Очки

      Роберт скучающе листал выданные ему поисковиком фотографии. Не то, чтобы они его ни капельки не впечатляли, просто, он видел их уже в который раз, и они не производили того умилительного эффекта, что в первый раз. Сегодня он искал что-нибудь новенькое, что-нибудь особенное, что-нибудь...       Его большой палец замер, перестав листать, а следом за ним и всё тело, включая дыхательную систему.       Он нашёл, что искал.       — Малыш, — он развернулся, даже и не пытаясь сдержать своей широкой улыбки, — знаешь, какой фетиш у меня появился двадцать четыре секунды назад?       Том оторвался от изучения сценария и вопросительно поднял глаза на мужчину, слегка нахмурившись (только он умел делать это так мило!). Он долго и внимательно всматривался в сияющее от счастья лицо Роберта, а потом опустил глаза на экран его телефона.       — Нет, — отрезал он, прекрасно зная, о чём в следующее мгновение попросит его любовник, и вернулся к страницам сценария.       — А если я попрошу? — Роберт подъехал на кресле ближе к Тому, не переставая смотреть на него горящими глазами.       — Всё равно нет, — невозмутимо ответил юноша.       Роберт откинулся на спинку кресла и задумался, продолжая неотрывно смотреть на лицо Тома. Неожиданно, его губы расплылись в довольной ухмылке.       — А если я дам тебе покататься на своём форде?       Теперь настал черёд Тома замереть всем телом.       Улыбка Роберта стала ещё шире. Он слишком хорошо знал своего малыша.       — Правда? — как-то несмело спросил Том, выглядывая из-под выбившихся прядей волос.       — Конечно, малыш, — Роберт вновь наклонился к Тому, уперевшись руками об край стола по обе стороны от него, — только сделай то, что хочет папочка.       Том снова насупился, только теперь от слов «папочка» и «малыш». Он не любил, когда кто-то, а в особенности Роберт, напоминал ему об их разнице в возрасте, только если не в кровати. Там он готов быть кем угодно: малышом, щенком... только лишь бы с Робертом.       — Ладно, — наконец, согласился он и, подождав, когда мужчина с довольной улыбкой и ещё сильнее разгоревшимся огнём в глазах отстранится от него, отошёл от стола, направившись к своему рюкзаку.       Недолго покопавшись в нём, он достал небольшой футляр с изображением человека паука, а уже из него, открыв, извлёк очки в толстой чёрной оправе, и надел их.       Роберт перестал дышать, когда Том поднял на него глаза уже надев очки. Он выглядел в них так строго (потому что по-прежнему был недоволен этой идеей), но в тоже время так мило (и опять же потому, что был недоволен) и возбуждающе, что, когда Роберт вновь обрёл способность дышать, его вдохи и выдохи стали более глубокими и частыми, а в брюках стало чуточку тесновато.       — Охренеть, — только и смог сказать он.       Том тут же отвёл взгляд, пытаясь скрыть за недовольством своё смущение от внимания и восхищения к, казалось бы, обычной вещи.       — Ну всё, ты посмотрел? — спросил он, потому что ему не терпелось, наконец, снять эти очки и перестать чувствовать себя неловко.       — Что мне сделать, чтобы ты носил их всё время? — проигнорировав вопрос, спросил Роберт, вставая с кресла.       — Я не буду их носить всё время! — возмутился Том, скрестив руки на груди, и прибавил уже тише, почти пробубнив себе под нос: — Я их только дома надеваю.       Слово «дом» как-то больно кольнуло сердце Роберта. Дом — значит семья, родные, близкие, свои... А он что, чужой?       Но с этим он разберёмся позже, а сейчас...       — Знаешь, — он подошёл к Тому вплотную, обвивая свои руки вокруг его талии, — в этих очках ты выглядишь так соблазнительно, что я готов тебя съесть, — он клацнул зубами у самой шеи юноши, а потом уткнулся в неё носом, вдыхая его запах.       — Нельзя же на работе, — возразил Том, даже не сильно сопротивляясь, а напротив — поддавался ласкам мужчины.       — У нас как раз обед, — усмехнувшись, ответил Роберт, поднимая глаза на Тома, — а я уже успел представить, как буду снимать с тебя эти очки и всё остальное следом за ними.       Он склонился к губам Тома, собираясь их поцеловать.       — Только про форд не забудь, — напомнил юноша, остановив его.       — Не забуду, — с улыбкой ответил Роберт, нетерпеливо впиваясь в тонкие губы любовника.