Find the way

Пустота. Идеальное слово, чтобы описать состояние Минхо. Пустота, окружённая каймой серого дыма, который так старательно проникает в клетки лёгких. Отверженность, отрешенность, безысходность - рядом, в один ритм с сердцем. Ничего и ничто - два путеводителя в жизни юного парня. Почему так сложилось? Знал бы хоть кто. Минхо уж точно не знает, да и знать уже не особо хочет. Перегорело. Белая пелена приятно оседает облаками, красит город в седой - благородный. Минхо нравится. Полное отображение его души. Белый лист. Пусто. Парень делает последнюю затяжку, медленно выдыхает и поднимает голову вверх. Небо затянуто тучами впервые за долгое время. Ветер колышет волосы и пробирается к самой коже - забавный, играет с длинным подолом шарфа, путая. Минхо раздражается на секунду, но тут же корит себя за вспышку нежданных эмоций. Если есть раздражение - есть и что-то еще. А последнее, что нужно Ли - чёртовы проклятые эмоции. Ему хватило. Достаточно. Осенняя пора давно засела в городе, оставляя только воспоминания о жарких летних днях. Но Минхо не огорчён, он любит холод. Так легче чувствовать себя живым. Легче от пробирающей низкой температуры, которая отдает покалыванием в кончиках пальцев. Промерзаешь до нитки и понимаешь, что жить стоит хотя бы ради чашки горячего какао в квартире на окраине. В таких мелочах Минхо и живёт, радуя себя очередным прогулом. За такие мелочи он и держится. Парень закрывает глаза и глубоко вдыхает, позволяя холоду проникнуть внутрь. Будто кислород имеет смысл. Постояв так ещё недолго (а может и долго?), Минхо в очередной раз сворачивает с дороги, ведущей в университет и идёт в уже до боли знакомое место. Прогулы с недавних пор становятся закономерностью. С тех самых пор, как Минхо поступил. Как парню удается избежать исключения для самого Ли загадка. Воля случая, или удача - Минхо не задумывается особо. К счастью, искусством пофигизма Ли владеет досконально со своих шестнадцати лет. Сигарета в зажатых пальцах догорает, неприятно обжигая. Минхо чертыхается и отбрасывает бычок в сторону - на окружающую среду ему всё равно тоже. Как и ей на него впрочем. Всего полчаса езды, пять минут пешком, три минуты по лестнице и вот целый город раскидывается пред монотонным взором. Огни зажигаются постепенно, пробуждая сонных жителей. Утренняя прохлада еще не сходит с сонных улиц большого города. Приходить сюда и наблюдать - уже маленькая традиция. Уголок уединения, где видно всех, но тебя никто и не заметит. Минхо часто думает, что его и так не заметно. Собственные мысли превращаются в песчинки на огромном пляже. Собрать их воедино очень трудно - невозможно практически. Стоя на крыше многоэтажки, Минхо умудряется не думать о своих счётах с жизнью - кто кому должен, решит судьба. Хоть иногда и бывают мрачные мысли. Пустой лист, помните? Каждый день в жизни Ли можно приравнять к одной отдельной жизни. Кошки бы позавидовали - жизней у него целых триста шестьдесят пять в году. Такой мысли Ли ухмыляется. Проникнуть на крышу бюджетной многоэтажки не составляет большой проблемы - приятель Минхо работает здесь охранником и без проблем может пропускать того в любое время суток, когда сам, конечно же, на смене. Чем парень и пользуется добродушно в минуты особого отчаяния. И не только. По правде говоря, Ли зависает здесь куда чаще, чем в том же универе. Друг Минхо иногда шутит, что крыша - второй дом Ли, осталось притащить зубную щётку. Минхо и не против, он бы честно переехал на эту самую крышу, да только жители не одобрят такое решение парня. Он глубоко вдыхает, чувствуя, как кислород заполняет крошечные альвеолы, так легче - дышать глубоко, когда совсем тяжело. Минхо дышит глубоко постоянно. Родные удивляются его ровному дыханию, и только сам Ли знает, чего оно ему стоило. Парень садится на парапет, небрежно свесив ноги и облокотившись руками на перила сзади. Взгляд его расфокусированный, а мысли уносят далеко-далеко. В тот день, который парень с радостью бы стёр с чертогов своего покалеченного разума. Жаль, что сделать это невозможно.          

* 3 года назад*

- Минхо-я, улыбнись пошире! Сегодня ты стал совсем взрослым! - Стоило Ли разомкнуть глаза, как семья окружила бедного мальчика, уже с утра ликуя и поздравляя с днем рождения. Сам Минхо, только-только проснувшись, был напуган, сердце его билось в тысячи раз быстрее, потому что вместе со страхом его переполняла тревога и чувство ожидания. Ещё с вечера коктейль чувств не давал спокойно уснуть. Минхо всё думал, как это произойдет, а главное - когда. По законам Вселенной, в которой парню посчастливилось родиться, в шестнадцатый день рождения появляется метка. Если говорить точнее - половина незамысловатого рисунка. Вторая же - у соулмейта. На двоих одно изображение. Оно не повторяется, у каждой второй души индивидуальное клеймо. Всю свою сознательную жизнь Минхо с нетерпением ждал этого дня, представляя в мыслях красивую историю, которая непременно должна с ним произойти. Детские мысли были столь наивны, что подрастая с каждым годом, Минхо убеждал сам себя в них же. И верил. И ждал. Нужно ли говорить, насколько переполнено юное сердце тревогой ожидания, когда тот самый день настал. В школе, как и ожидалось, друзья накинулись с поздравлениями, а одноклассники спели заезженную песню, натянув на бедного Минхо колпак именинника. Атмосфера искрилась весельем и беззаботными остатками детства. Минхо даже успевал отвлекаться от штурма мыслей и унимать заметную дрожь в руках. Но даже самые шумные фанфары не могли окончательно забрать внимание парня. Он ждал. А всё вокруг, казалось Минхо, напоминало - скоро, скоро. Листья за окном шумели по-особенному, облака в небе складывались каким-то рисунком. И карандаш предательски ломался от чрезмерного нажима. Нервы были натянуты до предела. Несмотря на всю нервозность, день прошел быстро и к вечеру Ли уже не мог найти себе места, то и дело подходя к зеркалу и осматривая видимые участки тела. Мама лишь понимающе похлопывала по плечу, в очередной раз осматривая спину. "Скоро" - только и говорила она. Руки дрожали сильнее и Минхо приходилось всё время держать их в карманах. Ли казалось, что он и вовсе сойдёт с ума - настолько часто билось его сердце. Гости почти разошлись, подарки развернуты, а на кухне гора немытой посуды, чем собственно Минхо и решил заняться, чтобы хоть как то унять дрожь в пальцах. Мама протестовала сначала, но увидев нездоровый блеск в глазах сына, отдала собранные со стола тарелки. Не разбить их оказалось счастьем. Когда оставалось всего пару тарелок, парень почувствовал легкое, еле ощутимое покалывание где-то слева, в районе рёбер под грудью. Было похоже на чье-то прикосновение, и стадо мурашек орошило все тело. Глаза расширились, руки замерли в движении, выронив последнее блюдце. Дыхание сбилось, кажется, и вовсе остановилось, а сердце, сердце пропустило удар и волной по артериям выбросило кровь с невероятной силой, будто Минхо разобрали по молекулам, собрав его всего только в том месте, где появилась она - метка. Ли понадобилось ровно две минуты тридцать пять секунд, чтобы прийти в себя. Он это знает, потому что считал, заставляя себя снова начать дышать. От шока зрачки расширились до неимоверных размеров и глядя на такого парня можно было смело заявить - без приёмов препаратов тут не обошлось. Сморгнув пелену перед глазами, он, всё ещё не видя ничего вокруг, поднялся к себе в комнату. Плотно закрыв за собой дверь, Минхо подошёл к зеркалу. Руки начали трястись пуще. Ухватиться за края кофты не предоставлялось возможным. Зажмурив глаза сильно-сильно, до узоров под веками, Ли приподнял свой батник, оголяя весь живот. Вдох - медленный выдох - вдох - задержал дыхание - открыл глаза. Взору его предстал рисунок, четкие границы и ни одного лишнего мазка. Там, где ощутилось "прикосновение", на уровне восьмой пары рёбер, слева, недалеко от сердца. Минхо улыбнулся, только увидев его. Это был небольшого размера треугольник, как будто с целым миром внутри. Минхо мог разглядеть в нём горы с заснеженными вершинами, волны расплескавшегося океана, что ударялись друг о друга, берега пустыни и застывшие в порыве ветра ветхие стволы. Ли немного повернулся, дабы улучшить обзор. Метка выглядела восхитительно на худощавом теле парня, так, будто она всегда там и была. Вся эйфория рушится, когда одно "но" повисает в воздухе, когда Минхо понимает, медленно опуская руки. Азарт в глазах гаснет со скоростью света, заменяясь пеленой слёз. Волна отчаяния захлёстывает с головой. Минхо кричит. Да так, что сам свой голос не узнаёт. Наверняка родители ворвутся вот-вот. Вуаль мыслей порошит белым шелком разум, и он уже не способен мыслить здраво. Все мечты и ожидания разбиваются в кровь, опустошая жизнь, и оставляя только боль после себя. Разъедающую и до безобразия пугающую. За одну секунду огромный мир становится обременяющим камнем. Серым и до невозможности тяжёлым. Минхо выдыхает скопившийся в лёгких воздух, даже не пытаясь подавить желание закричать снова. В эту самую секунду взрывается его душа, обязательно задевая и сердце. Теперь он так будет всегда. Кричать внутри, снаружи оставаясь безразличным. Учиться жить заново - главная задача. Жить теперь вот так, зная, что в целой Вселенной для тебя не нашлось никого. Ровным счётом ни одной души. А твоя осталась одна. Такая юная и такая покалеченная. Душа Минхо не заслужила такого, он знает. Но сделать ничего не сможет. Смириться, может? Минхо не вспомнит, как он очутился в кровати, но вспомнит как тяжелая голова ударилась о пол, когда парень потерял сознание. Его метка была цельной.