Порнозвезда.

Ты облизываешь губы и снова кажешься мне самым сексуальным мужчиной в мире, но через секунду я вспоминаю, что ты всего лишь дорогая шлюшка. Когда-то, когда я был подростком, мне казалось, что ты бросаешь свой затуманенный удовольствием взгляд с экрана именно на меня. Ты казался мне особенным, и я смотрел порно ради тебя, только ради того, чтобы вновь услышать твои стоны. Я думал, что все эти мужчины ничего, совершенно ничего не понимают в тебе, и мечтал, что приду к тебе когда-нибудь в эту белую комнату с огромной кроватью и буду только говорить, говорить с тобой до утра. Я думал, что предложу тебе встречаться, думая, что твоя душа глубже, чем кажется, — и плевать, сколько мужчин имели тебя до этого — и Боже, какими же глупыми кажутся мне сейчас эти мечты и мысли. Сейчас, спустя десять лет, я достаточно богат и известен, чтобы предложить тебе встречаться. Но, видишь ли, сейчас я понимаю, что твой рот с губами, напомаженными вульгарно-красным, куда глубже твоей души и вместить в себя может гораздо больше. Поэтому сейчас, оказавшись в белой комнате с широкой кроватью, я не хочу от тебя ничего, кроме секса, потому что на большее ты и не способен. Поэтому сейчас ты передо мной сидишь на кровати, обнажённый и готовый на всё. Разумеется, ты надеешься, что я буду нежен — я вижу это по твоим глазам. Не надейся, глупый. Я не зря приказал — именно приказал тебе называть меня господином сейчас и надеть этот ошейник с цепью. Ты прекрасно знаешь, что твои продюсеры относятся к тебе, как к расходному материалу, который не жалко. И так же отношусь к тебе я. Ты не заслуживаешь большего, порнозвезда. Резко тяну за цепь. Мне плевать, что тебе неприятно, что ошейник грубо врезался в твою нежную шею. Мне плевать, что ты чувствуешь, как ты хочешь отреагировать. На кредитную карточку твоего спонсора уже пришла круглая сумма денег, поэтому ты на эти полчаса — просто игрушка в моих руках. Ты, подставив руки, чтобы не упасть лицом на мои ноги, сразу развратно выгибаешься в спине, отставляя зад. Усмехаюсь. Это уже твой шлюшачий рефлекс, не так ли? — Что вы хотите, чтобы я сделал для вас, господин? — смотришь на меня так томно и дёшево-пошло, честно стараясь изобразить возбуждённый взгляд, но у тебя не получается, ведь я знаю, что для тебя секс — всего лишь уже давно опостылевшая работа. — Не болтай. — отвешиваю тебе пощёчину, которую ты вынужден стерпеть, как и ещё много чего, что я сделаю с тобой, — Лучше отсоси мне, шлюха. Используй свой рот по назначению. Ты явно не любишь подобные унизительные грубости, но мне плевать на твоё мнение. Раз уж ты выбрал себе именно такой способ не сдохнуть от голода, ты должен быть готов ко всем минусам своей высокооплачиваемой работы. Ты действительно хорошо сосёшь — сразу виден твой многолетний опыт. Я подумал об этом, как только ты начал — хоть тебе и не нравится такое обращение, но ты всё же стараешься доставить мне удовольствие. Хорошая шлюшка. Да, мне приятно — я ведь именно за этим здесь, и скрывать тут нечего. Я не собираюсь скрывать свои стоны от тебя, потому что ты и без них твёрдо уверен, что делаешь всё хорошо. С очередным громким стоном я вцепляюсь в твои волосы и сильно их сжимаю, заставляя тебя ускорить темп. Мимолётно вспоминаю, как когда-то думал, что делать что-то подобное с твоими ухоженными волосами — дикость. Может быть, это действительно так, но ты этого заслуживаешь. Я кончил с тобой быстро, как подросток — стоит признать, ты действительно мастер своего дела, шлюшка. Ты остраняешься от меня, закашлявшись и опуская глаза. Тебе, разумеется, неприятно, но ты настолько искусен в обмане клиентов, что ты заставил своё тело возбудиться. — Господин… — смотришь мне в глаза, и мне хочется снова ударить тебя, но я пока сдерживаюсь только ради того, чтобы услышать, что же ты скажешь дальше, — Господин, хотите перейти к главному блюду? Столько лет работаешь в порноиндустрии, а сейчас не можешь прямым текстом спросить, собираюсь ли я тебя трахать? Это смешно. — Глупый вопрос, шлюшка. — всё-таки отвешиваю тебе ещё одну пощёчину, чтобы до тебя точно это дошло, — становись в коленно-локтевую. Ты же уже подготовился? Не хочу тратить время на то, чтобы делать процесс менее болезненным для тебя. — Да, господин. Молодец, хороший мальчик. Но я не собираюсь хвалить тебя вслух. Ты порнушно виляешь попой, и я, не удержавшись, сильно шлёпаю тебя по ягодице. Ты тихо стонешь, но я знаю, что тебе и это не нравится, и именно поэтому шлёпаю тебя ещё раз, выбивая из тебя снова стон-фальшивку. Очень правдоподобно играешь, кстати. Вхожу в тебя резко и сразу на всю длину, сжимая твои ягодицы. Ты стонешь и выгибаешься, твоё тело, конечно, наслаждается происходящим, но, я уверен, тебе мерзко понимать, что очередной незнакомец распоряжается твоим телом, как хочет. Сразу набираю рваный, грубый темп. Снова вцепляюсь в твои волосы и заставляю выгнуться до предела, ты реагируешь новым стоном, и я знаю, ты сейчас думаешь только о том, когда это закончится. Ты двигаешь бёдрами мне навстречу, так же изящно, как в когда-то любимых мною порнофильмах. — Давай, покажи мне всё, порнозвезда. — даже сейчас, сквозь свои же стоны удовольствия, я хочу унизить тебя, — Раз уж ты сошёл с экрана для меня, простого смертного, делай всё то, что ты делал на камеру. — Как прикажете, господин!.. — И ты делаешь. Ты картинно стонешь, изящно выгибаешься, томно смотришь не меня, оборачиваясь, и у тебя было кукольно-милое личико, когда ты кончил. Я кончил внутрь тебя и сразу отстранился, не желая делать и намёка на какую-то нежность. Ты сделал всё, что мог, за эти полчаса. Ты исчерпал себя. Ты больше мне не нужен. Одеваюсь, даже не смотря на тебя, и ухожу из комнаты, бросив холодное «Ты хорошая шлюшка.» напоследок. Что ж, мои подростковые мечты не сбылись. Зато ожидания взрослого человека оправдались. А я не ожидал от порнозвезды большего, чем просто хороший дорогой секс.