Волчья ягода

Высокие сосны тянулись к небу, тем самым не позволяя солнечному свету протиснуться и осветить путь. Заснеженная тропа ровно покрыта слоем снега, лишь массивные лапы оставляли следы от ходьбы, вдавливая снег, образовывая после себя небольшие ямки — отпечатки. Белый волк почти сливался с окружающей его природой, если бы не парень, сидевший на его спине в контрастном чёрном пальто и с ярко — красной шевелюрой. Небольшими ручками он держался за мех, иногда поглаживая его. От таких действий хотелось мурлыкать, но Шуга не кот, поэтому единственное что он мог, так это вилять хвостиком. Со стороны это выглядело довольно забавно. Шерстка Юнги настолько мягкая, будто махровый плед, на котором так и хочется вздремнуть, словно это не спина волка, а какое-то царское ложе. Возможно слишком громко сказано, но всё равно, слишком мягко и уютно, вызывая даже некую ностальгию из прошлого, когда родители взбивали тебе подушки перед сном и заботливо укрывали пуховым одеялом, целовали в лобик, и выключая свет, уходили, пожелав перед уходом «спокойной ночи». Чимин, обхватив руками шею, лег на волка, устраиваясь на спине удобнее. Легкий запах лаванды приятно щекотал нос. После достаточно долгой тишины, которая уже конкретно надоела, красноволосый всё же спросил: —Хён, а куда мы идем? — у Шуги по всему телу прошлись мурашки от голоса. —Узнаешь, — коротко ответил Юнги, продолжая свой путь через сугробы. Вот уже как минут десять они идут вглубь леса. За всё это время оборотень, так ничего и не сказал, даже задавая вопрос "куда они направляются" он лишь многозначно отвечал. Чимин на это только вымученно вздыхал, продолжая лежать на волке. Все таки мех Юнги — это нечто. —Хён, у тебя очень мягкий мех, даже лучше пухового одеяла! — утыкаясь лицом в мех, пробурчал Чимин. — Угу, — снова короткий ответ. Такой ответ Пака не очень обрадовал, но ничего с этим поделать не мог. Он вновь что-то неразборчиво пропыхтел в ответ, продолжая покоиться на спине волка. Свой путь они продолжили в тишине. Легкий ветерок колышил алые волосы, из-за чего Паку приходилось поправлять всё время свою челку, чтобы та, не лезла в глаза. Хвост Шуги качался из стороны в сторону мягкими и грациозными движениями. Волк не спеша шёл вглубь леса, вдруг резко сворачивая с тропы, проходя уже между деревьями. Его шаг значительно ускорился. — Держись крепче, — Чимин, без лишних слов, крепче схватился за шею, прижимая коленки к телу волка. Юнги уже во всю мчался рысью. Красноволосый сильнее прижимался к оборотню, боясь ненароком слететь. Массивные лапы оставляли после себя дорожку, расстояние между отпечатками — метр, как не больше. Юнги бежал так быстро, как только мог, юрко огибая деревья. Вдруг сзади послышались выстрелы. Чимин испуганно вздрогнул от столь резкого звука, прижимаясь сильнее к волку, пряча лицо в районе шеи, не желая поднимать голову. Теперь понятно, почему Шуга резко перешёл на бег, ведь за оборотнями охотятся. А такого массивного, точнее огромного волка сложно не заметить. Чимину страшно. Нет не за себя, а за Юнги, да и вообще за его народ. Охотники — слишком жестокие люди. Они подстреливают зверей лишь для своей выгоды. И тем более, если подстрелить оборотня, то можно еще себе медаль заработать, мол «убил чудовище терразируещий деревню». Сколько Пак тут жил, не разу не  слышал о покушениях оборотней на скот или людей, поэтому считал мнение людей ошибочным. И сейчас он в этом полностью уверен. Открыть глаза он решает, когда хруст снега сменяется на цокот когтей о дерево. Небольшая комнатка предстала перед ними. Деревянные полы, лишь в середине брошен ковер овальной формы. Впереди стол из того же материала, только цвет намного светлее. Справа стоял шкаф, скорее всего под посуду. Слева от стола расположилась печь, аккуратно обложенная красным кирпичом. На плите её, стояла кастрюля, в которой что-то бурлило. Несколько картин висели на стене, возможно нарисованные хозяином жилища. Также была красивая резная лестница которая вела на второй этаж. В доме было тепло и… «Так уютно, » — пронеслось в голове Пака, тем самым слезая с Юнги. Оборотень встряхнулся, избавляясь от снега неприятно прилипшего к шерсти, на это действо Чимин тихонько хихикнул. С лестницы послышались шаги. Оба обернулись. — Юнги? — светловолосый спустился с лестницы в два шага сокращая расстояние до оборотня. Он стал придирчиво осматривать парня, проверяя на наличие ссадин. —Да в порядке я, — раздраженно фыркнул люпус, — Лучше Чимина осмотри, возможно он поцарапался о ветки деревьев, — буркнул оборотень напоследок, скрываясь в одной из комнат. Джин повернулся к парню, который явно был увлечен исследованием помещения. — Ой, ты и вправду поранился, пошли я тебе рану обработаю, — заметив на правой щеке царапину, пораженно произнес парень, волоча за собой Пака, дабы обработать рану. Распахнув шкафчик, он принялся искать йод. Обнаружив нужное, мужчина усадил недоумевающего парня на диван, под весом двух тел тот жалобно скрипнул, и принялся наносить желтую жидкость на небольшой порез. Та неприятно защипала. — Я — Джин, а твое имя мне уже известно, приятно познакомиться! — омега притягательно улыбнулся. — Мне тоже приятно, — также улыбнулся в ответ парень, но осекся, щека слегка побаливает. — Не напрягайся, — убирая приборы обратно в шкаф, произнес Джин. После, омега засуетился по кухне, занимаясь своими какими-то делами. Пак всё время наблюдал за мужчиной, подперев рукой щёку. Глаза предательски слипались, порываясь вот-вот сомкнуться. Все таки он сегодня вымотался. — Хён, а вы давно знакомы с Юнги? — все же заставляя себя открыть полностью глаза, спросил Чимин, ожидая от Джина ответа. — Очень давно, — развернувшись, проговорил омега, — Чимин~ни можешь ко мне на ты обращаться, я еще не настолько стар, — хихикнув, сказал Джин. Юноша положительно кивнул. — А как давно? —Мы нашли его с мужем, когда тому было шестнадцать. Он тогда таким лапушкой был, всё время говорил: Мама, мама! А сейчас? Грубиян! А я ведь его воспитывал, — возмущенно жестикулировал руками Джин, пыхтя от негодования. Чимин на такое засмеялся, придерживая рукой щеку, чтобы не так больно было смеяться. Джин подхватил. Оба смеялись, словно отрешённые. На смех из соседней комнаты выпрыгнул альфа. — Что за шум? — выпалил тот, внимательно оглядывая комнату. Парни пуще прежнего стали смеяться. Потому что очень уж Намджун смешно выглядел. Его шевелюра торчала из стороны в сторону, голубая пижама с коалами и вешалка в руках, так… эстетично смотрелись вместе (?). — Эй! — на оклик Джин перестал смеяться, поспешно убирая слезинки с краю глаз. — Джун~и, иди приведи себя в порядок, а то мы снова свалимся со смеху, — мужчина с непониманием посмотрел на мужа, а после лишь махнул рукой, бурча что-то себе под нос, мол «да ну вас». — Ну-с… посмеялись и хватит! — уперев руки в бока, Джин продолжил, — Будешь чай? — Пак кивнул. Взяв небольшой металлический чайник, Сокджин начал разливать кипяток по стеклянным кружкам. Пакетика чая хватило на оба стакана. Все это время Пак внимательно следил за действиями омеги, подмечая как у того ловко и грациозно выходит. Сам Чимин наверняка пролил бы кипяток или опрокинул кружку с жидкостью. — Я смотрю, вы уже без нас чай пьете! — в проеме показались альфы, причесанные ухоженные, аж приятно смотреть стало. Парни переглянулись, а после светловолосый добавил: — Вас не дождаться, — равнодушно бросил Джин, принимаясь пить свой чай. Вдруг блондин резко соскочил с места, на что диван невольно скрипнул, — У меня ведь печенье есть, Чимин, будешь? — красноволосый хотел было отказаться, как его прервали, не давая возможности даже ответить: — Ты обязан попробовать! — выбора нет. — Походу, они там в своём мире, — шёпотом произнес Намджун, — Пошли лучше в кабинет, — Юнги согласно кивнул, следуя за альфой. Стоило только переступить порог комнаты, как мужчина резко выпалил: — Охотники? — развернувшись к блондину, произнес Нам. — Возможно, но я не стал рисковать, тем более я был не один — на что Джун понимающе кивнул. —За нами всеми идёт слежка… хреново — падая на стул, сказал Джун. — Что делать будем? — задал вопрос младший. — Честно, Юнги, не знаю, просто напросто не знаю, — мужчина положил голову на свои руки, вымученно вздохнул. Шуга, оперевшись на дверной косяк, смотрел куда-то вдаль, впадая в небольшую прострацию, размышляя о чём-то своём. Тишина заполнила комнату, лишь тихое хихиканье и голоса, доносились с кухни.  *** — Поверни голову в бок, — неожиданно выдал Джин, после очередного приступа смеха. — Зачем? — находясь в недоумении, спросил Пак. — Поверни, —Чимин подозрительно щурясь на собеседника, все же исполнил просьбу или правильнее сказать — приказ (?).  Как только голова Пака невесомо коснулась плеча, Джин  пододвинулся ближе, ведя своим носом по шее. Чимин вздрогнул, не ожидая таких действий со стороны Сокджина. — Хмм, пахнешь, как омега. Такой сладкий аромат. Хмм… цветы сакуры?, — задумчиво произнес Джин. Чимин невольно поперхнулся чаем, закашливаясь. — Ну ты чего, — хлопая своей ладошкой по спине Пака, обеспокоенно промолвил Джин. Когда кашель прошёл, Чимин удивлённо посмотрел на русоволосого, спрашивая: — Как омега? — Чимин~ни, прости меня дурака! Ты же не знаком со всем этим, — хлопнув себя по лбу сказал мужчина, — У нас, у оборотней, существует три пола: омеги, кем я и являюсь, альфы, наши парни,  и беты, пока я никого такого не встречал. Ну, а кто такие оборотни, ты наверняка уже знаешь. Ох, какой же бред про нас пишут, аж тошно, — весь рассказ красноволосый глупо моргал, не веря, а точнее не понимая. Он конечно не глупый, и вполне себе понял кто такие омеги, альфы и беты (пару раз натыкался на статьи в интернете). Но, чтобы он, относился к ним. Это до дури странно. Даже слишком. — Да ладно ты, не заморачивайся, возможно я не прав. Запах ведь пока ничего не значит. Придёт время и ты поймёшь, — вывел из мыслей Джин, странно как-то улыбаясь. Добавив еще чаю, они продолжили сидеть на стареньком диванчике. Светловолосый продолжал рассказывать, перескакивая с темы на тему, иногда спрашивая Пака, на что тот либо угукал либо просто кивал. Сейчас у того в голове совершенно другие мысли. *** На улице снег валил хлопьями, красиво кружа в небе. Бледное солнце, затмили тучи, оповещая о скорой непогоде. Двое пар ботинок размеренно шагали по тропе, не успевшая полностью скрыться за слоем снега. Под ногами приятно скрипит снег. Красные и блондинистые волосы развивало ветром, что заставило обоих поёжиться от холода. — Чимин~ни, — парень застыл. Имя из уст оборотня прозвучало, как-то особенно, нежно и трепетно, — ты наверно устал? — Пак отрицательно покачал головой, но глаза предательски закрывались. — Не ври, — прищурив свои глаза, сказал Юнги. — Не вру, — прибавляя шаг, произнес Чимин, пытаясь выглядеть бодро. Блондин лишь на такой действие возмущенно цокнул языком, а после догнав парня, подхватил и усадил себе на спину, на что второй возмущенно пропыхтел. — Ты ведь устал больше чем я, и тем более я тяжёлый. — Глупости. Шли они долгие пятнадцать минут, ведь от дома оборотня и деревни приличное расстояние. За это время Чимин уснул, утыкаясь своим носиком в шею парня. Тихое сопение доносилось сзади, на что Юнги улыбнулся уголками губ и придерживая сильнее, чтобы ненароком Пак не свалился со спины, продолжал идти. Снег всё шёл, красиво кружа в воздухе. *** Скрип двери  эхом разнёсся по халупе, оповещая о гостях. Старушка оставив свое занятие, с тихим кряхтением поднялась с кресла, направляясь к прихожей. Заметив незнакомого парня, бабушка нахмурилась, а после обнаружив знакомую алую макушку за спиной, приветливо улыбнулась. — Проходите, — шёпотом произнесла бабуля, пропуская парней в дом. Юнги коротко кивнул, проходя в гостиную. Отнесся Чимина в комнату, при этом сняв с него верхнюю одежду и укрыв одеялом, направился на кухню. Пожилая женщина уже вовсю орудовала посудой, накрывая стол. — Будишь чай, милок, — предложила бабуля, развернувшись в сторону Юнги, держа в руках две расписные кружки. Не решившись отказаться, блондин ответил короткое «буду», усаживаясь за небольшой деревянный стол. — Это же ты тот самый Юнги? ЧимЧим много раз упоминал о тебе, — своим сиповатым голосом поинтересовалась женщина. На эти слова в груди разлилось тепло. Приятно слышать, что Пак не забывал о нём, как бы эгоистично это не звучало. В ответ Юнги  бросил короткое «угу», и приняв из рук женщины горячую кружку с чаем, сделал первый глоток. — Что я могу сказать, береги его. Это наверно, единственная просьба. Он ведь такой наивный, вечно впутывается в передряги, — последние слова бабуля недовольно проворчала, вспоминая неловкие ситуации, в которых Чимин не раз бывал. Юнги тихо хихикнул в кулак, а после произнес: — Обязательно, бабуля, обязательно, — женщина на эти слова мягко улыбнулась, протягивая кусочек яблочного пирога мужчине, кивая, мол «попробуй», Шуга любезно принял лакомство. И последующие часы они тихо разговаривали, ведь в соседней комнате спит маленький комочек с ярко — красной шевелюрой, похожая на красные бусинки волчьей ягоды.