Часть 1
13 октября 2018 г., 18:00
Ал может быть невинным, но равнодушным он никогда не был. Он понимал, когда на что-то пытаются намекнуть, а также стал лучше распознавать намёки благодаря своему старшему брату, у которого, по мнению Альфонса, был очень извращённый ум.
Кажется, всё началось, когда эти двое признали свои чувства друг к другу после того, как Ал вернул своё тело. В то время он понятия не имел, какого монстра спускает с привязи, он и не представлял, что его ждёт, когда они станут больше, чем просто братьями. Он вообще понятия не имел, какие грязные мысли водятся в голове его старшего брата.
Конечно, если размышлять об этом сейчас, то всё встаёт на свои места, Эд всегда был парнем, который малость не контролировал себя и за языком почти не следил. Чаще всего он был даже вульгарным, но когда Ал впервые услышал очевидные намёки со стороны брата, то в его мозгу словно случилось короткое замыкание. Нужно было принять то, что никак не вязалось с Эдвардом. Альфонс не проводил столько времени с Мустангом и другой мужской половиной своей команды, поэтому он не часто подобное слышал. Ему почти ничего не рассказывали о сексе, потому что Эд, будучи братом-защитником, считал, что Алу не положено много об этом знать.
Так было до тех пор, пока у них не начались романтические отношения.
Казалось, в тот момент, когда Ал признался в своих чувствах брату, разум Эда сместился от желания защитить невинность младшего к желанию полностью её уничтожить и заставить Ала умолять о большем. Какая-то часть Альфонса была обеспокоена тем, как быстро изменилось мышление любимого братика, почти так же, как если бы между «братом» и «возлюбленным» всё это время был крошечный барьер, и благодаря исповеди Ала барьер просто рухнул, смазав два слова вместе. Младший Элрик ожидал, что их отношениям потребуется время, чтобы расцвести, поскольку полагал, что им нужно привыкнуть к тому, что они уже не просто братья. Ему казалось, что, возможно, будет неловко сделать пару-тройку первых шагов, поскольку с тех пор как они себя помнили, они знали — это было отпечатано в их сознании обществом, — любовь между братьями была неправильной. Но Эд, похоже, напротив приступил к активным действиям. Как только Ал выписался из больницы и начал идти на поправку, Эд всё время крутился вокруг него.
Ал, само собой, не собирался жаловаться. Он наслаждался любым тактильным контактом, будь то рука в руке, чужой рот на своём собственном или участие в мероприятиях, которые лучше оставить в спальне. И, как оказалось, Эд, похоже, извлёк выгоду из того, что Ал привыкал к своему новому телу, так как это сделало младшего Элрика чувствительным к прикосновениям старшего. Ал точно знал, что его брат наслаждался ответной реакцией, если его ухмылка, конечно, чего-то стоит, каждый раз, когда Ал задыхался, стонал или скулил.
Он хотел бы сказать, что за тот год, пока они были вместе, стал более осведомлён во всяких непристойностях, хотел бы сказать, что теперь понимает извращённый ум своего брата и его больше не удивляет то, что иногда срывалось с языка Эда, или то, как старший считал себя «романтичным» или «сексуальным». Но даже сейчас Ал был озадачен тем, что пытался донести до него Эд, и как же он не хотел этого признавать, ведь тогда он в очередной раз докажет правдивость этого клейма «невинного младшего брата».
На этот раз, его поставили в тупик, найденные в пакете с новой одеждой, которую купил Эд, кружевные трусики. Младший занимался стиркой и решил постирать заодно и новую одежду, перед тем как её надеть, тогда-то перед ним и показался этот небольшой кусочек ткани во всей красе.
И хуже всего было то, что он хотел бы сказать, что подобное случилось в первый раз, но всего за пару недель до этого, когда Эд вернулся с «шопинга за компанию» с Уинри, или как говорил сам Эд: «Таскай пакеты Уинри, пока она пускает слюни на куски металла». Ну и он действительно прикупил кое-что для них двоих, заявив, что им не помешает новая одежда. Почти сразу же после возвращения домой он вручил пакет Алу и попросил его всё постирать, тогда-то юноша и наткнулся на первую пару кружевного женского нижнего белья. Когда он спросил об этом Эда, то в ответ получил только раскрасневшееся лицо вместе с невнятными оправданиями о том, как тот, должно быть, случайно зацепил это, хватаясь за другую одежду.
Ал не знал, кого тут Эд считал дураком, но он точно был уверен, что сказанное было враньём. Теперь, повторившись во второй раз, это ещё больше подтвердило догадки Ала, пришло время выяснить, что имел в виду Эд.
Перебирая варианты, какая-то часть Ала задавалась вопросом и боялась, что, возможно, у Эдварда была любовница, которой он собирался дать повод надеть это нижнее бельё. Хотя, тут вставали две проблемы: первая — Ал обычно знал, где находился Эд, учитывая, что они постоянно были вместе, вторая — Эд специально дал ему пакет с одеждой для стирки. Если бы у него была любовница, он был бы намного осторожнее и сделал бы так, чтобы Ал не нашел это нижнее бельё... Ведь так?
Затем другая его часть задумалась, не купил ли брат это для себя. Конечно, было дико подумать в подобном ключе об Эдварде, да и вообще о мужчинах, которые хотят носить женское бельё, но если бы Ал был честен... Эд был странным. Он иногда вытворял такое, что Ал не успевал даже попытаться что-то понять. Так что не исключено, что это нижнее белье Эд купил себе и просто постеснялся сообщить об этом Алу, хотя и с этой теорией в очередной раз возникла проблема. Эд был из тех, кто спал в футболке и боксерах, вечером он просто снимал штаны и большую часть времени проводил в постели, так что было бы бессмысленно покупать себе нижнее бельё только для того, чтобы не носить его, если он только не переодевался где-нибудь в течение дня, так чтобы Ал не заметил.
Рассматривая эти два варианта, Алу в самом деле было интересно, не накручивает ли он себя, и, может быть, Эд действительно схватил их случайно, может быть, он был просто смущен тем, что не заметил этого.
— Что ты там делаешь, Ал? — спросил Эд, выдернув его из своих мыслей, младший повернулся, чтобы увидеть брата, прислонившегося к дверному косяку. Лицо юноши покрылось лёгким румянцем, когда он поднял нижнее бельё повыше.
— Почему бы тебе самому не рассказать мне, брат?.. — спросил Ал, подозрительно глядя на старшего. Если он сам не может разобраться, что здесь происходит, значит, он найдёт способ заставить Эда всё ему рассказать. Почти сразу же после того, как Эд увидел кружевное бельё, лицо его заалело, и он отвернулся, как будто стоило ему встретиться взглядом с Алом, и наступит конец света.
— Должно быть, они упали в мой пакет, — пробормотал он, краснота не желала покидать его лицо, показывая, как ему стыдно. Теперь этот вариант точно был вычеркнут из списка. Эд взял их не случайно, он бы не был так смущён, если бы это было так. Должна быть реальная причина, по которой нижнее бельё появилось в пакете с одеждой.
— Опять? Брат, я начинаю думать, что ты, возможно, тайно покупаешь его себе, — ответил Ал, и хотя в его голосе слышались дразнящие нотки, всем этим он просто пытался добиться ответа. Глаза Эда расширились, когда он услышал это предположение, он глянул на младшего, его щёки в этот момент пылали огнём.
— Что? Ал, кому как не тебе знать, что я НЕ ношу девчачью одежду, — непреклонно ответил Эд, скрестив руки на груди, казалось, он был почти оскорблён подобным заявлением.
— Тогда кому ты собирался их подарить, брат? — спросил Ал, наблюдая, как глаза его возлюбленного забегали по комнате, как если бы, он пытался найти какое-то оправдание тому, почему же сейчас эти трусы здесь. Тишина только ещё больше нервировала Ала, заставляя его задуматься, должен ли он был вообще найти это нижнее бельё.
— Они ведь не для какой-то девушки... Да? — нерешительно спросил Ал, он никогда не считал себя ревнивым человеком, но теперь, столкнувшись с парой трусов неизвестно кому предназначенных, и Эдвардом, который врал ему прямо в лицо, сердце предательски заныло.
Услышав этот вопрос, Эд быстро метнул взгляд на брата, краска с его лица быстро сошла, когда он понял, что Ал под этим подразумевает. На короткое мгновение шок отразился на его лице, но затем так же быстро он сменился лёгким раздражением.
— О да, Ал, я несомненно изменяю любви всей своей жизни, и притом настолько открыто, что заставляю его стирать бельё, которое покупаю для своей любовницы, я же обманываю его, — ответил Эд, скрестив руки и отведя взгляд.
— Неужели ты вообще мне не доверяешь? — затем задал вопрос Эд, заставив Ала замереть на месте.
— Брат, я не это имел в виду... Я просто... Я не знаю, почему ты это купил... Я о том, что это случилось дважды, поэтому я хочу знать, почему... Я хочу знать, для кого ты их купил, — начал объясняться Ал, почувствовав вину за то, что посмел даже намекнуть на неверность Эда. Ал знал, что это маловероятно, но он слишком много думал и беспокоился по пустякам, и вот теперь расстроил из-за этого любимого человека.
— Я же сказал, что купил их случайно, а теперь, когда закончишь тут, почему бы тебе не подняться наверх и немного не поваляться со мной. Я очень устал, — вздохнул Эд, отвернувшись. Несмотря на то, как расстроился и вымотался его брат, это не помешало ему быть с ним ласковым, это немного успокоило младшего.
— Хорошо, брат... — ответил Ал, слегка вздохнув. Он наблюдал, как уходит Эд, прежде чем вернуться обратно к нижнему белью. Он всё также не верил, что оно было куплено случайно, с самого начала не верил. Но если они были не для Эда и не для кого-то ещё, то это означало только одно.
Они были для Ала.
Румянец быстро покрыл щёки, когда до него начало доходить, что это имеет смысл. Эд, будучи таким же глупым как и он, не сказал, что хочет, чтобы Ал надел это нижнее белье, потому что смущался, вместо этого он дал ему одежду на стирку в надежде на то, что тот сам всё поймёт... Ну что же, Ал в очередной раз доказал свою невинность, поскольку перебрал всё, что только можно, и оказался не прав, а Эд же хотел, чтобы он надел его для какого-то жаркого и, вероятно, извращённого секса.
— Вау, я идиот... — простонал Альфонс, когда закончил стирку, пытаясь понять, что же делать.
И хотя он не был категорически против того, чтобы носить кружевное белье, особенно когда это было ради брата, мысль о том, чтобы надеть его, была невероятно постыдной. Особенно учитывая тот факт, что, как только он его наденет, то оно, вероятно, очень быстро будет сорвано Эдвардом. В любом случае, как бы это не было неловко, это компенсировало бы только что вываленные на старшего обвинения.
Итак, пожертвовав частью своей гордости, чтобы извиниться перед любимым, Ал решил надеть их. Как только трусики высохли, он надел их и пошёл в их общую с Эдом комнату в одном только нижнем белье и футболке.
Ал готов был поклясться, что щёки пылали, когда он вошёл в комнату, чувствуя себя совершенно беззащитным и до ужаса смущённым, хотя он бесконечно напоминал себе, что делает это ради Эда.
— Брат, вставай, — сказал Ал, взобравшись на кровать и наблюдая, как комок под одеялом едва шевелился, пока Эд не сел, потирая глаза.
— Что такое... — начал он, но оборвался на полуслове, увидев, что его младший брат сидит перед ним в маленьких кружевных трусиках и футболке, принадлежавшей Эду. Стерев немного капнувшей из носа крови, Эд обнял Ала и притянул его к себе на колени поближе.
— Ты идиот, ты это знаешь? — сказал Эд, ухмылка расползлась по его лицу, пока он поглаживал бёдра Ала, смотря на него голодными глазами.
— Эй, как-никак до меня дошёл намёк! — защищался Ал, его щёки порозовели.
— Ага-ага. Так ты это извиняешься за свои выходки? Потому что я думаю, что тебе придётся сделать немного больше, чтобы заслужить прощение, — сказал Эд, пошловато ухмыляясь. Ал закатил глаза и наклонился, запечатлев на губах брата лёгкий поцелуй, а затем отстранился.
— Ладно, я приложил столько усилий, чтобы надеть их, но... Наверное, я мог бы приложить ещё больше усилий, чтобы снять их, — краснея, промурлыкал Ал, пока предлагал то, чего, как знал, очень хотел его брат.
— М-м, думаю, тогда я смогу тебя простить, — ответил Эдвард, перевернувшись, чтобы нависнуть над младшим братом, и коротко поцеловать его.
— Итак, Ал, если бы я был эндоплазматическим ретикулумом, какого ты бы меня хотел: нежного или грубого? — спросил Эд, рассмешив Ала, закинувшего ноги ему на бёдра.
— Я хочу тебя любого, брат. Сделай это, как пожелаешь ~
***
Спустя неделю после инцидента с нижним бельем, Ал обнаружил себя, в очередной раз разбирающем на стирку новый пакет с одеждой, которую приобрёл для них брат. Сначала на этот счёт у него не было никаких мыслей, когда он вытащил ещё одну пару кружевных трусиков, догадываясь, что Эд так хотел немного расширить его гардероб, так или иначе, но кружевное бельё было на удивление удобным, поэтому Ал не особо возражал, если придётся снова его носить... Но когда он вытащил ещё одну пару из того же пакета, то притормозил. Заглянув в пакет с одеждой поглубже, Ал раскраснелся, найдя там несколько пар женского нижнего белья... и мини-юбку. Кажется, общение с Мустангом сказалось на Эдварде, а Алу теперь придётся расплачиваться.
