Только моя

- Люблю тебя! – шепнул я прежде, чем поставить Аннабет на ноги возле нашей квартиры. - А я тебя! – тихо ответила она. Тогда я, уже не боясь, опустил ее и, бережно придерживая девушку за талию, открыл дверь. Затем, я снова поднял Аннабет на руки, вошел, ногой захлопнул дверь и осторожно, стараясь ни во что не врезаться, понес в гостиную. Посадив девушку на диван, я быстро включил везде свет, и она невольно восхищенно охнула. - Это ты здесь прибрался, или так и было? – спросила она, оглядываясь. - Примерно, пятьдесят на пятьдесят, - со смехом ответил я, присев рядом с ней. – Может, поужинаем? - Ты не устал нести меня всю дорогу? – удивилась Аннабет. - Нет. У тебя прекрасная фигура, и я никогда не устану ее держать. - Льстец! – расхохоталась моя девушка, но тут же поцеловала меня. Отвечая, я подумал о том, что отдал бы все на свете за то, чтобы мы всегда вот так сидели в нашей квартире и просто целовались. Как же я люблю свою Энн! До безумия! - Сейчас, - шепнул я, отстраняясь, и побежал на кухню. Подогрев в микроволновке пиццу, я вернулся в гостиную и мы принялись за еду. Когда с ужином было покончено, я решил, что можно и поговорить, поэтому произнес: - Слушай, может, ты объяснишь мне, как оказалась на улице без куртки в мороз, жутко меня напугав?! - Прости, - вздохнула Аннабет. – Я и сама боялась. А получилось все довольно глупо. Утром меня разбудили встревоженные ребята и сказали, что у папы и моей мачехи очередной запой. Обычно, первое, что они делают, напившись, - идут ко мне и требуют, чтобы я немедленно ушла. Этот раз исключением не стал. Я попыталась прорваться в прихожую, чтобы взять куртку и спокойно убежать, но на пороге моей комнаты папа поймал меня. Я укусила его, рванула обратно и выпрыгнула прямо в окно. Тогда-то лодыжку и повредила. То есть изначально я этого даже не заметила. Все, чего мне тогда хотелось – оказаться как можно дальше оттуда. Я знала, что ребят они не тронут. Да и куда бы я их повела? На таком холоде они бы замерзли насмерть. Если уж я чуть не отправилась в Аид… Она замолчала и опустила голову. Я не смог вынести этого зрелища и решительно обнял ее. Господи, девочка моя, сколько же ты натерпелась! Но, несмотря на это, мне стало обидно. - Слушай, мне, пожалуй, все понятно, - произнес я, поглаживая Аннабет по спине, - но почему за весь этот кошмар ты ни разу не позвонила мне?! Боги, Энн, неужели ты еще не поняла, что я пойду за тобой куда угодно?! Неужели ты так и не научилась доверять мне?! Аннабет отстранилась от меня и вдруг весело рассмеялась. Я удивленно наблюдал за ней, совершенно сбитый с толку. Отсмеявшись, моя девушка произнесла: - А вот здесь причина гораздо более банальная. Когда я прыгала из окна, мобильник выпал у меня из кармана и, конечно, сломался, оказавшись в снегу. - Удивительно, от каких случайностей может измениться жизнь, - произнес я, невольно улыбнувшись. - Это ты о чем, Рыбьи Мозги? – спросила Аннабет. - Ну, если вспомнить то, что я пережил, пока искал тебя… Никогда в жизни я так не боялся, и, наверное, никогда больше ничего не испугаюсь. - Ты поосторожнее, - предупредила моя девушка, загадочно все же улыбаясь. – Полукровка, не знающий страха – это ходячая катастрофа. - Не забывай, что ты с такой катастрофой встречаешься, - расхохотался я и потянулся, чтобы поцеловать Аннабет, но она прикрыла мне рот пальцем. - Подожди, - произнесла моя девушка. – Сначала ты скажи, о чем говорил с миссис Джексон и Полом. - Для того, чтобы ответить, мне нужно посоветоваться с отцом, - заметил я. - А радуга на что? – хихикнула Аннабет. – Свяжись с ним через Ириду. Так я и сделал. Чтобы вызвать радугу, пришлось облить стены водой, направляя душ вверх. Но зато минут через пять передо мной возник тронный зал моего отца, где, кроме него, находился, к несчастью, еще и Тритон. - Перси? – удивленно спросил Посейдон, увидев меня. – Какой сюрприз! - Привет, - поздоровался со мной мой единокровный брат, хотя смотрел он на меня весьма прохладно. - Что-то случилось? – занервничал отец. - Мы можем поговорить наедине? – спросил я, покосившись на Тритона. - Иди, проверь, как там продвигается отстройка, - обратился Посейдон к своему законному сыну, поняв, что я имею в виду. Тритон одарил меня прямо-таки прожигающим взглядом, но не решился спорить и послушно вышел. - Так что случилось? – спросил мой отец, когда за ним закрылась дверь. - Случилось то, что ты врал мне все время! – тут же посуровел я. - О чем ты? – опешил Посейдон. - О счете, который ты открыл, неизвестно зачем и неизвестно почему! Тот расхохотался и выдавил сквозь смех: - Салли проболталась, да? - Нет, просто… время пришло, - ответил я. Посейдон поперхнулся смехом. - Ты что, переехал отдельно?! - Переехал. И не один, а с Аннабет, - пояснил я. – Только ты не волнуйся. Я самостоятельный человек, да и она тоже. - Ладно, ладно, - вздохнул мой отец. – Так ты хочешь узнать, почему я не рассказал тебе о счете? - В том числе. А еще, я был бы тебе весьма признателен, если бы ты еще сказал, зачем, вообще, его открыл. - Ну, хорошо, - сдался отец. – Я знал, что рано или поздно буду вынужден тебе рассказать. Так вот, слушай. Эта задумка со счетом появилась у меня еще тогда, когда я узнал о беременности Салли. Поскольку я нарушил клятву на реке Стикс, тебя ожидала трудная судьба. Должен признать, я тогда думал, что ты этот кошмар не переживешь, а деньги хотя бы помогут Салли. Что ж, я ошибся. - А почему ты велел маме ничего мне не говорить и сам молчал? - Подумал, что ты можешь оказаться слишком гордым, - улыбнулся Посейдон. - А так, что, не гордый?! – возмутился я. - Тут уже дело не в том. Сейчас ты знаешь, что заслужил свое право пользоваться этими деньгами. Твои деяния во время войны с Кроносом говорят сами за себя. - Но… - Нет, Перси, даже не думай отказываться! Твое участие в спасении Олимпа сыграло очень важную роль. Ты, можно сказать, и меня спас! Ты зубами выгрыз каждый цент! Так что не упрямься. - Ох, ну хорошо! – сдался я. – Спасибо, отец. - Вот и ладно, - обрадовался он. – Ну, мне пора. Дела не ждут. - О'кей, пока! – попрощался я и отключился.