Мифическое сердце

      Кана проснулась от шума. Еле перевернувшись, девушка посмотрела в телефон. Часы показывали четыре утра. — Кто в такую рань не спит? — буркнула она и вышла в коридор, внимательно осматривая место. Только начало светать, но солнце ещё не показывалось. Тут она заметила знакомую макушку. — Люси? Ты чего не спишь? Плю опять съел что-то не то? Блондинка не ответила, стоя к ней спиной. — Люси, — протянула имя подруги шатенка, приближаясь. Оказавшись на расстоянии вытянутой руки, Кана слегка задела её плечо. Каково же было её удивление, когда оно оказалось ледяным, обжигающе холодным. — Милая ведьмочка, тебе нужно согреться. Пойдём. Альберона развернула к себе заклинательницу, но тут же непонимающе отпрянула. Глаза блондинки были пусты и светились жёлтым светом, а по шее расползались длинные узоры, похожие на ветви. — Люси… это ты? Хартфилия сделала шаг вперёд, а потом прошла мимо, устремляясь в конец коридора. — Сначала магия лунатизма, а теперь и она сама! Бедная девочка… Шатенка последовала за подругой, чтобы та не натворила бед во сне. Хартфилия вывела её на задний двор. Подойдя к забору, Люси одним магическим жестом подняла его, освобождая себе путь. — Ого, значит и такие заклинания ты знаешь… — пробормотала Кана. Она ещё сохраняла спокойствие, пока блондинка не шагнула в лес. — Стой! Ты куда?! Тебе туда не надо! — воскликнула шатенка и выбежала вперёд, преграждая дорогу, раскинув руки. Но Люси продолжала идти прямо и просто обошла её сбоку. «Что же делать? Нужно позвать ребят на помощь… Но тогда я потеряю Люси…» — хаотично думала Кана, следуя за подругой. Она пыталась звонить и писать другим девочкам, но никто не брал трубку. — Да что ж вы все такие сони?! И тут Альберона заметила, что Лаксас в сети. Она была на него обижена и поэтому сомневалась. Подняв взгляд на молчаливую блондинку, девушка тяжело выдохнула и позвонила парню. — Слушай меня внимательно, напыщенный индюк. — Как грубо, — недовольно отозвался блондин. — Не с этого стоит начинать утро. — Дреяр, разбуди всех. Люси во сне ушла в лес, и я не могу её остановить. На секунду повисла тишина, а потом вызов оборвался. «Надеюсь, он всё сделает правильно», — промелькнула мысль в голове Канны. Сколько они шли, она не знала, но, когда впереди показалась пещера, у шатенки всё внутри сжалось. Она осторожно приблизилась и заметила, что Хартфилия остановилась. Кана спряталась за ближайший камень, молясь всем богам, чтобы её не заметили. — Наконец-то я смог до тебя достучаться, дитя, — раздался громогласный голос. Через минуту из тени вышел высокий мужчина с длинными чёрными лохмотьями вместо волос. Его тело покрывали голубые татуировки. — Это ещё кто… — пробормотала Альберона. Ловким движением руки она достала карту, чтобы узнать о нём. «Башня… Разрушение, кризис или потеря… Господи, Люсечка, как же так?..» — Интересно, почему же ты реагируешь на мою магию? — хищно оскалился незнакомец. — Либо ты настолько сильная волшебница, либо… Он нахмурился и не договорил — видимо, даже вслух не хотел произносить этот вариант. Блондинка схватилась за висок, её тело начало трясти. — Ненадолго призыва хватило, — фыркнул мужчина и приподнял её за подбородок, тщательно разглядывая лицо. «Что он себе позволяет?!» — взбунтовалась Кана, уже собираясь вмешаться, но не успела. — Как же знакомо твоё лицо… Медленно моргнув, Люси пришла в себя. Туман в её глазах рассеялся. Она резко нахмурилась. — ЗВЁЗДНАЯ ПЕНТАГРАММА! Яркая вспышка осветила пещеру. Магические потоки, подобные кометам, обрушились на мужчину. Камни задрожали и начали осыпаться. Брюнет рычал от боли, когда свет касался его тела, оставляя ожоги. Из укрытия выскочила Альберона, схватив блондинку за руку. — Уходим! С этими словами она потянула Люси к выходу. Едва они выбрались наружу, как огромная глыба обрушилась, заваливая вход. Сердца девочек колотились, грозясь выскочить из груди. — Что это было? — тихо спросила Хартфилия, глядя на завал. — Не знаю. Но мы во всём разберёмся. — Кажется, я сейчас потеряю сознание… — Не надо, я тебя не донесу, моя принцесса, — усмехнулась Кана, подставляя плечо. — Можешь опереться. Отмахнувшись, Люси медленно пошла вперёд, пытаясь переварить произошедшее. Вернувшись домой, Хартфилия рухнула на диван, свернулась калачиком и стала засыпать. В этот момент хлопнула дверь, и в доме поднялся шум. — Ты дома?! — возмутился Гажил. — Да, пока Дреяра дождёшься — уже столица падёт, — сердито отозвалась Кана, стоя в коридоре со скрещёнными руками. — Вообще-то он поднял нас всех среди ночи и заставил прочёсывать лес, почти ничего не объяснив, — вступилась за блондина Леви, потирая сонные глаза. Шатенка сразу изменилась в лице. Взглянув на серьёзного Лаксуса, она поблагодарила его. — Так что произошло? — спросил Нацу, почесав затылок. — Тише… — одёрнула его Кана и пересказала друзьям всё, что случилось, замечая, как хмурятся или удивляются их лица. — Но как он смог заставить её прийти к себе? Локсар сочувственно посмотрела на спящую заклинательницу. — Гипноз? — предположил Грей. — На расстоянии? — иронично хмыкнул Гажил. — Может, она уже виделась с ним и не сказала. — Ещё скажи — кукла вуду, — буркнул кто-то. Все это время Жерар задумчиво потирал подбородок, пока не произнёс: — Возможно, их магия связана. — Тот мужик сказал, что Люська странно реагирует на его магию, — заметила Кана. — Об этом и речь. Если их силы связаны, то управление может происходить в обе стороны. Либо часть его магии оказалась в ней… Но тогда она не сможет управлять им так же. — А что, если когда предметы начинали парить по ночам… это была её реакция на него? — предположила МакГарден, вспоминая тот случай. — Её предметы левитировали? А она знает такие заклинания? — Нет… — Плохо, — хмуро заметил Жерар. — Не усугубляй. Новости и так не из приятных, — сделал ему замечание Лаксас. Всё это время Нацу молчал. Внутри него бурлило страшное, новое чувство, от которого не было спасения. Не сказав ни слова, он вышел из дома, громко хлопнув дверью. — Что это с ним? — удивилась Джувия. — Бесится, — фыркнул Гажил, лениво глядя в потолок. — От чего? Ответа не последовало. — Забудьте. Нам нужно решить проблему лунатизма Люси, — сказала Эльза, скрестив руки на груди. — Её не решить, если только она сама не согласится не спать несколько ночей. — Жерар, ты же умный, придумай что-нибудь получше, а не эту чушь, — бросил Грей, закатив глаза.