Напомни мне

Узкие губы расцелованы в хлам, до того, что стали малиновыми. Стас точно обезумел, снова и снова целуя измятый, разласканный рот. Баженов мог только подчиняться, потому что хотел абсолютно того же самого. Тяжело дышать. Воздуха хватает лишь на рваный стон: - Стас… - Чего? - удивлённо переспрашивает он. - Ничего, глупый, - Женя улыбается так заразительно. Васильев усмехнулся. Он не любил ничего приговаривать во время секса, нежность и обожание во взгляде и так были настолько всеобъемлющими и яркими, что не нуждались в пояснениях. А вот Евгений, напротив, любил лишний раз напомнить мужчине о своих чувствах: - Я люблю тебя, - он приподнялся на локтях, чтобы прошептать ему это в самое ухо. - Черт, Женя, - возбужденно протянул Стас. Пользуясь тем, что шея Баженова осталась открытой, он нырнул вниз, под его подбородок, покрывая бледную кожу поцелуями. Евгений упал обратно на постель, запрокинув голову. Он сглотнул ставшую вязкой слюну - Стас языком проследил движения его кадыка вверх и обратно. Шея, ключицы, грудь; Евген обнял его ногами, прижимая животом к твёрдому члену, пальцами массируя взмокший затылок Станислава. Робкий какой-то поцелуй в кончик соска: их взгляды встретились, и Женя всеми фибрами души излучал желание. Он сжал пальцы в кулак, растирая костяшками напряженные мышцы плеч своего партнёра. Стас вздрогнул, покрываясь мурашками от удовольствия. Опустил голову, для пробы пощипывая темный сосок. - Щекотно! - рассмеялся Евгений, сопроводив свое хихиканье звонким шлепком по спине Стаса. - Да замолчи ты, - шутливо зарычал Станислав, с приятным ощущением ниже пояса вбирая в рот маленький, но чувствительный клочок кожи вместе с ареолом. Женя вскинул грудь ему навстречу, испустив тихое хныканье. Васильев короткими движениями лизал сочную, налитую кровью вершинку, затем, задержав дыхание, потерся о неё бородой и усами. - Блять! - удивленно воскликнул Женя, заерзав от острых ощущений. Он ожидал, что Васильев прыснет, засмеется, но его глаза, как змеиные, застыли на лице Баженова. “Я очень сильно хочу тебя,” - горело в них невысказанное. Женя понял его и расцепил ноги, переворачиваясь на живот. Стас встал на колени, его ладони развели худые, но подтянутые бедра так, что Женя еле мог стоять. Станислав возился сзади, постоянно роняя то крышку от лубриканта, то презервативы. Мягкая ладонь пробежалась по анусу вместе с щедрой порцией смазки, палец осторожно вошел в него, неловко ворочаясь. Евгений вдумчиво подмахивал его стараниям задницей, и все шло хорошо. Два пальца вошло без проблем, три - после минутной растяжки. Стас вспотел от усердия, с мольбой глядя на зад любовника: держаться больше не было сил. Женя требовательно застонал, поэтому Стас вынул мокрую кисть и пошёл в атаку. Теплое большое тело приятно навалилось на Евгена: Васильев располнел, но Баженову это даже нравилось. Он был рад ощутить, наконец, что горячая головка в тонком презервативе с силой пихается вовнутрь. Станислав опустился грудью на угловатые плечи, войдя максимально глубоко, и замер. Женя, слегка оскалив зубы, сжимался вокруг него - ему всегда нравилось это ощущение, к тому же Стас удачно попал прямо по простате. Как раз, когда Женя почувствовал, что еще немного, и он просочится в простынь от давления, Васильев осторожно перенёс вес с парня на ноги и руки, позволяя ему привстать. Евгений не особо торопился, наслаждаясь тем сладким переживанием, когда твои собственные мышцы выталкивают посторонний предмет из задницы. Стас тоже чувствовал это, тихо выстанывая имя Евгена. Наконец, Баженов сам взмахнул бедрами, возвращая член на законное место, и с силой вжался в яички партнёра. Сердце Стаса тяжело билось где-то у него на спине, свое собственное долбилось о ключицы. Васильев перехватил инициативу, начав уже двигаться всерьез, попутно лаская шею и уши Баженова. Женя упал со ставших бесполезными полусогнутых рук, Стас сорвался вниз вслед за ним, прислонившись щекой к лопатке. - Женька. Женя… - в беспамятстве звал он, наращивая темп. - Стас! - рыдание Евгена пополам со стоном, ладонь Васильева на его члене, свои собственные руки на напряженном заду Стаса. Станислав задрожал в предоргазменных конвульсиях, стиснув член Евгена так, что тот тоже кончил, добавляя своему мужчине несколько драгоценных мгновений экстаза. Стас не смог взять себя в руки и, чтобы не придавить Евгения, свалился куда-то вбок, тяжело отдуваясь. Женя расслабил колени, опустившись на кровать вслед за ним. Они молча лежали некоторое время, остывая. Васильев закрыл глаза, явно собираясь просто заснуть. Евгений не винил его - позади тяжелый день съёмок, а ему не нужны были слова или объятия, чтобы знать, что Стас любит его. И все же… - Ты похож на грачонка, - вдруг сказал Стас, открыв глаза и пристально разглядывая лицо, плечи, мокрые волосы Баженова. Евгений приоткрыл рот, но ни колкости, ни хотя бы нейтрального ответа придумать не сумел. - Нескладный, с чёрными волосами и этими своими пронзительными птичьими глазами… - продолжил Стас, улыбаясь. - Помнится мне, кое-кто НА-МЕ-КАЛ, что ты похож на Винни-Пуха, - фыркнул Женя. В глазах Стаса мелькнули злость и разочарование в себе. Но он был сейчас слишком расслаблен и доволен, чтобы надолго задумываться о таких вещах. К тому же, на Евгена ему злиться было совершенно не за что. - Это комплимент был, если что, - извиняющимся тоном ответил Станислав, пока Женя приводил себя в порядок бумажными салфетками. Евгений устало улыбнулся, выключая ночник и прижимаясь щекой к шее друга. - Я понял, Стас, - он перешёл на шепот, - Мне было хорошо… Женя в темноте потянулся пальцами к его лицу, легким прикосновением к губам отметив, что он улыбается. Баженов успокоился, положив руку поперёк его груди. Он уже намеревался пожелать ему спокойной ночи, как услышал внезапное: - Я люблю тебя, Жень. Это было сказано таким уверенным тоном, что Евген мгновенно почувствовал себя самым счастливым человеком на свете.