Перемещения с последствиями

      10.       21 век. Санкт-Петербург. Киностудия       Съемочная площадка встретила пару обычным шумом и криками. Анна опасливо осматривалась по сторонам, изо всех сил стараясь не выдать себя. Вдруг девушка испуганно вздрогнула - кто-то крепко схватил её за плечи и нежно поцеловал в щеку.       - С возвращением, Аня!       - Притормози, князь, а то можно и на неприятности нарваться! - раздался недовольный голос Владимира.       - Ой, напугал ежа…       - Мишка, полегче на поворотах! - воскликнул Корф и притянул Анну к себе.       Она повернула голову и увидела перед собой улыбающегося… князя Репнина. Он стоял перед ними в таких же плотных синих джинсах, что носили все молодые люди этого времени, тёплом крупной вязки свитере и с улыбкой смотрел на Анну. Она во все глаза уставилась в такие родные и любимые когда-то глаза - и вдруг отчётливо поняла, что перед ней стоит совершенно чужой человек, а тот, кто мягко и заботливо, без капли собственничества обнимал её за плечи, за эти несколько недель стал близким, понятным и… Тут её мысли были прерваны громким телефонным звонком, Миша махнул им с Владимиром и быстро отошёл в сторону стоящих поодаль людей.       - Аня! Как я рада тебя видеть! - воскликнула подбежавшая к ним Наташа Репнина. Её роскошные каштановые волосы были уложены в аккуратную прическу с локонами, а платье изумрудного цвета подчёркивало серо-зелёные глаза.       Анна окинула взглядом фрейлину и, наклонив голову набок, изрекла:       - Странно… Твоя укладка совершенно не соответствует твоему статусу. Фрейлины Её Величества не могут позволить себе такую вольность, как локоны. Пусть даже полураспущенные. И платье…       - А что не так с платьем? - всплеснула руками Репнина. - Ведь оно вполне подходит эпохе!       - Такие декольте не были популярны при дворе, - сморщив носик, произнесла Аня и отвела глаза.       - Но нас консультируют лучшие историки по моде того периода, - дотронувшись до Аниной руки, сказал Корф, - неужели ты хочешь сказать, что они некомпетентны!       - Я лишь хочу сказать, что платье Наташи совершенно не подходит невинной девушке, занимающей столь значительное место в светском обществе. Фрейлины Императрицы никогда не позволяют себе появиться на людях в столь… вызывающем виде! - с достоинством сказала девушка и повернулась к Владимиру: - Пойдём, я хочу здесь всё осмотреть. Вспомнить…       - Конечно, Анют, - обалдевший от подобных высказываний Корф двинулся вслед за медленно бредущей по коридору возлюбленной, оставив недоумевающую Наташу размышлять над сказанным.       - Платье как платье… - пожала плечами Репнина, изучая своё отражение в зеркале. - А вот с Аней что-то не то…       Пока Анна с интересом рассматривала декорации, что представляли собой будто обрезанные комнаты, к Корфу медленно подошел невысокий мужчина, которого Владимир издалека представил невесте как продюсера проекта. Внимательно следя взглядом за исполнительницей главной роли, возвращения которой ждали с нервным напряжением, зажав кулачки, тихо спросил:       - Ну что, как она?       В ответ Корф лишь покачал головой. Подошедший мужчина издал разочарованный стон, ударив себя по лбу папкой со сценарием, и повернулся к режиссёру:       - Ну что, номер не проканал? А ты - вспомнит, вспомнит! Говорил же, сразу надо было Ленку вызывать!       Режиссёр пожал плечами и вкрадчиво пробормотал себе под нос, не отрываясь от монитора:       - Она ж на добрую пятилетку старше…       - Зато хоть без пластического грима обойдёмся! Слушай, как нам теперь её заменить? У неё же в первых сериях крупных планов до фига! Володь? - снова повернулся он к актёру.       Корф только пожал плечами, не выпуская из поля зрения Анну:       - А что я могу? Она и так сама на себя не похожа, кажется, и по учёбе академ брать придётся! Мастер звонил - я сказал, что пока она на занятиях не появится. Что делать, звони Лене, они похожи, будто родные сестры, Ленка постарше, конечно, но думаю, что нашим гримёрам не в первый раз чудеса вытворять!       Режиссёр флегматично заметил, просматривая на рабочем компьютере отснятый материал:       - Ленку из Риги ещё неделю ждать…       Продюсер вслед за Корфом тоже проследил глазами за Анной, что с интересом рассматривала стены и мебель:       - Родной мой, да хоть две! Проект вот-вот встанет, инвесторы бьют копытом! - повернувшись к Корфу, добавил несчастным тоном: - Володя, а она сможет перед вами с Мишкой хоть вполоборота пока в кадре постоять? Мы хоть ваши планы с разборками и Забалуевым отснимем, Ленка в Прибалтике отстреляется, и её сторону потом уже без вас на средних планах?       - Так у нас же с Лизкой сегодня порнуха, - удивлённо посмотрел на продюсера Корф.       - Отменяется на сегодня твоя порнуха. У Долгорукой в театре срочный ввод. Так что сегодня у тебя арест.       - Ясно, арест так арест, - вздохнул актёр.       - Ну так что, попробуем Аню без слов задействовать? Тем более снимать будем практически в тех же декорациях, где она травму получила. Может, это поможет ей что-то вспомнить.       - А что особняк? - спросил Корф, следя за передвижениями невесты по площадке. Что она ищет?       - Да там неувязка со сроками реставрации, вот и создали точную копию. Плюс кое-какой реквизит-то наш был, уперли всё. Анечка, можно тебя?       Девушка резко повернулась и вопросительно посмотрела на Владимира.       - Аня, а давай попробуем отыграть одну сцену? Ты просто молча в красивом платьице постоишь, глазками похлопаешь, а эти два пусть себе текст бубнят? А? Пока твоего Володьку арестовывают, у тебя там ни единой фразы нет. А ты такая красивая сегодня, ну чисто ангел!       Анна опять взглянула на Корфа, он пожал плечами и повел её куда-то в сторону множества закрытых дверей. За их спиной по всему павильону понёсся мегафонный вопль: «Декорации, реквизит! Столовую главного героя - быстро!»       - Проходи, Аня, это ваша костюмерная. Сейчас девушки тебя оденут в платье, потом причёска, и попробуем поработать. Ты не против? Если что-то не так - я всегда рядом.       Анна согласно кивнула и опять обвела взглядом стены. Корф нахмурился и задумался. Что она ищет? Или пытается вспомнить? Он улыбнулся возлюбленной и вышел в павильон.       Вскоре появились две уже немолодые женщины, что участливо начали расспрашивать Аню о здоровье, посетовали, что она ещё больше похудела, быстро сняли с диковинных держателей чёрное платье. Анна прикрыла глаза, будто вновь переживала смерть любимого опекуна. Но через несколько минут чуть не закричала в полный голос. Костюмеры непонимающе уставились на замершую с открытым ртом актрису.       - Боже мой, и это траурное платье? - сдавленно пробормотала Анна. - Это же позор! Как можно с таким открытым декольте ходить по дому? И в церкви?       Она прикрыла ладонями лицо, качая головой.       - Аня, - чуть слышно произнесла одна из костюмеров, - с тобой все нормально? О какой церкви ты говоришь?       Анна резко выпрямилась. Молчать, надо молчать, иначе можно выдать себя. Она поискала вокруг какой-нибудь палантин или шаль, но как назло, ничего похожего рядом не оказалось. На негнущихся, деревянных ногах она вышла из костюмерной.       - Анечка, ты чудо как хороша, - раздался рядом голос Корфа.       Увидев его в костюме своей родной эпохи, девушка на миг замерла. Вдруг на несколько секунд откуда ни возьмись появилась робость перед самодуром-хозяином, обида за жестокие приказы… Но вспомнился медальон с портретами - и в этот миг Анна примирилась с бароном и его трудной тайной страстью к ней. Вернувшись в своё время, она обязательно скажет, что прощает его и… примет его чувства.       Ощутив горячий мужской взгляд, пожирающий виднеющиеся в откровенном декольте девичьи округлости, девушка вспыхнула и потупилась.       - Владимир, это всё неправильно, - тихо прошептала Анна, не смея поднять глаза. - Это платье совершенно не траурное, да и причёска моя - это тоже неправильно! Я никогда… прости, барышням того времени не пристало ходить с такими растрёпанными волосами. Владимир, этого не должно быть.       - А откуда вам это известно? - раздался громкий женский голос, и перед Анной появилась высокая девушка с распущенными волосами, завитыми в слабые локоны. - Или нам теперь костюмы-причёски будет выбирать студентка-недоучка?       - Ольга, поаккуратней! А то ведь недолго вспомнить и твои студенческие годы!       Та, которую Владимир называл Ольгой, фыркнула и отвернулась. Анна сцепила зубы от непонятно откуда взявшейся ревности и тихо заметила:       - Простите, но такие причёски, как у Вас, да и платья тоже, в 19 веке носили… могли носить… дамы с не самой лучшей репутацией.       - Что?! Что такое? - взвилась Калиновская, сверкая глазами и с ненавистью глядя на гордо поднявшую подбородок Анну.       - Анечка, а откуда у вас эти знания? - вдруг заинтересованно спросил режиссёр.       - Я… я читала много, после того, как узнала об этой роли. И картины того времени рассматривала, портреты, миниатюры. И… я просто люблю читать про… 19 век.       - Ань, но чтобы утереть носы консультантам-историкам - это ж сколько и чего читать надо! - со смешком проговорил режиссёр.       - Ну… мне понравилось изучать историю.       Все стоящие рядом переглянулись и разошлись по своим рабочим местам. А к Анне подошёл немолодой актёр и тихо прошептал ей на ухо:       - Молодец, девонька, так их, окаянных! А то они мне всё перчатки не дают носить! Вот сейчас мы с тобой, Анютка, устроим им тут небольшой переворотец. Ты как, со мной или… как?       Анна посмотрела на одетого в тёмно-желтый сюртук актёра и прыснула в кулачок.       Когда участников съёмок рассадили и расставили для намеченной на начало смены сцены, гостье из позапрошлого века вновь пришлось пережить малоприятное дежа вю. Услыхав команду «Мотор!», Владимир вдруг сделался до ужаса похожим на барона, её хозяина в том, родном времени. Взгляд, суровые нотки в голосе, надменные жесты, даже иная посадка головы - всё рождало лёгкий холодок под сердцем. «Неужели в иных обстоятельствах и этот Владимир может быть таким? Ледяным, неприступным… жёстким?» Но только звучало «Стоп!», как черты актёра смягчались, взгляд его, с лаской и заботой обращённый к ней, по-прежнему грел душу, но вызывал при этом понятные опасения в душе невинной барышни.       Через два с лишним часа, которые Анна провела молча за сервированным столом, изучая рисунок на грубом фарфоре, режиссёр объявил перерыв. Девушка встала и растерянно оглянулась вокруг. Она ощущала себя лишней в этом ненастоящем мире, он был ей чужд и совершенно не был похож на то, что помнила она. Но если она хочет найти зеркало, ей необходимо находиться рядом с Владимиром.       Она подняла голову в поисках Корфа и обвела взглядом декорации, что чем-то напоминали ей о доме, оставленном в другом мире. И тут она увидела его. Большое, слегка помутневшее от времени зеркало в бронзовой раме висело всё это время на стене за её спиной, равнодушно отражая людей и мебель.       - Аня, пошли переодеваться, домой пора. Тётушка уже звонила, переживает, как ты первый день вне дома перенесёшь.       - Владимир, а откуда здесь это зеркало?       - Это? Не знаю, реквизит из разных хранилищ привезли. А что? Оно тебе что-то напомнило? Анечка, ты что-то вспомнила?       Девушка покачала головой:       - Нет, Владимир, я ничего не помню. Просто оно мне очень понравилось. Не вычурное, но в то же время очень красивое. Вот бы такое в мою комнату. Могла бы я его купить? Ну… потом, когда оно уже будет не нужно… здесь?       - Зачем? - со смехом переспросил Корф. - У тебя огромное зеркало встроено в шкаф.       - Да, конечно. И всё-таки оно такое красивое…       19 век. Особняк Корфов       Анна отошла от окна и села на краешек кровати. Скучно. Владимир уехал с управляющим по делам, Варя затеяла уборку на кухне, а ей и заняться нечем. Девушка вздохнула и вспомнила свой распорядок дня там, в далёком 21 веке. Далёком и в прямом, и в переносном смысле. Подъём, пробежка, легкий завтрак, а после занятия или работа. В последние недели до происшествия на площадке съёмки отнимали столько сил и времени, что с учёбой всё становилось крайне сложным и напряжённым. Единственное, что её спасало, это книги и любимая йога. Анна бросила взгляд на пол и оценивающе осмотрела ковёр. А что? Пока Владимира нет дома, можно вспомнить прошлое. Или будущее?       Резво вскочила и огляделась. Так, для начала место занятий. Есть. Теперь… да, с этим небольшая проблема. Майка и лёгкие брючки. Представив выражение лица кого-нибудь из домашних, узревших барышню в бриджах, Анна усмехнулась и внимательно посмотрела на себя в зеркало. А что, если снять платье и корсет, который она ненавидела со всей доступной ей силой, остаться в рубашке и панталонах? Они, правда, мало приспособлены для таких занятий, но это всё равно ненадолго. Наверное, получаса хватит.       Быстро стянув с себя верхнюю одежду, Анна стала посреди комнаты, прикрыла глаза и вытянулась вверх, будто кто-то потянул её за макушку. Она стояла неподвижно, отрешившись от окружающего мира, и представляла себя в тихом лесу. Кругом тишина… тишина… ни души… ни души… только она и лес. Спокойный и величественный.       Затем она немного присела и медленно подняла руки, замерев, будто перед прыжком в неведомое. Где-то шумела река, гудел ветер, но Анна ощущала себя одиноким деревцем, что стойко боролось за свою жизнь.       Медленно выпрямив спину, она широким движением перевела руки вперёд и плавно опустилась головой вниз, стараясь держать ноги прямыми, а спинку абсолютно ровной, опустив голову между рук, упирающихся в пол в метре от стоп. Глубокий вдох, выдох. Напрячь все мышцы и опять вдох, выдох. Распределить вес между руками и ногами. Вдох, выдох. Успокоиться и забыть о реальном. Вдох…       - Анна, что Вы делаете? - раздался тихий изумленный голос Владимира.       Девушка открыла глаза и боковым зрением увидела его сапоги. Шлёпнулась на пол и часто захлопала ресницами.       - А… а Вы уже вернулись? А я вот… решила… гимнастикой заняться.       Владимир распахнул глаза и жадно рассматривал её, сидящую на ковре. Господи, да она ж почти нагая! Анна резко поджала под себя ножки и скрестила руки на груди, стараясь хоть так прикрыться от практически безумного мужского взгляда.       - Гимнастикой? - глухо проговорил хозяин дома. - Какой гимнастикой, Анна? В таком виде?       Представив на секунду, что находится перед Владимиром в коротенькой шелковой рубашке, панталончиках с кружевами по низу двух фигурных половинок с разрезом на самом интересном месте и шелковых чулочках на подвязках, Анна опустила голову и мучительно покраснела. А Владимир стоял на месте, будто пригвождённый, не двигаясь и не спуская взгляда со стройного женского тела. Она сидела на полу, а он уже мысленно раздевал её и обладал этим божественным телом.       - Владимир, а Вы разве… не занимались спортом? - невинно произнесла сводящая с ума сирена, и Владимир вернулся в настоящее.       - Простите, Анна, я… я не имел права врываться в Вашу комнату, но я привёз Вам кое-что. И я решил… - он сделал наконец шаг назад, отвернулся и положил на её туалетный столик букет подснежников. - Я подожду Вас в гостиной.       Владимир вышел в коридор и закрыл за собой дверь, облокотившись на неё спиной и стараясь выровнять сбившееся дыхание. Как же она хороша! Нежна и невинна! Он чувствовал, как дрожат ноги, колотится сердце, а перед глазами стояла Анна головой вниз на вытянутых руках с немного выгнутой спиной! Помоги, Господи! Как ещё хватило сил удержаться, не схватить её как охотник желанную добычу? Он услышал тяжелый вздох. Идиот, ворвался в комнату! Она, наверное, испугалась. Но так хотелось порадовать любимую нежными весенними цветами посреди зимы! Едва услышав случайный разговор двух господ в табачной лавке, он тотчас же решил отправиться за столь неожиданным сюрпризом для невесты к предприимчивому кузену графа Шувалова, что в своих оранжереях выращивал для милых сердцу дам весьма необычайные презенты.       На негнущихся ногах барон отошёл от двери и медленно направился в гостиную. И не знал, что в девичьей комнате, скрутившись тугим кольцом, беззвучно плакала одинокая девушка…       21 век. Санкт-Петербург. Киностудия       Постепенно Владимир смирился с тем, что Анна мольбами, посулами, порою дрожащими в голосе слезами почти ежедневно уговаривала его брать её на съемки. Приезжая в павильон, она первым делом подходила к красивому зеркалу в бронзовой раме, трогала его, поглаживала, будто разговаривая с ним. Несколько раз Корф пытался рассмотреть, что же такого в этом зеркале. Но ничего, кроме небольшой трещины в верхнем углу, рядом с вмятиной на тяжёлой раме от упавшего софита так и не обнаружил.       Не прошло и недели, как вся группа привыкла к тому, что эта носящая современную одежду с изяществом великосветской дамы малышка порхает на своих высоченных каблучищах по всем закоулкам павильона и подходит то к костюмеру, то к реквизитору, а то и к стоящему в кадре актёру и лёгким замечанием или жестом тонкой руки поправляет, меняет что-то в костюме или просит фразу из сцены произнести по-иному - и картинка в мониторе становится чуть менее вычурной и надуманной. Но режиссёр то и дело задумчиво смотрел вслед бывшей исполнительнице главной роли с огромным сожалением…       В один из таких дней Владимир, что репетировал следующую сцену с актёром Забалуевым, который предлагал Анне устроить «переворотец», вдруг совсем не по сценарию бросился навстречу молодому улыбающемуся парню, что лёгкой походкой зашёл в павильон. Подскочивший к нему Корф крепко обнял его с криками «Саня, сколько лет, сколько зим! Наконец-то к нам, а то вы там всё по дворцам да с фрейлинами!» и резко повернулся к Анне, что с интересом рассматривала друзей. Когда Владимир развернул своего друга к девушке, она едва удержалась от того, чтобы присесть в реверансе и опустить глаза в пол. Перед ней стоял сам Цесаревич!       - Анечка, познакомься, - радостно представил его Корф, - это мой друг и коллега Александр Романов. Саш, не удивляйся, Аня после травмы потеряла память, ей теперь приходится со всеми знакомиться заново.       И тут Анна не выдержала и поклонилась со словами:       - Добрый день, Ваше Высочество.       Романов удивлённо поднял брови и открыл рот, из которого вырвался нервный смешок:       - Боже, Брут, и ты туда же! Спасибо папеньке за шутку при моем рождении! Мало того, что Романов, так еще и Александр Николаевич!       Анна тут же выпрямилась, напомнив себе, что эти Романовы такие же люди, как и все остальные, кроме того, что их имена и внешность полностью совпадали с именами великих.       - Ань, однако, - удивлённо выдохнул Владимир.       - Нет, что Вы, я не хотела обидеть или… Простите меня, Александр Николаевич, но Вы действительно чрезвычайно похожи на Цесаревича Александра. Особенно на его парадный портрет в синем мундире.       Романов гордо поднял голову и высокомерно произнес:       - Вам понятно, с кем имеете дело? А то взяли моду - Романов туда, Романов сюда. А я, может, должен сидеть и чаи с кофеями глотать.       С неба на землю Романова опустил недовольный режиссёрский голос:       - Ты у меня сейчас яду напьёшься, если в ближайшие пять минут я ещё буду лицезреть ваше императорское высочество возле моего стула, а не в гримёрной! Я понятно изъясняюсь, ваше как там вас?       Романов обиженно вздохнул и прошептал Анне на ухо:       - Никакого уважения к августейшим особам, скажу я вам! Ну, показывайте, куда направить мои царственные стопы? - и едва успел пригнуться, когда в его голову полетела подушка из реквизита, пущенная в приколиста меткой корфовской дланью.       Этот шутливый разговор снял напряжение от усталости на площадке, и через некоторое время Анна наслаждалась игрой Александра вместе с Владимиром и Михаилом. Они снимали сцену в трактире, и ей казалось, что ребята действительно пьяны, а когда Корф сел между друзьями и сказал тост, вся группа замерла. Такого успеха давно не было. Талантливые актёры жили своими героями, заставляя полностью забыть об окружающей реальности.