Локи и Сигюн. Испытание верности.

Ехать пришлось долго, до самого вечера. Пробирались по бездорожью, узкими лесными тропами, лишь иногда останавливаясь на кратковременный отдых. Сигюн время от времени искоса поглядывала на своего мужа, и это очень скоро начало раздражать принца. - Любимая, - не выдержав очередного взгляда, с беспокойством брошенного в его сторону, с досадой произнес Локи, - прекрати постоянно коситься на меня! Я не кисейная барышня и, к тому же, нормально себя чувствую! Если что-то будет не так, я дам тебе знать! Договорились? - Как скажешь, - пожала плечами девушка, натягивая поводья. - И это тоже прекрати! – разозлился принц. - Что - это? – удивленно взглянула на него Сигюн, не понимая, о чем идет речь. - Прекрати соглашаться с каждым моим словом! Твоя показная забота просто бесит меня! Я чувствую себя так, будто нахожусь при смерти, а ты пытаешься исполнить все мои последние желания! Не хватает только тихих разговоров вполголоса вокруг… - Как скажешь, - снова ответила Сигюн. Локи возмущенно фыркнул и послал коня вперед, обгоняя жену. – Гормоны… - пробормотала девушка ему в спину и получила уничтожающий взгляд, брошенный из-за плеча. Удивительно, но дорогу принц перенес легко. К вечеру уже сама Сигюн начала выдыхаться, и все чаще и чаще просила сделать привал. Они ехали молча, почти не разговаривая друг с другом, погруженные каждый в свои мысли. Остаток их пути пролегал через густой лес, и Локи очень удивился, когда они неожиданно вышли на огромную поляну, в центре которой стоял довольно большой дом, огороженный высоким забором. - Это и есть твое родовое поместье? – ошеломленно спросил принц, рассматривая крышу, высящуюся над забором. Они с Сигюн спешились и подошли к кованым воротам. Девушка, кивнув ему головой в ответ, взялась за железное кольцо и несколько раз громко им стукнула. - Здесь мы практически никогда не бываем, - сказала она, - но тут есть все необходимое для проживания. К тому же не очень далеко есть небольшая деревушка, так что нужными вещами и продуктами питания мы будем обеспечены. - А прислуга? – спросил Локи. - Придется обходиться без нее, - вздохнула Сигюн и снова постучала в ворота. – Но нам это только на руку – чем меньше народу будет знать о том, что мы здесь, тем лучше. Есть только старый слуга, охраняющий дом, он-то нам и будет во всем помогать. Локи с сомнением посмотрел на нее. Всю дорогу он размышлял над тем, правильно ли он поступил, оставив в своем теле ребенка и сбежав из дворца. И теперь, оказавшись так далеко от всего, что он знал и любил, от всего, к чему он привык, да еще и в таком странном для мужчины статусе, он начал потихоньку впадать в панику. Но, увидев решительное лицо Сигюн, немного успокоился. Он не один, с ним рядом любящая жена, которая тоже бросила все и отправилась вслед за своим мужем. Локи улыбнулся, и Сигюн, заметив это, уже открыла было рот, чтобы поинтересоваться, что так развеселило принца, но тут за забором послышались тяжелые медленные шаги, раздался скрежет железного засова, и ворота медленно отворились. Локи увидел немолодого седовласого мужчину, который, низко поклонившись, открыл створки пошире, пропуская во двор усталых путников. - Добро пожаловать, Ваши Высочества, - проскрипел он, сторонясь. Сигюн бросила ему поводья и, чуть кивнув головой, направилась к крыльцу дома. Локи последовал за ней. - Неплохо, - произнес он, осматривая внутреннее убранство их нового жилища. Конечно, по сравнению с царскими покоями здесь было намного теснее, но для жилья вполне годилось. Несмотря на то, что в поместье практически никто не жил, кругом было чисто, словно здесь готовились к встрече гостей. Поднявшись на второй этаж, молодые люди нашли спальную комнату и, не раздеваясь, повалились на широкую кровать. - Ты как? – глухо спросила Сигюн, уткнувшись лицом в подушку. - Нормально, - ответил Локи, который от усталости не мог пошевелить ни рукой, ни ногой. - Надо бы принять ванну… - Угу, - отозвалась девушка. - Чур, я первый, - сказал принц, закрывая глаза, - имею право, я в положении… - Угу, - снова донеслось из подушки. Но Локи этого уже не слышал. Он крепко спал. Когда он проснулся, Сигюн рядом уже не было. Принц полежал немного, рассматривая потолок, на котором играли блики солнца, затем потянулся и сел на постели. Тело отозвалось ноющей болью (сказался день, проведенный в седле), и Локи, постанывая, поднялся на ноги и поплелся в ванную комнату, на ходу стаскивая с себя дорожные вещи, в которых он заснул накануне, и по привычке бросая их по пути своего следования. Потом, подумав, что прислуги у них теперь нет, и убирать за ним раскиданную одежду никто не будет, подобрал все с пола и запихнул в угол. Искупавшись, Локи почувствовал себя намного лучше. Дурноты не было и в помине, зато зверски хотелось есть. Принц вышел из комнаты, где они с Сигюн провели ночь, и хотел было спуститься на первый этаж, но замер, как вкопанный, на верхней ступеньке, услышав доносившие снизу женские голоса. Один голос принадлежал его жене, а вот второй… Локи осторожно спустился и замер в самом низу лестницы, не веря своим глазам. Сердце его ухнуло в пятки, а рука непроизвольно легла на живот, словно защищая притаившуюся там жизнь. - Мама? – убитым голосом произнес принц. – Ты как?.. Ты что тут делаешь? Обе женщины, сидевшие за столом и весело болтающие, как по команде повернули головы в его сторону. Фригг, улыбаясь, встала и подошла к сыну. Она хотела взять его за руку, но Локи отшатнулся от нее, отступив на шаг, и зашипел: - Я, кажется, спросил тебя, что ты здесь делаешь? – он зло сощурил глаза. – И как ты нашла нас? Лицо Верховной Богини стало серьезным. - Найти вас для меня не составило большого труда, - холодно ответила она. – А что я тут делаю? – Фригг посмотрела в глаза принца. – Неужели ты думал, что я брошу на произвол судьбы сына, попавшего, пусть и по собственной глупости, в трудное положение?! – Сигюн тоже поднялась и встала рядом с мужем. – О твоей проблеме, равно как и твоем бегстве, во дворце никто не знает. Правда, чтобы объяснить ваше отсутствие мне пришлось сказать всем, - тут Фригг замялась, - что Сигюн в положении, и ей по состоянию здоровья рекомендовано жить вдали от светских мероприятий. Локи застонал и, закрыв лицо руками, тяжело опустился на ступеньку. - А что я еще должна была сказать? – возмутилась Верховная Богиня, видя отчаяние своего сына. – Как я еще должна была прикрыть ваше бегство. В любом случае, с ребенком или без, но рано или поздно вам все равно придется вернуться во дворец и, если малыш все-таки появится на свет, вы будете вести себя как обычные счастливые родители. Никто не должен будет знать, через что вам пришлось пройти! А если же что-то пойдет не так, - Фригг помолчала, потом продолжила, - тогда мы объявим всем, что Сигюн потеряла дитя… Некоторое время в комнате стояла тишина. - И о чем ты только думал, когда решил сбежать! – не выдержав, с досадой проговорила Верховная Богиня. - А что мне оставалось делать? – воскликнул Локи, сидя на ступеньке и глядя на мать снизу вверх. – Вы уже были готовы привязать меня к столу и взрезать, как арбуз! - И это было бы единственным правильным решением! – почти закричала Фригг. – Как?! Как ты собираешься рожать? Ты же мужчина! И поверь, если тебе удастся выносить этого ребенка, тебе еще выпадет «счастье» побыть в роли взрезаемого арбуза, потому как это единственный способ извлечь из тебя младенца, когда придет срок! – она вздохнула, переводя дух. – И потом, одна ложь потянет за собой другую, и я не знаю, как долго мы сможем хранить эту тайну. Отец еще не знает… Локи вскинулся: - Ты что же, расскажешь ему, что я понес? - Не глупи! – отрезала Фригг и снова вздохнула. Она погладила сына по волосам, но принц раздраженно дернул головой, сбрасывая ее руку. – Сынок, - уже намного мягче сказала Верховная Богиня, садясь рядом с Локи и беря его за руку, - мальчик мой, я очень за тебя переживаю, и буду помогать вам с Сигюн всем, чем только смогу, раз уж вы решились на такой отчаянный шаг. Я попытаюсь прикрыть вас перед Всеотцом и другими асами. Я буду навещать вас и раз в две недели приводить с собой лекаря, чтобы он мог следить за твоим состоянием. Вам будет очень тяжело, дети мои, но, думаю, вместе мы справимся… Локи некоторое время хмуро смотрел на нее, потом буркнул: - Спасибо, мама. – Фригг ласково улыбнулась. - Как ты сейчас себя чувствуешь? – спросила она. - Есть хочу, - снова буркнул принц. - Добрый знак, - поднимаясь на ноги, сказала Верховная Богиня. – Пока ты спал, Сигюн уже приготовила завтрак. Пойдемте же, сами знаете, от хорошего питания зависит здоровье моего внука! И нечего сверлить меня взглядом, молодой человек! Коли назвался груздем, так полезай в кузов! Фригг провела в поместье почти все утро. После завтрака она принялась наставлять Сигюн, стараясь поделиться с девушкой всем, что знала сама, подробно описывая трудности, с которыми молодые люди могут столкнуться во время беременности принца. Слушая разговор двух женщин, Локи становился все мрачнее и мрачнее и, в конце концов, не выдержав, сбежал из кухни и вышел на улицу подышать свежим воздухом. Он уселся на крылечке и глубоко вздохнул. После рассказов Фригг о том, что происходит в организме во время вынашивания плода, ему стало по-настоящему страшно. И как Сигюн слушала все это с таким невозмутимым видом?! Хотя, ей-то чего бояться, не она ведь носит дитя под сердцем! А может, думал принц, жмурясь под лучами ласкового солнышка, все женщины такие, и для них этот ужас в порядке вещей?.. Локи совсем приуныл. Если верить лекарю, то плоду сейчас чуть больше полутора месяцев, а если верить матери, то весь кошмар еще впереди. Принц опустил голову. Нет, ну надо же было такому случиться! Надо же было так вляпаться! Вся эта ситуация словно ужасный сон! Вот только проснуться все никак не удается… И как в его мужском организме могла зародиться жизнь? И какие последствия повлечет за собой эта беременность?! Может, он вообще умрет! Хорошо, если все обойдется, а если нет? Ведь плод будет расти, развиваться, раздвигая и прессуя собой все внутренности… Представив себе эту ужасную картину (а в своем воображении Локи уже видел, как крупный младенец выламывает ему ребра изнутри), принц содрогнулся и обхватил себя руками. Да-а, думал он, ощупывая свои худые бока, его тело явно не предназначено для вынашивания ребенка. Вон он, какой худой и тонкий, куда там все поместится?.. От всех этих мыслей Локи снова замутило. Он сделал глубокий вдох и задержал дыхание, стараясь унять подступившую дурноту. Не получилось. Если его будет все время так тошнить, думал принц, взлетая по лестнице и едва успевая добежать до ванной комнаты, чтобы расстаться с недавно съеденным завтраком, то скоро от него останутся кожа да кости. - С тобой все в порядке? – донесся снизу обеспокоенный голос Сигюн. - С ним все в порядке, - успокоила ее Фригг. – Привыкай, это минимум до третьего месяца, потом должно полегчать… - Да! – язвительно отозвался Локи, появляясь наверху лестницы. Лицо его было бледным, лоб покрывала испарина, а руки заметно дрожали. – Конечно, потом полегчает! Обязательно! Если я не сдохну от истощения, каждый раз сблевывая то, что съел! А потом я стану раздуваться, как шар, и, может, в конце концов, лопну! Уж тогда мне точно полегчает! – в голосе принца зазвучали истерические нотки. - Гормоны, - тихо сказала Фригг, и Сигюн, соглашаясь с ней, закивала головой. А Локи, в очередной раз услышав ненавистное слово, с таким грохотом захлопнул дверь, что обе женщины вздрогнули. Прошло еще полтора месяца. Постепенно и Локи, и его жена начали привыкать к той обстановке, которая их теперь окружала. Конечно, было тяжело. Не привыкшие делать работу по дому своими руками, они очень уставали, часто злились друг на друга, раздражаясь по мелочам. Сигюн почти постоянно была на взводе, а про Локи и вовсе говорить не приходилось: характер принца портился прямо на глазах. Еще не истек первый триместр беременности, а Локи уже успел достать капризами и придирками свою супругу, которая и так из сил выбивалась, стараясь обеспечить им обоим достойное существование. Несколько раз Сигюн не выдерживала и посылала благоверного куда подальше вместе с его причудами. Тогда Локи обиженно поджимал губы и демонстративно клал ладони на свой уже довольно заметный на худощавом теле живот, и на этом ссора заканчивалась. А иногда принц становился тихим и задумчивым и мог подолгу лежать на кровати без движения или же сидеть в кресле, поджав под себя ноги и бездумно глядя в окно. Поначалу он помогал своей жене вести хозяйство, но в силу сложившихся обстоятельств очень быстро уставал, начинал задыхаться, на него тут же накатывала предательская слабость, и Локи приходилось отступать. Эта беспомощность, бесполезность очень злила его, особенно, когда он видел, как надрывается по дому Сигюн. И принц упрямо старался помогать жене, используя доступную ему магию, не смотря на все протесты своей возлюбленной. Но, в конце концов, жизнь постепенно вошла в свою колею. К ним часто наведывалась Фригг, оказывая посильную помощь. Она делилась последними новостями из асгардского дворца, рассказывала сплетни и забавные истории из жизни придворных, а Локи и Сигюн слушали ее в пол уха, понимая, как они стали далеки от такой привычной ранее светской жизни. Как и обещала Верховная Богиня, раз в две недели к Локи наведывался лекарь, контролируя его состояние. И каждый его визит приводил принца в бешенство. Его Высочество считал весьма унизительными для себя устраиваемые доктором осмотры и процедуры, и Сигюн приходилось сначала долго уговаривать мужа подпустить к себе эскулапа, а потом долго его успокаивать. Никаких отклонений в развитии плода доктор не наблюдал, и это единственное, что утешало принца в такие моменты. Однажды Сигюн сидела на кровати и растачивала камзол мужа, чтобы сделать его более просторным, а Локи, задрав рубашку и придерживая ее подбородком, крутился перед зеркалом, рассматривая свой округлившийся живот. - Любуешься? – улыбнулась девушка, склоняясь над шитьем. - Чем тут любоваться? – проворчал Локи, глядя в зеркало и поглаживая живот руками. – Это же ненормально, противно… Это просто отвратительно! Я так уродлив! – он вздохнул и закрыл лицо ладонями. - Да брось ты! – ответила Сигюн, поднимаясь с кровати и подходя к мужу. Она обняла его сзади и дотронулась до бледной натянутой кожи. – Это несколько необычно, и все… Неужели, если бы я была беременной и раздулась до неимоверных размеров, вынашивая нашего ребенка, ты считал бы меня отвратительной и уродливой? Локи продолжал скептически рассматривать себя. - Ты другое дело, - ответил он, - ты женщина, а я мужчина, с животом…- А вдруг, - продолжая хмуриться и рассматривать себя, произнес он, - вдруг там все-таки растет монстр? - Ну что ты такое говоришь? – возмутилась Сигюн. – Доктор же сказал, что пока никаких отклонений нет! Не накручивай себя! Тут за их спинами раздался легкий шорох, и в комнате неожиданно появилась Фригг. Лицо Верховной Богини выражало крайнюю степень беспокойства. - Мама? – Локи торопливо одернул на себе рубаху.- Что случилось? - Я буквально на секунду, - быстро заговорила Фригг, - пока Один не хватился меня! Так вот. Тор несколько часов назад вышел в свой очередной поход, его отряд будет проходить через эти земли! И старший принц высказал желание навестить своего брата и его беременную супругу! – Локи побледнел, а Сигюн в ужасе зажала рот рукой. – Он уже в дороге, так что к вечеру ждите гостей!