Шапочка в черный горошек

       — Эй! О чем думает моя прекрасная Леди? — прошептал Нуар над моим ухом, когда после битвы мы стояли на Эйфелевой башне — нашем любимом месте.        — Ни о чем, Супер Кот… — выдохнула я, опираясь на перила и смотря куда-то вдаль. — Скажи, тебя ничего не беспокоит?        — Не особо… Небольшие недомолвки с отцом, а так скуку моих дней развеваешь ты, Миледи.        — Подлиза! — хихикнула я, трепля Кота по голове.        Кот только улыбался самой теплой улыбкой на свете. За все время наших отношений мой уже не просто напарник сильно изменился. Нет, каламбуры присутсвовали — Нуар без глупых каламбмурров, как Маринетт без неуклюжести. Удивительным было то, что исчезла вся навязчивость Кота. Он был очень аккуратным и осторожным. Никуда не торопился, не приставал с просьбами о поцелуе — с Котом явно было что-то не так.        И это меня беспокоило.        — Моя Леди, как насчет небольшого мурприза? — прошептал Кот, слегка прижимая меня к себе.        Я слегка поморщилась — сюрпризы от Нуара уже выработали некий рефлекс: я всегда ожидала очередных бредней Кота насчет снятия масок. Но сейчас все было по-другому. Мое отношение к парню сильно изменилось за прошедшие несколько дней.        Однако, раскрыть перед ним свою личность — неуклюжего мямлезавра Маринетт — я пока не могла.        Я неуверенно кивнула, с легким игривым недоверием глядя на счастливого Кота. Парень ловко подхватил меня на руки — что, впрочем, происходило со мной уже около недели — и понес на руках в сторону здания, что стояло неподалеку от моего дома. Прохладный ветер легко касался лица, вызывая самую глупую улыбку на свете.       Кот тихо смеялся, наслаждаясь этим прекрасным моментом. Мы оба любили это чувство — чувство легкого полета, когда в лицо врезается ветер, трепля волосы. Когда все вокруг кажется таким восхитительным и прекрасным. Когда под нами проносятся одна за другой крыши высоких домов. Глядя на два изумруда и веселую, почти детскую улыбку Кота, я невольно смеюсь и сама, прижимаясь к нему еще сильнее.       Эту крышу я могла узнать из тысячи.        — Я решил, что ты тоже будешь рада, оказаться здесь еще раз…        Все было почти как раньше: по перилам стояли свечи, которые мой напарник тут же начал поджигать, было много цветов, а на самой крыше было расстелено покрывало, на котором стояла небольшая корзина. Котик — настоящий романтик. Жаль, что я не оценила его раньше.        — Это чудесно! — восхищенно прошептала я, оглядываясь вокруг.        — Все для моей Леди, — взял Черный Кот мою руку, оставляя след от губ на запястье. — Как насчет крумяусанов?        — Не откажусь!        — А от моих обнимашек, которые согреют тебя в самый лютый холод? — наклонив голову на бок и забавно прижав ушки, произнес Кот.        — Глупенький! — щелкнула я его по носу, усаживаясь рядом с корзинкой.        Нуар бухнулся рядом, быстренько доставая пакет с круасанами, на котором красовались две буквы «TS». Я была рада, что Коту нравилась выпечка моих родителей. Недаром по вечерам ушастый Супергерой Парижа сидел у простой-девушки-Маринетт за кружкой горячего шоклолада.        — Боюсь, что крумяусаны остыли, но шокотлад был в термосе! — боже, как у него лицо не устало улыбаться?        Нуар излучал ауру любви и безграничной радости. Сегодняшние неудачи теперь казались мне просто мелочными. Пусть сегодня Хлоя в очередной раз испортила мою парту, нарисовав на ней неуклюжую карикатуру, пусть я сегодня проспала и опоздала на химию, получив выговор от мадам Менделеевой, пусть я сегодня случайно, при помощи своей катастрофической неуклюжести облила Адриана чаем — это сейчас было абсолютно не важно, ведь рядом был Кот. Мой Кот.        — М-миледи, у тебя это… шоколад скоро остынет! — покраснел мой напарник, заметив то, чего не заметила я: мой взгляд уже минуту (если не больше) изучал губы парня с нескрываемым интересом.        — Ой! П-прости! Т-тошно… ой… точно… — проснулся во мне мямлезавр, и я виновато глянула на все еще смущенного Кота.        Между нами повисла неловкая тишина, но ее тут же нарушил наш общий смех.        — Неужели моя Леди хочет поцеловать своего Кота? — заиграла на лице знакомая Нуаросвкая ухмылка.        — Ты неисправим, Котик! — покачала я обреченно головой, отпивая шоколада из своей кружки.        Латексные черные уши парня опустились — вот же… знает на что надавить. Тем более, я была абсолютно не против. Это ведь мой Кот-друг-напарник-тот-кого-я-действительно-люблю. Потому, слегка наклонившись в сторону сидевшего рядом парня, я легко чмокнула его в щеку.        — Спасибо, Супер-Кот, — ответила я на его восхищенный взгляд глаз-крыжовников.        — За что, Моя Букашечка? — спросил он, делая ударение на слове «моя».        — За этот вечер — ты здорово поднял мне настроение! — с моих губ сорвался тихий вздох, а голова легла на надежное плечо Котенка.        — Все для моей Леди, — коснулся он губами моего лба        Где-то внизу на улице заиграла тихая мелодия аккордеона, сопровождаемая шарманкой. Это была старая, как Париж музыка, которую я часто любила слушать по вечерам, думая об Адриане.       Я тут же дала себе мысленную затрещину — рядом со мной мой почти что парень, а я думаю о лучшем друге! О другом парне!        — Могу ли я пригласить самую муркрасную девушку Парижа на танец? — промурлыкал блондин, протягивая мне руку, но не поднимаясь.        — Не могу отказаться! — кивнула я головой, принимая руку Нуара.       Видимо, удача сегодня вообще не желала быть на моей стороне, поскольку я, запнувшись о собственную ногу, грациозно упала прямо в лапы своего напарника, успев наступить тому на хвост-ремень.        — Я. Малость… неуклюжая, — виновато пожала я плечами.        — То же самое ты говорила в день нашей первой встречи, когда зарядила мне по ушам своим йо-йо! — хохотнул парень, помогая мне встать на ноги и прижимая одной рукой к себе.        — Прости! — тихо прошептала я.        — Глупая Леди! — щелкнул парень меня по носу, заставляя морщиться.        — Глупый Кот…        Я взяла свободную руку Кота, и мы стали медлено танцевать, раскачиваясь из стороны в сторону и совершенно не попадая в ритм. Положив голову на плечо парня, я с упоением слушала, как бьется его кошачье сердце. Так громко. Обе его руки уже лежали на моей талии, а я только обвила его шею, прижимаясь ближе к нему.       Снова охватило чувство легкого дежавю. Только вместо Кота перед моими глазами был Агрест. Я хотела просто сквозь землю провалиться! Почему, когда я с Адрианом, то думаю о Коте, а, когда с Нуаром, то думаю о своем однокласснике? Замкнутый круг.        — Спасибо, моя Леди… — уткнулся мой зеленоглазый напарник носом в мои волосы. — Спасибо за то, что ты даешь мне ту часть тепла, что я никогда не могу получить от родных. Рядом с тобой всегда спокойно, ты пугающе сильная, и, в то же время, по-милому слабая. Я слишком люблю тебя, Моя Букашечка…        Пусть он множество раз признавался мне в своих чувствах, но почему-то именно сейчас мое сердце пустилось вскачь, а руки еще сильнее обняли Нуара за шею. Хотелось и плакать, и смеяться, целовать эту ушастую котострофу и никогда не выпускать из кольца собственных рук.        — Я… думаю, что я чувствую к тебе тоже самое, Мой любимый Кот.        Нуар отпрянул от меня, восхищенно-неверяще глядя в глаза. Губы растянулись в доброй улыбке, полной нежности, а рука в черной перчатке ласково коснулась моей щеки.        — Я просто мурчать готов от счастья! — наконец выдохнул он, наклоняясь к моему лицу.       Музыканты уже давно покинули эту улицу, но я этого даже не заметила, сосредоточившись на парне, что приближался к моему лицу. Его горячее дыхание коснулось моих губ…       И тут я на сто тысяч раз прокляла Бражника и его акум, когда на соседней улице раздался хлопок, сопровождаемый жутким смехом.        — Эх, как всегда вовремя! — разочарованно выдохнул Кот, все еще находять котострофически близко к моим губам. — Нам пора, жучок! — подмигнул он.        — Это может и подождать секунду! — недовольно пробурчала я, быстро касаясь губ Нуара. — А вот теперь, пора!        На лице Нуара заиграла игривая усмешка, а я, раскрутив йо-йо, зацепилась им за крышу и полетела навстречу акуме.

***

       Я снова не выспалась, проснувшись за три минуты до занятий, потому собиралась со скоростью света, но чувствовала себя безгранично счастливой, вспоминая вчерашний вечер. В школу бежала на всех парах, совсем позабыв про шапку, но шарф от Адриана не забыла.        На урок литературы я все же опоздала. А сесть пришлось снова с Агрестом, ибо Нино, похоже, решил насовсем поменять свое место.        Я быстро плюхнулась на место, доставая учебники с глупой улыбкой на лице.        — Доброе утро, Маринетт! — поздоровался мой сосед по парте. — Выглядишь веселой. Что-то случилось?        Я только кивнула головой.        — Ага! Если не считать того, что я совсем забыла про шапку! — прошептала я, смотря на Агреста.       Парень под партой пододвинул к моей ноге какой-то пакет.        — Возьми эту шапку! Я не хочу, чтобы ты замерзла на экскурсии! — мило улыбнулся одноклассник. — Забавно — я как палочка — выручалочка: ты забываешь, а я приношу.        — Спасибо, Адриан!        На перемене перед экскурсией я достала шапку из пакета и примерила — идеально подходила к моему шарфу. Красная шапочка в черный горошек. Глянув внутрь, я увидела записку.       ЛедиБаг от всего сердца.       Я чуть не упала… Адриан знает?!