Маленькие рассказы по Стражам

Е Цзун не любит одиночество, никогда не любил. Вот почему у него возникла такая глубокая ненависть к старшему брату, когда он решил, что тот бросил его. Именно поэтому он полагал, что Шэнь Вэй должен был кланяться и унижаться перед ним, стоя на коленях, прежде чем Е Цзун убил бы его. Он полагал, что старший брат точно знал, как разлука могла разрушить его изнутри, но всё же Шэнь Вэй покинул его, так он считал. Одиночество всегда пугало Е Цзуна. По неизвестной причине, он проснулся в постели Шэнь Вэя, глубоко и резко глотая ртом воздух, задыхаясь, его ночные кошмары овладевали им физически и умственно. Простыни были обвиты вокруг тела, а кулаки так крепко сжаты. В комнате было темно, за исключением полосы лунного света, проникающей сквозь шторы, как и сквозь его разум. Для Е Цзуна единственным источником света во тьме был его старший брат, поэтому его глаза начали боязливо бегать, ища утешения. Но кровать рядом с ним была пуста, он дико осмотрел диван и кухню, отчаянно желая отыскать старшего брата, чьё присутствие могло его успокоить. – Гэ Гэ? Не было никаких признаков того, что кто-то, кроме него, находился в квартире, всё же Е Цзун сбросил одеяло и кинулся к ванной, надеясь, что Шэнь Вэй чем-то занят там... да чем угодно, лишь бы он оставался достаточно близко, чтобы прикоснуться к нему. Его сердце билось слишком быстро, чтобы чувствовать себя комфортно. Е Цзун включил свет в ванной, но маленькая комната была пуста; никого не было ни в уборной, ни в душе. Никого. Он был один. Е Цзун почти почувствовал, как темнота накрывает его разум, тогда он вдруг вспомнил, что Юньлань живёт через холл. Чжао точно должен знать, куда ушёл его брат, верно? Было не похоже на то, что эти двое не ладят или что-то подобное. Е Цзун не до конца понимал их отношения, но даже он видел, что между ними что-то есть. Следовательно, если кто и мог убедить Шэнь Вэя навсегда отказаться от него, то никто иной, как этот грозный шеф Чжао. Вот почему Е Цзун не прилагал особых усилий, чтобы поладить с этим парнем, и он мог с уверенностью сказать, что это чувство было взаимным. Они оба желали внимания Шэнь Вэя в разных степенях, при этом на дух не перенося друг друга, что действительно огорчало последнего. Шэнь Вэй являлся якорем в их жизнях, и каждый желал отобрать то, что они делили между собой. Е Цзун распахнул дверь и влетел внутрь, сжимая ручку с такой силой, что она затрещала. Ему нужен был его старший брат, и он нуждался в нём немедленно. Дело в том, что двери в этих квартирах были очень тихими. Независимо от того, как сильно или мягко вы их открываете, они почти не издавали звуков, если вообще издавали. Намерением Е Цзуна было утащить своего брата обратно в постель, если тот с Юньланем, ну а если нет, то он захватит с собой этого парня и вызовет его команду, чтобы отыскать пропавшего брата. Но то, что увидел Е Цзун... Прошло мгновение, прежде чем эта картина уложилась у него в мозгу. Он не знал, что может найти в квартире Юньланя, но ему потребовалось несколько минут, чтобы разобраться в том, что происходило до его появления. Квартира была открытого плана, как и у его брата, внутри находились кушетка и одна кровать. Е Цзун бывал здесь однажды, когда по воле судьбы и из-за обещания, это помогло брату забрать его из Дисиня, тогда как это казалось было невозможно. Е Цзун со всей силы держал Шэнь Вэя, и они оказались прямо за этой дверью, их пункт назначения - карта, вычерченная в сердце Шэнь Вэя. Они оказались внутри с плачущим и бубнившим Юньланем, который и не думал отпускать руки Посланника или когда-либо покидать его старшего брата, что оставило горькое чувство в сердце Е Цзуна. С тех пор его нога не ступала в эту квартиру. Е Цзун запоздало осознал, что происходит, и всё из-за их положения: Шэнь Вэй лежал на кровати с Юньланем сверху, и тот двигался на нём, как иногда делает хвост этой змеиной девушки. Это был акт, с которым Е Цзун был близко знаком. Болезненно интимный. Напряжённые брови и приоткрытые губы, а также быстрое дыхание на лице Шэнь Вэя каким-то образом напомнили ему его самого, и что-то зловещее и чёрное ворвалось в его сознание настолько быстро, что он не представлял, что произойдёт дальше. Всё вокруг потемнело.

***

То, что спустя доли секунды показалось, было взрывом тёмной энергии с достаточной силой, чтобы убить живого человека, направленного прямо в Юньланя. Не было рационального мышления, вообще не было здравых мыслей, только необходимость убивать и разрушать, лишь бы остановить это. Раздался крик, и Шэнь Вэй обхватил Юньланя за бедро одной рукой, разворачивая их так, что мужчина оказался под ним, пока сам Посланник противостоял энергии Е Цзуна собственными силами. Небольшой взрыв прозвучал в маленькой квартире. – Ди Ди!? – прорычал Шэнь Вэй, его голос звучал отчётливо и яростно, но Е Цзуну было всё равно, Юньлань должен умереть, и прямо сейчас. – Что, чёрт возьми, с ним не так? – закричал Юньлань Шэнь Вэю, в то же время в нерешительности направляя своё ружьё прямо в грудь Е Цзуна. – Я не… – начал Шэнь Вэй, но Е Цзун вновь начал накапливать тёмную энергию в своих руках, его глаза были сосредоточены на Юньлане. Это больше не повторится, ни в коем случае не произойдёт снова. Только не с Шэнь Вэем. Ни с ним, ни с кем-либо ещё. – Е Цзун, ОСТАНОВИСЬ! Е Цзун поднял руки, готовый уничтожить Чжао Юньланя, уничтожить весь Хайсинь, если придётся, когда что-то толкнуло его с огромной силой, он врезался в стену, ударившись головой о твёрдую поверхность и потерял сознание.

***

В следующий раз, когда к Е Цзуну вернулось сознание, он погрузился в мир боли, бьющей по всему его телу. Было непросто вынести её, но также в этом мире присутствовал и шёпот, голоса, слова, которые постепенно складывались в предложения. Где бы он сейчас ни находился, вокруг него говорили люди, более одного голоса; спорили, умоляли, командовали. – Какого хрена там произошло?! – Это был Да Цинь, если Е Цзун правильно помнил его имя. – Я не знаю, – ответил Шэнь Вэй, звуча подавленно и растерянно. – Он чуть не убил шефа! – Закричал Да Цинь. – Он опять злобный повелитель тьмы? – с любопытством спросила Чжу Хун. – Возможно он хочет убить всех нас, а не только шефа? – Лин Цзинь вставил свои две копейки. – Вы сказали, что он использовал достаточно тёмной энергии, чтобы практически разрушить квартиру шефа? Какой величины был взрыв? Каковы сейсмические показатели...? – Сейчас не время для научных исследований тёмных сил, – вмешался Чу. – Может быть, нам стоит найти способ отправить его обратно в Дисинь... в одиночку. Это был холодный голос Чжао Юньланя, точно знающего, куда нанести удар. Это были единственные слова, пронзившие душу Е Цзуна, потому как его брат соглашался почти со всем, что предлагал этот парень. Е Цзун проигнорировал боль и сосредоточился на гневе, поднимаясь на ноги и хватаясь за прутья камеры, в которой он содержался в штаб-квартире ССО. Он понял где находился, как только рассмотрел окружение. Его глаза горели ненавистью к Чжао Юньланю. – Е Цзун… – начал Шэнь Вэй. – Почему? Е Цзун посмотрел на своего брата, желая, чтобы он понял. – Потому что он должен умереть за то, что сделал с тобой. Шэнь Вэй начал приближаться, стряхивая руку Юньланя, когда тот попытался удержать его. – Сделал со мной? Его брат выглядел таким растерянным, словно не понимал серьёзности ситуации, и Е Цзун должен был заставить его увидеть. – Он причинял тебе боль... Гэ Гэ. Боже, его старший брат выглядел ещё более сбитым с толку, и он точно знал, что это вина Юньланя. Этот парень отравил разум и тело его брата. Е Цзун вспомнил тот взгляд на лице Шэнь Вэя, когда они были в постели, и почувствовал, будто он вновь оказался лежащим под лидером повстанцев, плача и умоляя отпустить, потому что боль была слишком сильной, а мужчина пользовался им, пока его тело больше не в состоянии было даже пошевелиться. Худший конец. Шэнь Вэй протянул руку и взял его ладонь, что-то похожее на чувство спокойствия нахлынуло на Е Цзуна из-за его прикосновения, но всё ещё была боль и страх от тех лет рядом с мятежниками, и она была просто ошеломляющей. Слёзы навернулись на глазах Е Цзуна, пока он старался изо всех сил, чтобы Шэнь Вэй понял. – Ты лежал под ним и выглядел так, будто тебе больно, Гэ Гэ, и я вдруг вспомнил, снова почувствал его, как будто это происходит со мной, и я решил, что с тобой происходит тоже самое. От его слов глаза Шэнь Вэя наполнились слезами, и Е Цзун уловил тот момент, когда его брат понял, что он пытался сказать. – Я был самым красивым в лагере… – Е Цзун, нет… – Я не был хорош ни для чего, кроме этого… – Е Цзун… – молил Шэнь Вэй. – Девушек не было, и даже когда мы остановливались в деревнях, он не желал ни одной. – Нет… – Горе отразилось на лице Шэнь Вэя также отчётливо, как и в его голосе. Е Цзун держался за своего брата, как будто его жизнь зависела от этого. – Я думал, что с тобой происходит тоже самое. Шэнь Вэй упал на колени, свесив голову и плача, и Е Цзун знал, понял, что его брат хотел бы остановить это, хотел бы, чтобы тот день никогда не наступал, чтобы он не попадал в руки лидера повстанцев и они оба жили бы той жизнью, какая была у них прежде. Он знал, что его брат желал о многом в этот самый момент, но было уже слишком поздно, и с прошлым ничего нельзя было поделать. – Прости меня… – продолжал извиняться Шэнь Вэй, и Е Цзун обнял его ещё крепче. – Не надо, это не твоя вина, старший брат. Е Цзун имел в виду каждое словечко. Он правда так чувствовал. – Так, все вышли. Можно было расслышать, как Юньлань тихо выводит остальных из комнаты. После того, как все ушли, Юньлань подошёл с ключом к камере. Шэнь Вэй отступил назад, чтобы тот открыл решётку, и тогда братья крепко обняли друг друг, как только это стало возможным. – Это я во всём виноват… – всхлипнул Шэнь Вэй, а Е Цзун только крепче сжал его. – Нет, никто не виноват, кроме лидера повстанцев, старший брат. Е Цзун разглядел на периферии Чжао Юньланя, он посмотрел на мужчину, когда тот прочистил горло, привлекая к себе внимание. – То, что ты видел... что мы делали, Е Цзун, было настолько далеко от причинения вреда. Я люблю Шэнь Вэя больше жизни, и никогда бы не сделал ничего, чтобы причинило ему боль. Шэнь Вэй отстранился от брата из-за слов Чжао и вытер глаза рукой, решив присоединиться к разговору, который начал Юньлань. – Мне жаль, что ты воспринимаешь секс как что-то плохое, Е Цзун, но это такая замечательная вещь между двумя влюблёнными людьми. Его использовали как оружие против тебя, но, пожалуйста, поверь мне, когда я говорю, что это то, что укрепляет связь между Юньланем и мной, и мы считаем секс очень священным. Мне действительно это нравится. Е Цзун кивнул. Он был тем, кто не понимал, и он сожалел о содеянном, о том, что пытался убить человека. При этой мысли он посмотрел на Чжао Юньланя и глубоко поклонился мужчине в извинении. – Простите, шеф Чжао. Чжао Юньлань улыбнулся, как и всегда, хлопая Е Цзуна по плечу в знак солидарности, и младший почувствовал, как что-то внутри него ещё больше утихает. Может быть, он научится быть более терпимым по отношению к Хранителю. – Не пойти ли нам домой? Я уверен, что нам есть над чем поработать, и я не думаю, что штаб-квартира ССО лучшее место для этого, – предложил Юньлань, сразу после того, как засунул леденец к себе в рот. Шэнь Вэй кивнул, Е Цзун тоже согласился. Дом - это определённо то место, где бы он хотел сейчас оказаться.