Первая и последняя жизнь

Долго Каллены пытались уговорить Алексис не ехать, но это все равно, что затушить огонь керосином. В итоге сдавшись, они всей семьей поехали провожать Алексис в аэропорт. Роуз предлагала девушке взять с собой Эммета, но на это получила в ответ категорический отказ. - Розали, дорогая, я отказываюсь не потому, что не хочу быть тебе чем-то обязанной, а только из-за того, что прекрасно понимаю, чем эта поездка может кончиться. Не смотри на меня так, я все сказала. – обняв сестру, Алексис посмотрела на остальных членов семьи. Элис, прижавшись к Джасперу, перебирала руками платочек, который был ей вовсе не нужен, но он подтверждал тот факт, что если бы вампиры могли плакать, то милый «ежик» разревелся бы на весь аэропорт. Карлайл спокойно смотрел впереди себя невидящим взглядом, как будто ожидал чего-то или же, как Элис, предвидел будущее. Эммет обнимал расстроенную Розали, а Эсми с Эдвардом покупали билет, пока Лекси прощалась. - Меньше всего на свете я бы хотела сделать вам больно, но сейчас я не могу по-другому, я должна ехать. Прошу, поймите меня. Вольтури сделали то, чего я принять не могу, даже, несмотря на то, что они правящий клан. Смерть той девушки ничем не оправдать. – сдержанно произнесла маленькую прощальную, как ей казалось, речь. - Алексис, - позвала Белла. - Что? – странно, но теперь она не раздражала Алексис, даже Роуз перестала подначивать Беллз . - Возьми это, - она протянула ей кулон в форме большого сапфира небесно-голубого цвета на серебряной цепочке, - я хочу, чтоб это было с тобой. Может тебе он принесет удачу. Кулон и правда был прекрасен, такого девушка еще нигде не видела, хотя до драгоценностей была большой охотницей - Оно просто сказочно прекрасно! Спасибо тебе. – не скрывая радости, Алекс обняла Беллу, а так же воспользовавшись моментом сказала. – Прости меня, если есть за что. На это Белла не ответила, но по взгляду было понятно, что ей прощать было не за что. В этот момент Эдвард и Эсми вернулись с билетом. - Вот держи, бизнес-класс, - переливаясь, зазвенел нежный голос Эсми, - Постарайся вернуться, ради всех нас. Эдвард, как бы присоединяясь к словам матери, кивнул. Только Алексис решилась ответить, как Карлайл, выйдя из «транса» подошел и, взяв дочь за плечи, сказал: - Помни то, что я сказал тебе. И еще знай: мы привязались к тебе, каждый по своему, я как к своему собственному ребенку и не хочу тебя терять. Вот тут замерзший камень, - ткнул он себя в грудь,- но и он может болеть, а если что-то с тобой случится, я не переживу. Будь осторожна. Я и все мы тебя очень любим и ждем. Алексис с минуту стояла, глядя в глаза Карлайла, преисполненные сожалением и болью, а потом обняла, долго и крепко, параллельно подумав: «Я тоже тебя люблю, папа!». Но Алекс знала, что если она не уйдет сейчас, то не уйдет никогда. Поэтому оттолкнув Карлайла, она побежала на паспортный контроль. Там никого не было и она прошла его быстро. Не оборачиваясь, Алекс скрылась в зале ожидания. __ - Qui, Volterra signorina!(Вот и Вольтерра,мисс!) – хриплый голос водителя, заставил Алексис очнуться от раздумий. - Grazie(Благодарю), – улыбнувшись, ответила девушка и посмотрела в окно. Город был необычайно красив. Древние здания неровно располагались по поверхности, множество лесенок, перекрестных улиц и площадей с фонтанами. Посреди Вольтерры располагалась часовня. Узенькие улочки были полны народа. Жители все без исключения счастливые и доброжелательные, о чем свидетельствовали веселые улыбки и сияющие глаза. Сердце забилось, вторя смеху детей, что бежали за машиной. Будто праздник наступил, хотя для них наверняка каждый турист событие, несмотря на то, что их было достаточно много. - Salute(Здравствуйте)! – крикнула им, лучезарно улыбнувшись, Алексис. На что те, отвечали: «Buon journo signorina(Доброе утро, мисс)». «Как тут красиво все же, хотела бы я каждый день просыпаться и чувствовать упоительный аромат цветов, пряностей и вин, видеть эти счастливые лица и слушать их красивую речь», - думала девушка, пока таксист не остановился рядом с часовней. Расплатившись и еще раз поблагодарив, Алексис вышла из машины. «Красиво, но я приехала не за тем, чтоб любоваться на достопримечательности», - одернула себя Лекси и, толкнув дверь (сломав при этом замок), вошла. Внутри было темно, но даже при тусклом свете были заметны красивые уникальные рисунки и надписи на итальянском. Что-то наподобие: «Жизнь – великое творение»; «Поднимаясь по лестнице долголетия в одиночку, ты ощутишь, как груз на твоих плечах делает твое восхождение невыносимым»; «…и он вырвал ему лживый язык…». Бегло прочитав парочку высказываний, Алекс бросила это занятие и, найдя дверь, спустилась по лестнице за ней. Затем на лифте на последний этаж и, когда створки лифта открылись, вышла в хорошо, даже со вкусом обставленный холл. Сбоку за столом сидела девушка, которая, увидев Алексис, вскочила и буквально пропела: «Buon pomeriggio!»(Добрый день). «Человек?», - чуть не врезалась в колонну Алексис, поняв это, - «Нда, веселенькое местечко. У вампиров, пьющих человеческую кровь и прячущихся от людских глаз, секретарь – человек!!», - хихикнув, Алекс ответила ей кивком и направилась дальше к своей цели, несмотря на то, что та махала руками и старалась остановить, лишь после того, как поняла, что это бесполезно, отстала. «Вот она», - выдохнула Лекси, увидев дверь, за которой наверняка был тронный зал. Успокоившись, девушка с силой толкнула тяжелые дубовые двери.