История нашей смерти .

5 Сентября 1905. Сегодня, изучая окрестности леса, на восемь километров дальше от старой отметки я наткнулся на некую поляну, где в хаотичном порядке были расставлены заостренные колья, направленные в глубь чащобы. Я попытался сообразить схему их расположения на бумаге. Получился кривой незаконченный круг. Но для чего же их так воздвигли или может от кого?.. 7 сентября 1905. Уже вторую ночь меня мучал Этот вопрос. Кого же можно было бояться в этом лесу? Или может там просто проводили ритуал некие местные жители? Но если бы так было все просто, почему же стражи порядка не убрали их? Было много, очень много вопрос, но к сожалению не на все я ещё получил ответы… Завтра я устраиваю званый ужин для высокопоставленных людей из местных, хочу завести новые знакомства, с возможностью преобрести, так нужные мне здесь, связи… 18 сентября 1905. Я не спал уже неделю… Как только я проваливался в сон, меня начинали мучить кошмары. Страшно… Я так и не смог пройти дальше той острой ограды, будто что-то меня туда не пускает… 27 октября 1933. Моя дорогая жена вчера родила мне прекрасную девочку. Я решил, что не буду выпускать кроху за пределы нашего поместья пока малышке Рутт не исполнится десяти лет. Не хочу подвергать опасности ни её, ни Маргарет… 30 марта 1940. Я все-таки прошёл дальше в лес от этих кольев… Там было темно, попахивало гнилью и лесной сыростью… Чем дальше заходил, тем больше становилось чувство тревоги, казалось, что за мной наблюдают, оттуда… из-за кривых ветвей и сухих стволов… Я испугался, я видел его… Существо… Но в темноте леса я не запомнил его очертания. Я бежал, казалось будто целую вечность, но как только я оказался за частоколом, все это напряжение пропало, но страх никуда не ушёл, он пробрался до самых скрытых уголков моей чернеющей души и накрепко засел там… 12 июня 1945. Он требует… Кровь… Много… Жертвы… Нужно больше… Война застала нас, но у нас всегда есть мясо… Моя девочка будет жить, она не будет голодать… Дорогая Маргарет недавно оправилась после тяжкой болезни, но они обе будут жить… Ему… Нужно… Больше… Дата неизвестна. Он пришёл… Я говорил с ним, он сказал, что моя семья больше никогда не будет страдать и это хорошо… Они будут жить в безопасности… Но ему нужна кровь… Его сила… Жертвы жертвы жертвы… Больше. Дата неизвестна. Люди уже давно заметили пропажи… Они начинают подозревать меня… Но он требует… Если нет… Убьёт… Смерть… Страшно Моя девочка… Ее укусила собака, но Он ей помог… Он добрый… Или нет… Дата неизвестна. Они идут… Идут… Уже не скрыть… Страшно… Страш… Он… Он… Сила… Кровь… Мне больно… Руки… ногти горят… Боль… Доченька… Прощение… Жаль… Слезы… Плачь… Я слышу его… Ад. — это были самые читаемые записи в блокнотах, которые лежали в коробке, все остальные страницы были сильно испачканы чем-то крочневатым, грязь, кровь — пока не ясно, а большая часть просто была вырвана. Мы сидели около часа пытаясь разобраться только с блокнотами. Я вновь решила заглянуть в коробку. Взгляд зацепился за сложенный пергамент. Бумага была старой и местами были оторваны кусочки, поэтому я аккуратно, чтобы не испортить оставшуюся «улику», раскрыла лист. Хаотичные мазки угля составляли непонятную фигуру, что-то среднее между лосем и человеком, ноги, как у кузнечика — лишь эта часть и пустые глазницы были чётко изображены. Я долго не могла оторваться он рисунка. Было ощущение, что то, что было на месте глаз так и искали выход в своём зрителе. Такие пустые, но в тоже время глубокие, несущие что-то злобное, великое, что не должен знать человек… -Бабуль, а почему вы оставили рубахи? — Слова Стинга вырвали меня из водоворота размышлений. Почему его заинтересовал этот вопрос? Но почему-то этот момент мне тоже показался странным. -Ох, внучек, сейчас даже точно тебе не скажу. Матушка в попыхах собрала, что смогла, пока Отец стоял внизу и разговаривал с полицмейстером, в свой последний день пребывания в доме. — в глазах старушки была грусть, такая сильная, что она захватила и нас, но она не давила, покрайне мере теперь, когда Бабуля Рутт впервые услышала последние прочитанные записи Отца — Просьба прощения, слёзное раскаяние… Решив, чуть отвлечься от грустных мыслей, я решила перебрать письма. На вид они были совершенно обычными, но все некая странность имелась. Имена тех, кому были адресованы или наоборот от кого, были перечеркнуты, так что с кем же общался наш достопочтимый Эвклиф было неизвестно. Но вот проблема была не только с собеседниками, «начинка» писем была куда более непонятна. Где-то текст был написан задом наперёд, местами на латыни, некоторые вовсе были пусты, а вот последнее было написано кровью. Причём именно это письмо было аккуратным и чистым, почерк ровный, как в первых записях блокнота, когда мужчина ещё не сошел с ума. -Это кажется латынь… — чуть слышно произнесла я, но этого было достаточно, чтобы Стинг обратил внимание на текст. — Аккуратнее, Кана, вдруг заклинание, сейчас прочтёшь и цербера призовешь! — видимо он попытался разрядить обстановку и у него это вполне получилось, его Бабушка вновь заулыбалась, а моё внутреннее напряжение чуть спало. — А если серьёзно, что это? -Честно… — я подняла на него уставший взгляд — Сама не знаю. Может ты и прав и это действительно какое-то заклинание. Уберу его от греха подальше, мало ли. Решив, чуть расслабиться Мисс Рутт предложила нам чай. Мы просидели на кухне ещё пару часов, болтая на совершенно разные темы. Потом тема плавно перешла на наши взаимоотношения с её внуком. Пришлось конечно и мне и ему отвечать о том, что ничего серьёзного между нами нет, ведь мы всего лишь дружим и общаемся непосредственно, когда я заглядываю в мастерскую. Правда вот его бабушка нам не поверила, это было видно по её глазам, но нам она это конечно не сказала. Такая непринуждённая атмосфера продолжалась, к сожалению, недолго. Мне пришло сообщение от Гажела, что они уже полностью собрали технику и готовы к выходу. Мне не хотелось уходить из этой зоны комфорта, но было пора. -Стинг, проводишь меня? — ему не пришлось долго объяснять, он кивнул и обратился к бабушке. — Уже поздновато, мне пора. -Ох, подождите — Бабуля немного засветилась — Кое-что забыла, да где же оно — она ушла в другую комнату и чем-то начала там шуметь, буквально через несколько минут она вернулась, неся в руках некий свёрток — Вот, думаю вам это пригодиться. -Ну что вы, не стоило. — мне было неловко, что просто за то, что я была здесь, мне уже вручают что-то, но вдвойне неловко от того, что я не знала что это. Бабуля как будто поняла это и ответила, но шёпотом. -Знаю, что в дом пойдёте, поняла это, когда за Батюшку спросили, поэтому вот. — она указал пальцем на коробочку — Там план дома. — От этих слов у меня чуть челюсть не отвалилась, то чего нам и не хватало, но почему же она отдала его нам — Это самый первый и точный план, на нем все все комнаты и вентиляции. -Ох, спасибо вам большое. — она тепло обхватила мои руки своими и мило улыбнулась. -У меня будет к тебе одна просьба, как доберётесь до кабинета отца, возьмите его дневник. — грусть вновь заиграла в её глазах. — Всё же он был хорошим человеком и настоящим исследователем. Не хочу, чтобы мой дорогой Отец оставался в глазах народа сумасшедшим. — Я вам обещаю. Я сделаю все, что будет в моих силах. — распрощавшись с милой женщиной, я вышла на улицу к Стингу, где он уже завёл мотоцикл. Доехали мы быстро. Парень оставил меня возле дома Гажела, где как раз собралась вся наша компания. — Послушай. — Стинг взял меня за руку не желая отпускать. — Может вы не пойдёте туда, все же здание старое и мало ли что, мы же читали записи? — Всё будет хорошо, ты же знаешь, что если мы затеяли, то доведем дело до конца. — Он смотрел на меня и скорее всего думал:"Знаю, поэтому и останавливаю», но так и не решался мне сказать эти слова. — До встречи, Стинг. — Я развернулась и прошла в дом, слыша за спиной рев мотоцикла. Ребята расположились как обычно, в гостиной. Рядом возле дивана стояли рюкзаки. Они бурно что-то обсуждали, но как только я вошла они выжидающе стали на меня смотреть, ожидая хороших новостей. Я не стала ничего говорить и просто положила план дома на столик. — Как? — хором спросили Нацу и Грей. — Его Бабушка, оказывается дочка того самого хозяина, она сама отдала мне эти бумаги, ко всему прочему показала мне его записи… — весь остаток вечера мы провели за обсуждением деталий нашего похода, я рассказывала, что удалось узнать на моей маленькой вылазке, проверяли технику, заряд на камерах. Мы были очень воодушевлены нашей затеей, когда бы мы ещё нашли такое место, да с такой богатой историей… Но лучше бы мы занимались совершенно иным. Может было бы лучше, если бы в тот вечер мы не заехали до Мисс Рутт и я не давала ей обещание? Но было уже поздно поворачивать назад, теперь тени шли с нами вровень…