года вполне понимал, что кого угодно можно испугать, шоры с глаз давным-давно спали. За прошедшее время службы в Королевской страже, от положенного по семейной традиции самого низкого звания, до заслуженного и носимого с гордостью - Начальника Королевской Стражи, Генрих хорошо успел убедиться, что все правящее семейство всего лишь люди. Наделенные властью и силой, которой владеют немногие, но люди. Они так же испытывают эмоции, так же ошибаются и так же порой не видят своего дальнейшего пути в жизни.       Так, что то, что Артер Седор Киралайс может испытывать эмоции наравне с другими людьми для Генриха не стало сюрпризом, он не был идиотом. Как бы ни возносили жрецы Кольца правителя своей страны, для Генриха коронованная особа, за долгие годы службы, как никогда полно раскрылась как обычный смертный, со своими страхами и проблемами. Никакого эпитета перед правящей семьёй Рек Элентери к этому времени уже не испытывал. Он только выполнял свой долг перед короной, по защите главенствующей династии и не более. Никакого лизоблюдства, что могли ожидать ушибленные на голову аристократы от него, они не получали. Генрих выполнял букву закона и ничего сверх этого. Только то, что он был должен своему государству.       С таким отношением не удивительно, что многие пытались подсидеть его на столь значимом посте как начальник стражи королевского дворца. Для них должность, занимаемая им, была просто пределом мечтаний, что может исполнить все надежды и желания. Быть подле рода Киралайс и выполнять их малейшие прихоти за вознесением над остальным людом, что может быть лучше. И кто становился преградой перед исполнением этих идей, был для них приговорён. Но как бы все эти семьи не старались, Генрих был не только довольно честным человеком, но и истинным наследником Рек Элентери, и вполне мог свести на нет все интриги, что велись против него. Хочешь, не хочешь, но занимаемое им место подле трона, принуждалапроникнуться всеми дворцовыми интригами до мозга костей. Пропитаешься всем ЭТИМ за годы службы независимо от твоего желания, хочешь ты этого или нет. От тебя это зависит лишь в той степени, что хочешь ли ты своему роду хотя бы причитающемуся ему процветания, либо ты уготовил ему судьбу низложения и небытия. В силах ли ты отстоять положение своего рода, не дав кануть ему влету? По плечу ли тебе стоять нерушимой стеной между интригами дворца и переменчивым мнением правителя и благополучия своей семьи? Сможешь ли ты испустив свой последний вздох не испытывать не малейшего сожаления в душе от неисправленных ошибок и невыполненных желаний? Не придется ли следующим по твоим стопам Рек Элентери исправлять твои ошибки?       Все эти вопросы пропитали саму суть Генриха, не позволяя ни на секунду забыть, на каком тонком льду расположено благополучие его рода. Как бы ни были они близки к трону, слишком многим хотелось занять место его семьи, не останавливаясь ни перед чем, забыв все нормы морали и честь аристократа, лишь бы добиться желаемого. И сколь мимолетна благосклонность государя, что может в один роковой для Элентери смениться гневом, кой его семья не перенести.       Так, что он прекрасно знал, на что был способна дворцовая свара, собравшаяся подле трона. На какие хитрости и многоходовые шаги они способны для достижения даже самых пустяковых и низменных желаний. За годы службы от обычного стражника, чья доля не могла его минуть несмотря даже на его фамилию, до занимаемой в данный момент должности, Генрих успел увидеть достаточно. Достаточно для того, чтобы понять сколь слабо отличался обычный житель дальних границ от отпрыска благородного дома. Несмотря на весь лоск, богатые одежды, толпы учителей, что окружают с момента первого вздоха, разница с обычным парнем из глубинки, что дай Кольцо на пальцах считает, прослеживается в деталях. В нюансах, что отделяют человека от куска плоти с прогнившей душой, неспособного ни на что кроме как жить для себя и вопреки всем. Цели, душа, семья, честь… ничего из этого их не трогало и в малейшей степени.       Центр их существования находился в других далях. Насытиться, насытиться, насытиться, насыться…ничего кромеэтого, их не волновало. Никто кроме них их не волновал. Только лишь насыщение свое и собственного кошелька. Все, что стояло на их пути сметалось. Все, кто страдал для выполнения их желаний, уничтожались. Такова была их политика.       Генрих же зная, что Седор Киралайс, был всего лишь человек, пусть и наделенной огромной властью, не удивился испытуемыми им эмоциями. Начальника стражи дворца больше всего впечатлился именно спектром эмоций, что он увидел этой ночью от правителя. Как бы ни относился к королю, но он всегда уважал его железные нервы правителя и его непоколебимый внутренний стержень. Держать всю страну в жестких тисках, слабый король просто не сможет. Под троном просто давно бы опора зашаталась, не выдержав внешних и внутренних проблем.       Тем удивительный для Генриха было увидеть посеревшего от страха короля, что поднял весь дворец по тревоги. Человек с железными нервами, державшего в жёсткой хватке целую страну, побледневший как полотно, твердивший себе под нос:"не может быть", "она же мертва" и "это всего лишь сон", выглядел пугающие. Особенно пугающе для человека, что знал насколько крепкие нервы у короля и КАК надо его напугать, чтобы вызвать подобную реакцию.       Так, что Генрих в эту ночную пару был простимулирован в двойне. С одной стороны приказ государя и долг перед родиной, требующие в одинаковой степени выполнения приказа вышестоящего лица. С другой не менее мотивирующая своей неясностью ситуация, когда первое лицо страны, в самом защищённом месте государства, проявляет не свойственное ему всепоглощающий ужас.       Поневоле начнёшь рыть носом землю в поисках источника всей этой неизвестности. Ничего удивительного, что Генрих занял тем же. Странным было поступи он наоборот, не прояви он должное рвение.       - Лер Элентери, нарушителя не видит не один защитный контур. Сколько не проверяем, никак не можем найти проникнувшего - затравлено проблеял молодой оператор, моля всех богов, чтобы гнев вышестоящих лиц прошёл мимо него.       Его эмоции были вполне понятны, наблюдать зависшего над своим плечом Рек Элентери облачного по боевому расписанию в Эрц-броню, никак не прибавляло душевного спокойствия. Закованная высокая массивная фигура в серебристый массивный доспех, отсвечивающую зелёным светом Эрц-кристала из середины груди, по не воле давила на нервы. Несмотря на свой шестой десяток, Генрих умел внушать одним своим видом. Высокий воин, не утративший к своему возрасту не стройности, не хищной грации, невольно впечатлял. Не смотря на свои седые длинные волосы и покрытое морщинами, да шрамами гладко выбритое лицо, Генрих внушал. Не только статью война, прошедшего не одну схватку, но ещё железной волей неординарного человека.       Так что то, что оператор охраной системы замка склонившейся над шарообразным зеленым кристаллом, ядра всей защиты, был напуган до потери пульса, не было ничего необычного. Наоборот было бы странно, не испытай он данных эмоций.              - Значит никаких следов - задумчиво протянул Генрих, глядя на проецированное изображение замка, над крупным, зелёным Эрц-кристалом системы защиты замка.       Полупрозрачный контур зеленых линий показывал все местные, даже самые незамысловатые уголки. Все этажи и заколки с яркими точками проживающих здесь, отображались пред десятком операторов и Рек Элентери. Всё в небольшом помещении несводили глаз, в попытках найти нарушителя ночной идиллии замка. Но... их поиски были напрасны. Как бы ни вглядывались в поступающую информацию с датчиков, размещенных по всему дворцу, ничего нового они находили. Никаких следов, словно королю приснился страшный сон, и он как малое дитя поднял всех по тревоге. Но в это верилось с трудом. Как бы Генрих не относился к правителю, но тот ужас, что сквозил в его взгляде, поневоле впечатлял. Очень впечатлял.       - Где же ты есть? - зло прошипел сквозь зубы Генрих, не отрывая взгляда от схемы замка.              - Где же ты есть? - задумчиво протянула молодо выглядевшая девушка, оглядывая тёмное, просторное помещение.       По мало освещенной комнате осторожно ступала, обходя заполняющий почти все пространство помещения разнообразный хлам, коротко стриженная, смуглокожая брюнетка.Ее высокая поджарая фигура, затянутая в серую сорочку и темные брюки с высокими сапогами, не спеша перемещалась под неосвещенным сводом, пока с худощавого лица с острыми скулами из под тонких бровей изучающие скользили карие глаза по стенам.       Нельзя её было назвать красавицей. Отнюдь не миловидное смуглокожее лицо с пересекающими его тонкими нитями тонких шрамов и явно выделяющимися скулами. Обтягивающая впритирку одежда, оставляла мало простора для фантазии и явно показывала отнюдь не богатую щедрость природы в приятных каждому мужчине округлостях. Более всего ее фигура походила на напряженного и готового к броску зверя, с перекатывающемся под кожей мышцами, грацией охотника и голодом хищника во взгляде. Никто бы даже в самой крайней степени опьянения не назвал бы красавицей, но прослеживающаяся в каждом ее движении грация извлеченного и готового к бою клинка, заставляла замереть перед ее необычной красотой. Хищной красотой готового к бою в любой момент оружия, что дано заметить далеко не любому разумному. Но кто смог это “оценить” замирал в неподвижности, словно кролик перед удавом.              Ее взор внимательно, подмечая малейшую деталь, что не могла скрыться даже под этим темным сводом, изучал все окружающее пространство. Всё покрытые пылью и сетью паутины картины, украшающие здешние стены, подверглись тщательному изучению, как и занимающий почти все окружающие пространство всеми забытый хлам, покрытый пыльными тряпицами.Ничто не осталось без её досконально изучаемого внимания. Ничего.       - И здесь нет... и где же тебя искать? - изучающее оглядела брюнетка все небольшое помещение, откинув в сторону пыльную тряпицу, скрывающую очередной предмет в этой комнате.       Не один предмет местного интерьера был ей изучен, но пока что все было напрасно. Серой пыльной ткани, закрывающей окружающие предметы, откинуто на пол было великое множество, но кроменикому не нужного, и скорее всего давно забытого хлама, ничего не находилось. Только все больше пыли и грязи скапливалось на одежде и волосах, не прибавляя ей никапли терпения. Несмотря даже на очень крепкие нервы, раздражение успевало порой проскальзывать через привычное спокойствие. Что в обычной ситуации для неё было бы довольно странно, но... зная то, что она ищет, все странности вполне понятны. Наоборот,было бы удивительно пройди все поиски без проблем. Главной, из которых пока получался бестолковый поиск. Треснувшие вазы, полу разваливается мебель и скромной ценности предметы культурного наследия, вот и все, что она смогла здесь найти. Необходимое ей так досих пор найдено небыло.       - Где же ты... где же ты - в задумчивости оглядела брюнетка полутемное помещение, освещаемое только ночными светилами.       Она прекраснопомнила, что спрятало его в этой комнате. Никто бы не стал искать ЭТО среди груды хлама. Ненужного никому, но застрахованного от утилизации своей исторической "ценностью". Наоборот все старались поскорее вычеркнуть из памяти этот наглядный пример своей слабости.       За прошедшее, пусть и довольно продолжительное время, никто бы не стал прибирать к рукам необходимый предмет. Его внешний вид мало соотносился с истинной ценностью. Мало кто из живущих и служащих во дворце позарился бынанего, даже самая захудавшая посудомойка побрезговала, скорее всего.       Когда она уже собиралась идти обыскивать комнату повторно, на глаза случайно бросился тёмный угол, что на удивление обходил ее внимание стороной. Ранее, как бы ни стараласькороткостриженная, её взгляд случайно соскальзывал с этой части комнаты. Хотя увидев контуры большого прямоугольного предмета, поступающие сквозь ткань скрывающего его, она никапли не удивилась подобным чудесам. Насколько искомое было... хм... своенравно и выкидывало ещё те закидоны, брюнетка помнила хорошо и навряд ли за прошедшие годы хоть что-то изменилась. Она очень в этом сомневалось. Как бы ещё все не стало ещё хуже.       Не став придаваться старым воспоминаниям она решительно шагнула в слабо освещенный угол и, откинув в сторону тряпицу, открыла на обозрение искомый предмет - ростовое зеркало с широкой рамой.       Мутная отражающая поверхность, в которой не только при столь скудном освещении, но и ярким днем, ничего толком не разглядишь. И грубая деревянная рама,вытесанная из самого дешёвого породы дерева, без малейших следов лака, резьбы и украшений. Вот что из себя представляло найденное ею зеркало. По внешнему виду за него если и дадут медяка, то только за немалый размер, но никак не за материалы и качество исполнения. Среди дворцовых ценностей, что пусть несли на себе след прошедших годов, в разной степени повлияющих на них, её находка смотрелась дешёвой скотиной на фоне скакунов королевского рода. При первом же взгляде на это в голове должно была проскальзывать, переполняемая шоком и удивлением мысль:"что здесь забыл этот хлам?". Для всех. Для любого обычного человека. Но... не для неё. Она прекрасно представляла не только его истинную ценность, но и то, как оно любило пудрить мозги окружающим, начиная с того, что прикидыватьсядешевкой, за которую и медяка жалка. Заканчивая... ооо... границ и слабости фантазии у этого, во всех отношениях мутного зеркальца, не наблюдалось от слова СОВСЕМ. В некоторой степени для брюнетки это было даже хорошо. В определённой степени.              Подойдя вплотную к зеркалу, она положила руки с двух сторон на раму и полуприкрыв глаза. Краткие секунды она замерла на месте, наклонившись вперёд, но затем губы начали неразборчиво шептать, что-то себе под нос. Понять из произносимого не удавалось почти ничего, даже если подойти в плотную, настолько речь была тиха и неразборчива. Казалось она замерла здесь напрасно с охваченным бредом разумом, что погружался с каждым мгновением все дальше и дальше в пучины саморазрушения. На что немало указывала все более бессвязная речь и бледнеющая кожаcпроступающими сквозь нее чернеющими кровеносными сосудами, что отнюдь не являлось показателем здоровья и не прибавляло ей красоты. Скорее наоборот, она все больше и больше начинала походить на оживший труп, а не живого человека.       Когда же смуглый загар вконец сменился на белое полотно, голос упал до еле слышного шепота, а тело опустилась бессильно на колени, пусть брюнетка и не разжала сведенные судорогой пальцы, произошли так ожидаемые ей изменения.       - Ну наконец-то... наконец-то - с трудом поднявшись на дрожащие от слабости ноги, удовлетворённо прошептала короткостриженная глядя на дело своих рук.       И надо сказать посмотреть было на что. Зеркало, что побрезговали вешать у себя даже в Серых районах, сменила сестра, за которую и короли не прочь будут поспорить частью своей страны. Немаленькую частью земли богатую замками, жилами, богатыми полезными ископаемыми, городами с богатой инфраструктурой и сотней крупных Эрц-кристалом, вот, что могли предложить за этот образец культурного наследия.       Богатая светлая, лакированнаярама, покрытая замысловатым золотистым рисунком, окружала безупречное зеркало без единого мутного следа и скола. Немалая цена за материалы, что могли узнать истинные ценители, повышалась, взгляни на него один из мастеров тайных искусств. В их глазах, материал исполнения перевешивался с большим отрывом силой наполняющей его магии.       Те, кто мог не только видеть энергетические потоки опоясывающие местные просторы, но и мог в полной мере лицезреть их силу и глубину, смог бы оценить истинную цену найденного брюнеткой. Благо для неё те немногие,что могли похвастаться столь редким даром, что позволил бы найти средь всеми забытого мусора сверкающие во всех смыслах сокровище, встречались довольно редко. Максимум те, кто смог пробиться через иллюзорные барьеры, видели богатое оформление найденного зеркала. Пробиться сквозь преграду покрывающих его иллюзий, оценить и понять истинную стоимость, слава Кольцу, никто до этого не смог.       Было ли это благословениеДвенадцати, или же искусники измельчали, она наверняка сказать не могла. Главное было то, что, несмотря на прошедшие годы никто, не смог найти спрятанное в центре дворца. Благая весть, как для неё, так и для с честью шедших подле неё.       Замерев пред зеркалом, она в ожидании направила свой взор на него, ища ведомые лишь ей знаки в зеркальной поверхности. Но сколько бы ни отмерял стук её сердца пройдено время, после волны изменений прошедших по скрытому сокровищу, все замерло в одном состоянии. Сколько она не стояла на одном месте, её взор не замечал того, что должно произойти. Что не могло не нервировать. Особенно человека, чьё спокойствие и так было подточено покрывающей с ног до головы слоем пыли. Основательно подточено.       - Да ты издеваешься! - закипая прошипела она сквозь зубы и что есть силы ударила по находящейся перед ней раме - ВЫЛЕЗАЙ ДАВАЙ! ИНАЧЕ...       Переполняемая эмоциями она добавила ещё сверху одним ударом, что чуть не скинул наземь зеркало, основательно качнув его на настенных креплениях.       Будь кто-нибудь из обслуги дворца, что пытались снять зеркало, скрытое под многочисленными слоями иллюзий, они бы поймали, чуть ли не смертельный шок. Никто до этого не то, что так качнуть не мог его, но и сдвинуть на расстояние человеческого волоса был не в состоянии. Державшие его на стене сотни лет плетения не позволяли не то, что переместить его из одного помещения дворца в другое, но даже сместить на жалкий миллиметр не получалось. Как бы ни старались лучшие умы и искусники Королевства, данное зеркало по-прежнему занимало свое место. Ничто и никто не мог повлиять, как бы ни старался, на происходящее влияние. Никак и никто.       Кто и когда закрыл глаза на данную аномалию уже никто и не скажет, за прошедшие годы. Просто в один прекрасный момент всеми воспринималось как данность, что виденное через разрез скрывающей иллюзии, как самое дешёвое зеркало, заняло не полагающиеся ею место в столь богатом дворце. В один прекрасный момент на это дешёвое бельмо, что к тому же мало кто видел в этом забытом богами углу замка, закрыли глаза, в немалой степени спасая свою честь. Никто из власть имущих не хотел признавать, что даже в малейшей степени не контролирует что-то во дворце. Ведь проще закрыть глаза, чем после многочисленных попыток убрать, неизвестно когда и как, оказавшегося здесь зеркало, чем признать собственное бессилие. Кто хочет после многочисленных попыток, когда чуть ли не сносилась стена, на которой висела общая головная боль, сказать о своём проигрыше. Проще закрыть и забыть это помещение, вычеркнув из памяти своей даже такой незначительный проигрыш, для кого-то, но не для них, чем признать свои ошибки.       Так, что не удивительно, что спустя несколько поколений правителей дорогу к этому месту успешно забыли. Отчасти из-за отдаленности этой комнаты от наиболее посещаемых частей замка, и отчасти из-за общей волны негатива присущей при вспоминании власть имущих, своей немощи в самом сердце Королевства. Со временем сюда не то, что никто не заходил, но даже упоминание сего места стало своеобразным табу. Даже самый захудалый раб обходил данную часть замка стороной, боясь навлечь гнев хозяев. Что уж говорить о благородной прослойке, что посещала эти стены. Никто не хотел навлечь гнев коронованной особы и обходил десятой дорогой это чёрное пятно Киралайса. Все словно забыли об этом месте. Кроме той, что намертво закрепила здесь это зеркало и вернулась спустя долгие годы к нему.       -... НА КУСКИ РАЗОБЬЮ ТВОЁ ПРИСТАНИЩЕ!!! - угрожающе прорычала брюнетка сквозь зубы.       Накал эмоций и уровень угрозы, что сквозил в каждой букве, что слетали с изящных уст, никак не соответствовал внешности произнесших эти слова. Их ожидаешь услышать от грозного чудовища из самых глубоких уровней двенадцати лабиринтов, а не от брюнетки, что пусть и несла на своем лице изрядную долю шрамов и чье тело перевивали змеями жгуты мышц, но никак не походила пугающего монстра, что возникал в голове при услышанном голосе. Любой человек, как только сможет избавиться от сковывающего его страха после услышанного, отмахнувшись скажет: «что только не почудиться»и расслабленно махнет рукой, выкинув из памяти так напугавшего его человека.       Точнее попытается выкинуть, просыпаясь в поту и с колочащимся сердцем среди ночи на протяжении долгих годов, молясь всем Двенадцати Богам по скорее забыть услышанное в тот день.       Но все первое впечатление было очень обманчиво. Даже закаленный в самых жестоких схватках воин смог бы увидеть в ней только свою сестру по ремеслу, но заглянуть в саму ее суть, было бы ему не дано. Неизвестно кто был более опасен чудовища лабиринта или беснующаяся перед зеркалом брюнетка. Хотя знающие ее люди не поставили и жалкий медяк на жалких монстров.              Не долгие мгновения казалось, что её эмоциональный всплеск не принёс никакой реакции. Но спустя мгновения, что в этом тёмном и тихом месте, тянулись тягуче долго, по поверхности зеркала прошларяб изменений. Сначала еле заметное, вполне списываемое на обман зрения, но чем дальше, тем сложней было отбросить их в сторону. Пока в один момент, словно из глубины вод из зеркала проявилась женская фигура, проступая вперед перед всем отражаемым в нем.       Новое действующее лицо выгодно выделялось не только на фоне все еще не отошедшей и бледной брюнетки, но дала бы сто очков форы всем признанным красавицам дворца, что строили все свои интриги за счет своей внешности и тех глупцов, что клевали на нее. Шекарное тёмное платье, без следа так ценившимися под этими сводами драгоценностей, между тем и без них выгодно подчеркивало изящную фигуру, молодой смуглокожей девушки, не погодам одаренной природой на зависть всем дамам. Длинные чёрные волосы, отливающие серебром, ниспадали густым водопадом до пояса и могли заставить удавиться от зависти не одну даму Киралайской знати, что спускали огромные сумы искусникам королевства на жалкое подобие на своей голове.       С миловидного лица с чистейшей кожей, с алыми губами и вздернутым носиком, сверкали на удивление холодные карие глаза. Такой взор ожидаешь увидеть у прожженного политика, прочувствовшего на своей душе все глубины, куда может пасть человек в борьбе за власть, а не у молодой девушки, что только приближалась к порогу зрелости. Это если не знать сколь эти карие очи лицезрелипролетевшие мимо них годы. Многие годы. Но замершая перед ней брюнетка знала и это, и то, кто стоял за этой миловидной внешностью. И то, что обманувшейся внешней оберткой дорого поплатиться за свою ошибку. Вплоть до своей жизни и души, что может вполне посчитаться лютым везением. В худшем случае для несчастного все могло закончиться намного хуже. Короткостриженная это прекрасно знала.Даже по прошествии многих годов все ещё были свежи в памяти судьбы тех, на кого сконцентрировался гнев обитательницы зеркала.       - Оо... какие гости - окинув изучающее из-под тонких бровей свою гостью спросила длинноволосая - Корвино Седо Киралайс... даже не знаю... каких богов Кольца надо благодарить за приход столь знатной особы в забытое всеми место? Или преподносить молитвы всему скопу небожителей? Мм?       У Корвино непроизвольно дернулся глаз, а рот перекосился в горькой ухмылке. Она,конечно, знала к кому шла, но за прошедшие годы воспоминания подернулись дымкой прошедших лет и все воспринималосьне столь остро. Но встретиться с ней снова, как в голове проскочили прошлые точки пересечения и насколько трудный в общении человек скрывается за столь милой внешностью.       - Дааа... что-то никогда не меняется – тяжеловздохнула Киралайс, смерившаяся в душе с тяжёлым разговором, что станет только тяжелей из-за представшей перед ней личностью и её характером - особенно ты Алиса. Приятно знать что-то в этом мире остается неизменным. Такое к...       - Такое как ты - бесцеремонно перебила Алиса, окинув её с головы до ног полным призрения взглядом и слегка улыбнувшись - с трудом вериться, что столь древнее... мм... ископаемое не только не рассыпается песком, но умудряются прикидываться малолетним недорослем! Я просто в восхищении! Под...       Мрачнея все больше и больше с каждым вылетаемым из алых губ словом, переполненным ядом и издевкой, Корвино повторяла про себя, что другого выхода у неё и не было. Всё те одиннадцать вариантов, что были альтернативой Алисе, пусть и были не столь проблемными для психики, но не гарантировали успеха в задуманном. Этот зеркальный индивидуум хотя бы был привычным злом и если не обращать внимания на сплетаемое с уст и сколько нервов, она в свое время попортила, то все было не столь страшно. По крайней мере, с ней можно работать и выполнению задуманного Алиса не только не помешает, но и с радостью поможет. Ведь как бы длиноволоска не кривила лицо и исходила ядом, но в борьбе, с как всегда обуревающей её скукой, она впишется в любую авантюру. Особенно в ту в которой она кровно заинтересована.       Будет конечно жаловаться, и стонать, как все это надоело и за этой ей не платят, но все это лишь одна из её многочисленных масок. За годы знакомства Корвино изучила почти весь спектр ее масок, что скрывают истинное лицо своей визави, но прекрасно поняла, что она не настолько плоха как пытается казаться. И сколь легко втянуть её в очередную авантюру, помахав перед носом только шансом в неё влипнуть.       Не став вслушиваться для своего блага в поток помоев лившихся на её уши, Киралайс мысленно отстранилась от него и приступила к тому, ради чего собственно сюда пришла.       Прочертив в воздухе сложную фигуру пальцем, за которым остался тускло светящийся след, Корвино плотно сжала кулак, нанесла удар по воздуху.       Будь здесь в данное мгновение обычный наблюдать, кому не довелось видеть перед собой и малейшего проявления магии, у него бы глаза бы на лоб полезли от того как рванувшаяся вперед конечность словно погрузившись во что-то и оставив после себя едва видим след искажения, исчезла по локоть. Место “среза” плыло и рябило, играя серебристым отливом света. С трудом удавалось рассмотреть не только ЭТО, но и зону где исчезала рука брюнетки. Зрелище для неподготовленного зрителя было вполне пугающим. В повседневной жизни человеческие руки не исчезают. Особенно без следа крови и при столь малопроевляемых эффектах. Для обычного разумного это выглядело довольно странно. Но не для Киралайн и ее визави.       Ни в малейшей степени не беспокоясь о потерянной из вида конечности, Корвино на мгновение прислушалась к чему-то своему, начисто игнорируя самозабвенно выплескивающую волны негатива Алису, и с разворотом корпуса потянула назад правую руку. С лёгкой вспышкой конечность проявилась в полной целости и сохранности, оставляя повешенным в воздухе вопрос:"не показалось ли все предшествующие этому?"       Но вернулась не только рука. Свободная до этого ладонь, крепко сжимала походный рюкзак из грубо обработанный тёмной кожи. Никаких украшений и изысков, идеально вписывающаяся в рамки функциональности вещь. Вещь не дворцовых раутов и приемов, а для долгих походов в весьма неблагоприятных условиях. Только качество и простота, ничего сверх этого. Вся его поверхность, с потертостями и следами ремонтами, просто кричала о долгом и постоянном использовании. Эта вещь долгие годы служила своей хозяйке верой и правдой.              Придирчиво окинув взором извлеченное приобретение и взвесив его в руке,Корвино размахнулась и… бросила его в Алису, не в малейшей степени не беспокоясь о сохранности зеркальной поверхности и содержания «посылки». Или же глядя на ее оскал и полный предвкушения взгляд, она надеялась насладиться разлетевшимися вокруг осколками? Кто знает, чужая душа потемки, а ее особенно…       «Посылка» за мгновение преодолела разделяющее их расстояние и как в водную гладь, погрузившись в него, оставив после себя утихнувшую волну искажений по поверхности и на полной скорости влетела в руки Алисы.       - И что это за дар? Наконец решила искупить все попорченные тобою нервы? Даже не знаю, что может искупить все твои прошлые действия...       - А ты взгляни - посоветовала Корвино, внутренне приготовившись к неизбежному.       Ожидание её подтвердились в полной мере и даже больше.       Окинув полным иронии взглядом замершую Киралайн, Алиса заглянула в покоящуюся в руках сумку и замерла подобно статуи. Десятки ударов сердца она не двигаясь расширенными от шока глазами смотрела в нутро своей ноши, пока наконец не отмерла. Приподнятые в изумлении брови опустились и свелись в гневе, над переполняемыми эмоциями глазами. Алые губы искривились в оскале, обнажая ровный ряд белоснежных зубов. Пылающие от гнева очи медленно приподнялись вверх и вперились в Корвино, пытаясь прожечь в ней дыру.       - Тыы... вообще соображаешь, что творишь?! - не свойственно для неё прорычала Алиса - тебе мало было этих рек крови лившихся многие сотни лет? Ты же сама знаешь для чего и к чему приводит этот е.. ный Ритуал?!!! Помнишь чьё внимание, он может привлечь?!!! ТЫ ЧЕМ ДУМАЛА, КОГДА ПРИШЛА КО МНЕ С ЭТИМИ ОДИНАДЦАТЬЮ КУСКАМИ МЯСА?!!! СОВСЕМ МОЗГИ ЗА ЧЕТЫРЕ СОТНИ ЛЕТ ПРОКИСЛИ?!!! ОТВЕЧАЙ!!!       Корвино тяжело вздохнула, приготовившись к не самому приятному разговору. Она конечно знала что все будет не просто и ожидать сразу согласие просто как на очередную авантюру было слишком оптимистично, зная на, что она уговаривает Алису, но встретить такую вспышку эмоций было неожиданно.Казалось за годы знакомства, она хорошо её успела изучить, но вот как... такая внезапная вспышка. Хотя если хорошенько поразмыслить, такая бурная реакция отчасти понятна и прогнозируема, зная, что она предлагает жительницы зеркальных поверхностей. Такой накал удивляет, но не должен помешать её планам. Она очень на это надеется, слишком много от этого зависит.       - Привлечь говоришь - горько усмехнулась Корвино - поздно уже привлекать. Всё их внимание и так на наши земли направлено. Внимательно направлено! Единственно, что нам может помочь это отвлечь его в сторону.       - Что за ересь слетает с твоих уст? В голове помутилось от своего гонора? Объясняйся!       Видно было, что длиновласка сбавила эмоциональные обороты, выплеснув их в своей речи и немного успокоилась, но подозрительность во взоре, сверлящем Корвино, никуда не делась. Она только скрылась в глубине карих глаз за покрывающим их холодом.       Ну что же, никто не говорил, что все будет просто. По крайней мере она её выслушает и поможет, в отличие от других Ищущих... скорее всего... будем надеется...       - Объясниться... эхх... это будет не просто... помнишь кто помог положить конец Ритуалом в 3673 году?       - Таких затруднительно вычеркнуть из памяти, как не старайся - скривилась как из-зазубной боли Алиса - и что ты пытаешься этим донести? Как связаны личности этих "доброжелателей" и принесенное тобой? Они давно покину...       - Они здесь - глухо обронила Корвино - честно говоря я вообще сомневаюсь, что после того как они уничтожили Совет эти "доброжелатели", как ты их назвала, нас покинули.       -.....       - Вижу ты оценила все перспективы - иронично улыбнулась Киралайс, глядя на застывшее и побледневшее лицо своей собеседницы - да ты правильно поняла, после памятных событий, они никуда не ушли. И судя по шевелению, их подчинённых они ОЧЕНЬ заинтересованы нашим миром. Думаю излишне говорить, что так могло их заинтересовать?       Следующие несколько минут Корвино могла "наслаждаться" потоком не свойственной для Алисы брани, что был более к лицу портовому грузчику, а не изящной брюнетки. В прочем за недолгий разговор Киралайс уже успела привыкнуть к нетипичным перепадам эмоций своей знакомой, пусть это и шло вразрез с прошлым опытом. К тому причина для этого была вполне понятна. Сообщи ей кто такое, без подготовки, она ещё хлеще бы психовала.       - Ты уверена? – кое-как успокоившись, выдавила из себя Алиса.       - Более чем. Иначе стала я к тебе приходить, да и ещё с такими "подарками"?       - Истинно... но к чему твой "щедрый" дар? Сомнения меня обуревают, что успела ты позабыть, какие реки крови льются по пути с Ритуалом. Весьма трудно вычеркнуть из чертогов памяти то, что вырезано на своей плоти. Как и то, что с чем тебе продеться расстаться в этом случае. Гложет меня сомнения, что ты смогла это забыть. Что скрывается за этим поступком?       Приятно было видеть и слышать, что наконец Алиса взяла себя в руки. Что могло выкинуть это истирящее нечто, что краткие мгновения появилось после вываленной информации, вместо хладнокровной и язвительной знакомой, угадать было сложно. Дажескорее всего невозможно. Так же все становилось намного проще. Нельзя сказать, что у Алисы не было причин для проявления подобных эмоций, но в спокойном состоянии с ней работать привычней и проще.       - Хочу отвлечь внимание.       - Отвлечь внимание?! Ритуалом?! - разнесся по помещению удивлённый выкрик девушки.       - Ну знаешь ли... - неверяще протянула Алиса, когда не увидела на лице своей собеседницы ни намека на шутку - неужели наши дела настолько плохи, что появилась нужда в столь серьёзных средствах?       - Оо... ты даже не представляешь, насколько все плохо. Уже заявлялась парочка аватаров, что слава Кольцу удалось уничтожить. Конечно не без потерь - скривившись кивнула на сумку в руках брюнетки Корвино.       - Аватары значит... кого стоит благодарить за столь тёплый визит? - подобравшись, словно хищник перед броском прошипела Алиса.       - Всё те же... все те же... - угрюмо проговорила Корвино - а теперь у нас остался только один Убийца и боюсь моих сил на следующий визит не хватит, привет от устраненного Совета даёт о себе знать. Да все большее количество мелькающих среди правящих лиц окружающих стран доверенных "добродетелей", не может не напрягать. Всё больше и больше мир скатывается в Гхарн пойми что. Стоило оставить их на несколько столетий, как все дружно пытаются убиться самым изощренным способом. Гре...       - Ладно, ладно... успокойся - тихо посмеиваясь, перебила Алиса все более и более распаляющуюся Корвино.       Эмоции её настолько переполняли, что среди коротких волос то и дело проскакивали заряды молний, грозя в скоростиперерасти в мощный шквал. Обитательница зеркала это могла гарантировать, не раз наблюдала это. Так, что стоило её немного успокоить.       - А хорошо ли ты подумала над дальнейшим? - продолжила Алиса - Ритуал требует ДВЕНАДЦАТЬ "сердец", и тебе потребуется со своим тоже расстаться. Не боишься пересечься на своём пути с их ищейками или аватарами, не неся на своём челе гордого звания Убийца? Новички не за мгновение пройдут все испытания лабиринта и за этот отрезок времени, все может полететь под хвост...       На мгновение она прервалась, словно что-то съела испорченное... или собиралась произнести нечто нецензурные.       -... Гхарну - сама не веря, что с её уст слетела подобная "ругань" и легко забыв, что до этого ругалась как портовый грузчик, закончила Алиса.       - Время есть, слава Кольцу. Мои братья и сестры помогли его выиграть - ещё один кивок в сторону рюкзака - а сам Ритуал позволит выиграть ещё времени. Все их и их ставленников внимание прикипит к нему, что тоже в немалой степени поможет. Все это создаст достаточно шума, чтобы...       - Вот как? Умеешь заинтриговать - растянув губы в тонкой улыбки перебила ее Алиса - согласна, начнём запланированное поскорей.       - Согласна? Так просто? - с ноткой удивления, протянула Корвино, не веря в столь быструю победу - я конечно всенепременно за, но после такой вспышки в самом начале, ожидала более длительных сопротивлений при уговорах. Не хочешь узнать подробностей и деталей, а сразу соглашается. Не просветишь, кому сказать спасибо за твою покладистость? Или сразу искать тысячу подводных камней, что могут следовать за столь быстрым и простым согласием?       - Хоть всему Кольцу приноси толпы жертв для меня все едино - отмахнулась она как от чего-то малозначимого и проигнорировав, или скорее всего просто не заметив, все чтобы в следующее мгновение подобраться как хищник перед броском - Но если так жаждешь услышать от меня правду, развей туман скрывающей истинные намеренья твоего визита в опочивальню незаслуженно носящего на своём челе корону. Про то благодаря чему ты смогла переступить сей порог вопрос не возник и на секунду, разумный что воздвиг охрану по этому сосредоточению разврата и порока, сможет без малейших затруднений ступать под этим сводом. Небывалый шок постиг бы того кто смог бы лицезреть обратное. Что не могу никак постичь, несмотря на все прожитые года... НАХРЕНА ты залезла в спальню корольку, подняв тревогу по всему дворцу?       Замявшись на короткое мгновение от прозвучавшего перепада, Корвино с удивлением посмотрела на свою собеседницу. Чего она от неё не ожидала так это подобного вопроса.       - Кхм... тебя интересует ни то, что я задумала и как к этому приду, а... зачем залезла к своему внуку в спальню? - дождавшись утверждающего кивка она продолжила - хотела посмотреть в глаза человеку убившего на своём пути к трону всех своих братьев и сестёр, и в дальнейшем пустить все то, чего воздвигли с Тастором Гхорну под хвост! Узнал бы муж, что твориться в Королевстве его бы никакие чертоги Сатоса не удержали! Вынес бы дверь семейного склепа изнутри и прошёл пылающим мечом по всей выжигая всю ту гниль, наросшую в его отсутствие!       С каждым вылетаемым словом через перекошенные в оскале губы Корвино снова распалялась все сильнее, искря пробегающими разрядами по шевелившимися словно от сильного ветра волосам. К концу этого спича тёмное помещение неслабо так освещалось живой "лампой" на электрической основе.       - Даа... Тастор умел провести денек или год с огоньком - ностальгически вздохнула Алиса, предаваясь воспоминаниям - впрочем, и ты не лишена такого таланта. Почему же вся страна еще не оплакивает своего монарха, гадая кто зажарил его до хрустящей корочки, подобно безвольной скотине на праздничном ужине? Почему "гниль" с замками, где она проживает, не пылает "радуя" всех в округе предсмертными воплями? К чему не свойственное Убийце миролюбие? Сомнение меня гложет, что убивавшая сотнями на прошлом Ритуале внезапно вспомнила о ценности человеческой жизни. Так отчего же?       Ответом ей стал оскал, сменившийся с разгневанного на предвкушающий, с прищуренными карими глазами полные холодной ярости готового к прыжку хищника. Глядя на неё Алиса отлично понимала, что ни о каком прощении и речи идти не может. Впрочем это её ничуть не удивило, она прекрасно понимала какой монстр скрывается под столь скромной оберткой. Очень хорошо понимала, наглядно увидев в прошлом на что эта "скромняшная" красавица способна.       - Оо... поверь то, что для них уготовано похуже смерти - перестав искрить промурлыкала Корвино, улыбаясь как сытый хищник - затопить все кровью виновных... мм... как бы ни звучало хорошо, но это будет слишком лёгким для них наказанием. Они будут молить и своих покровителей и всех двенацетерыхиз Кольца, но желаемая ими смерть, что принесёт незаслуженный для их душ отдых не придет к ним и через сотни лет. Смерть в жутких муках станет лучшим избавлением от уготованного для них! Клянусь своим сердцем Убийцы! Никто из причастных в разрушении построенного нами с супругом не уйдёт не ощутив весь гнев рода Киралайс! Даже смерть и Сатос не сможет уберечь их от моей кары!       Глядя наразгоряченную Корвино, Алиса могла только посочувствовать тем на кого падёт её гнев. Узнав ее за долгие годы заточенная в зеркальной поверхности, она кристально ясно понимала, что дни перешедших дорогу супруги самого могущественного Короля, светлая ему память, сочтены. Эти живые и дышащие "трупы" неосознающие, что их век среди живых закончился и то, что они портят воздух в этом мире только из-за того, что Корвино приготовила для них намного худшую судьбу, чем смерть. С её богатой фантазией эти жертвы, по скудности своего ума перешедшие ей дорогу, в скорости будут молить прощение. Но... напрасны будут все их потуги, кара в полной мере упадёт на заслуживающую её почву. Ничто не сможет и не смеет встать между Корвино и её местью. Никто из тех, что хочет прожить счастливую и спокойную жизнь. Алиса заранее, пусть и очень слабо, сочувствовала тем идиотам, что попытаются изобразить в равной степени и геройский, и идиотский поступок.       Сложно сказать, что в нем было больше, но останавливать тех "высоко развитых" , пусть их возникновение почти не возможно, она не собиралась. Наоборот она в полной степени и из первых рядов, благо должность Искателя способствовала, приготовилась наслаждаться лицезрением развернувшейся картиной. Ничего иного не оставалось и не хотелось, кроме как смотреть за происходящем. И Алиса в полной мере приготовилась насладиться тем, что грядёт в будущем.       - Так начнём же представление, зачем затягивать ожидание грядущего! - предвкушающие провозгласила Алиса - готова расстаться со своим "сердцем"? Повернуть вспять, как бы ты этого не жаждала не выйдет и все даруемое им покинет тебя навсегда. Уверена ли ты в своих действиях?       - Не была бы уверена, не пришла бы к тебе. С будущим навязываемым нам "доброжелателями", мне не по пути - легко отмахнулась Корвино от её вопроса и шагнула вплотную к зеркалу- начинай скорей, тянуть больше не стоит.       - Как тебе будет угодно...       На встречу Киралайс из глубины зеркала вплотную прильнула Алиса к границе отделяющей отражение и реальность. Задержавшись на короткое мгновение взглядом на лице Корвино, она в поисках ведомого только ей, внезапно выбросила в еле различным для обычного глаза рывке вперёд правую руку пересекая за секунду зеркальную границу. Но кисть пронзила не только эту преграду. Не встретив на пути никаких затруднений она погрузилась как вводу в центр груди Киралайс. Не было ни крови, не следов поврежденной одежды, словно сама материя расступилась на пути промелькнувшей конечности. Рука проникла почти по самый локоть в тело короткостриженной брюнетки вызвав у той лишь краткосрочную гримасу, что впрочем пропала почти сразу.       - Приготовься... - предвкушающеепромурлыкала Алиса, растянув губы в холодной улыбки.       Стоило только ей это произнести, как тело замершей перед зеркалом Корвино выгнуло от сильнейшей судороги и если бы не намертво вцепившиеся в судороге раму руки, и лишняя "деталь" в груди, её уже откинуло бы на пол. С побелевшего как полотно лица в потолок невидяще "смотрели" закатившиеся глаза. Через искривленные от боли губы доносился только бессвязный бред и еле слышный хрип. Сквозьпобелевшую окончательно до мертвецки белой кожи, проглядывались напряженные до предела жгуты мышц и окончательно почерневшие вены.       Когда казалось, что Корвино не выдержит и мгновения свалившегося на неё и упадет замертво, не пережив действий Алисы, она резко замерла неподвижно. Словно само время остановилось, не истязали судороги тело и не будоражил душу жуткий хрип, только скользящие изучающие из зеркала по Корвино глаза, позволяли понять, что замерла только Киралайс.       Но расслабляться время пока не пришло, если бы разум не был погружен в пучину боли, она легко бы подтвердила, что все только начиналось. Что стало ясно почти сразу.       По всей поверхности вновь содрогаемого тела засиял серебристый рисунок из замысловато переплетенных линий, складывающихся в необычную тату. Из еле видного он разгорался все сильней, пока даже сквозь одежду стало видно его свет, кидая блики по всему помещению.       Ему вторили заполняющиеся серебром глаза, где с трудом проглядывались зрачок и радужка. О какой либо осмысленности или разуме, в этих источающих пламя озёрах говорить и не приходилось. С трудом верилось, что их обладательница была живым человеком, а не заблудившимся в стенах этого дворца духом.       Хотя одно другому не мешает.       Набрав в силе, почти до режущего глаз, рисунок на теле вспыхнул осветив все помещение, до самых дальних углов, и тускнея начал исчезать. Но не так как при появлении, резко по всей кожи, а начал пропадать сначала с кончиков пальцев и вверх по конечности, вплоть до центра груди. Словно стягиваясь к пробившей её руке. Пока полностью не исчезла вместе со светом, наполняющим глаза.       - Храа... - обессилено прохрипела Корвино и разжав сведенные судорогой на раме пальце, словно куль опала на пол, разорвав свою связь с рукой Алисы и оставив ней… «подарок».       - Неплохо... весьма неплохо... - оценивающие глядела Алиса на свою правую руку. Вернее то, что в ней было зажато.       Размером с яблоко, кусок пульсирующей чёрной плоти с переплетающей его сияющими серебром жилами.Он жил своей жизнью, сокращаясь в ведомом только ему пульсе, словно не был сейчас извлечен из чей-то груди. Созерцая проглядывающуюся чуждость в каждой клетке этого "сердце", с трудом верилось, что оно было извлечено из нутра обычной на первый взгляд девушки. Оно было более присуще детям Сатоса, а не обычным разумным. От одного взгляда на него в груди все замирало, сердце сбивалось с ритма, а из глубин души поднимались самые жуткие воспоминания и страхи. Словно ОНО являлось самым настоящим средоточием тьмы и ужаса, что приводит обычного разумного в предобморочное состояние. Состояние, когда только первобытные рефлексы выступают на первое место, оставив далеко позади весь разум и культурное наследие разумного. Далеко оставив.              Оглядев свое приобретение, Алиса вернула руку обратно с ним через зеркальную поверхность и разжав кистьоткинуло«сердце»затиснувшее рядом с собой словно в киселе в воздухе, без малейших визуальных крепежей, что могли так его удержать.       Следом она широко распахнула горловину брошенной Корвино сумки и вытряхнув содержимое, добавила к уже зависшему в неподвижности «сердцу» ещё одиннадцать ее товарок.       В воздухе кольцом из двенадцати шарообразных объектов, размером с кулак взрослого человека, зависли почти одинаковые пульсирующие комки плоти. Отбивающие одинаковый ритм, как обычное сердце человека, они отличались только своим цветом и перевивающих их жил. В остальном они выглядели почти идентично, даже проскальзывающий холод, поднимающийся из глубины, был одинаков. Не вооружённым взглядом было видно, что все оборачивающие вокруг Алисы "сердца" были неразрывно связаны друг с другом и принадлежали к одной породе. То, что возникли из одного первоисточника было понятно сразу и для любого разумного. Иное представить было сложно.       -............ - неразборчиво прохрипела Корвино поднимаясь на подрагивающих ногах.       Смуглая до этого кожа посерела до нездорового пепельного оттенка, присущего больше мертвецу чем виденной до этого пышущей жизнью девушки. Сквозь слипшиеся от пота короткие тёмные волосы, пусть и редко, но ярко проглядывались пару новых серебристых прядей, что в купе с общим видом Киралайс добавляли ей сверху пару десяток лет.       И только глаза, отражавшие вновь непоколебимость и внутренний стержень, указывали на, что её рано списывать в утиль. Как бы её произошедшее не потрепало, какие бы усилие не прикладывались, для того, чтобы просто стоять на дрожащих ногах, Корвино все ещё была Седо Киралайс и не собиралась показывать слабость после столь незначительных событий.       Пусть столь "незначительное" событие и отправило другого разумного в объятье Сатоса, но для неё это не было поводом показать слабость. И дело не только в том, что она не хотела оскорбить память Тастора Седор Киралайс со всем родом своего мужа, а собственная гордость, что пусть она и заводила порой в жуткие неприятности, но отказаться от неё, это отказаться от части себя. А на это Корвино пойти не могла. Честь не позволит.       Так, что сцепив зубы и собрав остатки сил в теле, после извлечения "сердца", Корвино отскребла себя от пола и замерла на подрагивающих ногах перед зеркалом. То, что краше в гроб кладут её не волновало.       - Как твоя жизнь, не собирается прекращать свой путь в этот момент? - оценила вид своей собеседницы Алиса.       - Не дождешься - смогла кое-как совладать с собой Корвино и продолжить диалог.       С каждым мгновением кожа все сильней возвращала её прошлый смуглый оттенок, отправляя в прошлое смертельную бледность. Рваный хрип сменился на размеренное дыхание здорового человека, а положение тела больше не походило на копошащийсяна ветру стебель кустарника. К ней понемногу возвращалась жизнь. В скорости только серебрящиеся пряди в волосах напоминали о прошедшем, настолько быстро она возвращала свой прежний цветущий вид. Нереально быстро. От таких нагрузок обычный разумный не то, что столь скоро не отошёл, но вполне вероятнее не пережил столь впечатляющего момента.       Осталось порадоваться, что Корвино не была обычным разумным, скорее наоборот она была наиболее далека от данного определения. С трудом можно было найти того разумного, что наименее соответствовал этому критерию. Фантазии Алисы, очень богатой и многогранной, не хватало на это действо, как бы она не старались. Что было уже хорошо.       Запас прочности был заложен в Корвино с запасом, то что с гарантией отправит в объятье Сатоса всех гуляющих под светом пяти сестёр, принесёт ей только лёгкое недомогание и ничего более. Так, что у Алисы не промелькнуло и толики удивления о том, что Корвино после извлечения "сердца", для кого другого прямая дорога на тот свет, а для неё неудобство на пару мгновений. Хотя после как она самолично видела через, что прошло Киралайн удивляться её живучести довольно глупо. А себя Алиса никогда не подозревала в отсутствии ума, как бы некоторые не "намекали" на его ущербность.       - Не дождёшься - повторила Киралайс, кое как заняв стабильное положение на двух конечностях – я была к этому готова.       - Что же, весьма я рада этим вестям – протянула Алиса, окинув взглядом Корвино полным противоположного взглядом – гложат меня сомнения, готова ли к тому, что последует за этим…       Не став договаривать и ждать реакции на свои слова, она отступила вглубь зеркала.       Повинуясь ее небрежному пасу рукой, двенадцать замерших «сердец» сорвались в быстрый хоровод, чтобы в следующее мгновение занять место, что было видено только одной длиноволоске вокруг нее. Встав в центре из продолжающих пульсировать кусков плоти разных цветов, Алиса, раскинув руки и прикрыв глаза, опустилась на колени на незримый «пол».       Стоилозамереть на месте как от нее, как от центра, расцвел светящийся в воздухе зеленый рисунок состоявший из переплетающихся линий, геометрических фигур, разного вида письмен и двенадцати равноудаленных клубков пульсирующих энергетических клубков с заключенными в ними отбивающими свой ритм «сердцами».       Проявись эта магическая фигура в обычном пространстве, она заняла бы большую часть местного отнюдь не маленького дворца. Сложность конструкции с ее размером, что не смогла бы поддержать одновременно даже вся верхушка Коллегии, и магическая сила, что с каждым ударом сердца только набирала обороты, от только едва виденного свечения, до слепящего взгляд, внушала уважения. Пусть Корвино и знала, что Алисе по плечу такие манипуляции энергией и построение столь впечатляющих конструктов по большой части благодаря званию Ищущей, но все равно избавиться от благовония пред виденным было сложно. Одно дело знать, другое принять в глубине души. С этим было намного сложнее, как не старайся. Каждый раз видя какие манипуляции энергией и в каких масштабах показывает Алиса, у Киралайс проскальзывает в глубине души толика зависти. ОЧЕНЬ в глубине и в этом Корвино некогда не признается никому, особенно одной длинноволосой стерве.              Когда уже напор энергии начал слепить до боли в глазах, мешая рассмотреть что-либо окружающее, он набрал силу в единой вспышке, отпечатавшись на сетчатке глаза и потух в тоже мгновение, оставив замершую Алису с гаснувшим вокруг нее магическим рисунком. Слепящие глаз ярко зеленные линии гасли, распадаясь на части густым туманном, чтобы растаять в пространстве без единого следа. Через краткое время вокруг коленопреклоненнойбрюнетки не осталось следа и от переполненого силой начерченного, но и от «сердец». В зеркале отображалась только встающая с колен Алиса. Ничего от пугающий кусков плоти и рисунка с энергией, что хватило бы на уничтожение пары государств, не осталось.              - Что же… да начнутся пляски со смертью – без следа веселья улыбнулась Алиса, даже не глядя на Корвино – будем надеяться, что мы все готовы к последствиям своего выбора.       Нельзя было сказать, что проведенный ритуал сказался на ней хоть как-то. Слабость, бледность, апатия… ничего из этого в ней не угадывалось. Казалось, что для нее все прошло просто и незаметно, без каких либо проблем. Но до тех пор, пока не взглянешь в глаза Алисе. Тогда становиться ясно, что все не так просто.       Переполненные холодом и до этого очи, вымораживали душу в мгновение, стоило в них взглянуть. Пусть раньше через них и смотрел весьма безэмоциональный человек, но сейчас на мир взирала сама смерть пугая всякого, что окажется на пути сего взора до седины в волосах. Корвино было в этом плане пусть и не намного, но легче – она знала, что все то, что отражалось в двух карих глазах, было лишь следом проведенного ритуала. Ненамного, но легче. Очень не намного. Через что бы не прошла Киралайс, но столкнуться на краткое мгновение с теми силами, что смотрели на нее сейчас, через очи Алисы, даже для нее было слишком. Как бы она себя не ценила, но привлекать лишний раз внимание ЭТОГО не стоило. Никто не был бессмертным в полном смысле, на каждого можно было найти управу. И лишний раз лицезреть упоминание о своей смертности, порой весьма внезапной, было очень неприятно.ОЧЕНЬ неприятно.       Так, что когда по ней скользнули привычно холодные карие глаза Алисы, она вздохнула с облегчением. Мертвецкий мороз из них пропал бесследно: значит можно расслабиться, ее знакомая переборола ритуал и смогла в очередной раз пройти пережитое без потерь. Не оставить в чертогах Сатоса свою душу и разум, вернувшись из земель смерти без потерь и быть все той же язвительной стервой.              Впрочем, когда Алиса, не удостоив ее больше не единого взгляда и слова, развернулась в глубь зеркала и не спеша отправилась в ту сторону, Корвино не удивилась. Как бы легкомысленно Ищущая и легко не согласилась на предложенную авантюру, как бы беззаботно не согласилась на проведения, но то, что она помнит всю прошлую череду ритуалов и то, что не смотря на всю ее внешнюю холодность ей будет тяжело снова пройти через всю эту череду кровавых жертв это было понятно сразу. Более удивительно, что она настолько мало выплеснула эмоций на голову Киралайс, остановившись всего на пару реплик, успокоившись на упоминание всего лишь о не ушедших «благодетелях». Приятно конечно, что она не стала чинить препятствие на пути воздвигнутого плана, но такая пассивность немного и пугала. Пусть и обращение к другим одиннадцати Ищущим и несло определенное количество проблем: от самих этих личностей, что скорее всего не пойдут на контакт, до нахождения их пристанищ.       С Алисой в этом плане было намного проще, во всех отношениях. Она знала, где ее искать, сама прятала это зеркало в самом глухом угле замка. Так и ссей разумной она не раз общалась и примерно знала, что от нее ждать, а не то, что от других вариантов.       Хотя глядя как даже не взглянувшая почти на нее Алиса, уходит в глубь зеркала, растворяясь и теряя очертания с каждым шагом, в голове по неволе начало проскальзывать сомнение: «а не поступила ли она со своей старой знакомой слишком жестоко?». Ведь Корвино прекрасно понимала почему обитательница помогла ей уничтожить Совет и прервать кровавую череду ритуалов навсегда, чтобы никто не прошел больше через это в своей «жизни».       - У меня просто нет выбора – прошептала Корвино, уговаривая сама себя глядя в спину Алисе идущей в сторону еле различимых одиннадцати силуэтов…