Skin

10.02.2014, Понедельник

      – Как ты вообще себя чувствуешь?       – Нормально?       Когда-то бывало по-другому? С того самого момента, как я слез со Скенана, никак иначе я себя не чувствовал. Ну да, не считая приступов там..       – Точно? – Кирилл всё не унимался. – Ничего нигде не болит?       – Блять, – вздохнул я. – Сильно вчера сдерживался, чтобы не заговорить об этом?       – Показалось, что это грубо, – виновато проговорил Кирилл. – А сейчас вот можно.       – Двадцать четыре часа прошло, – хмыкнул я. – Тему можно поднимать. Всё нормально.       Я не хотел, чтобы Кирилл видел меня, как какую-то чмоню, которая распереживается из-за того, что её разочек выебали. Хотя сейчас речь больше про моё физическое состояние, наверное? Но и даже так. Не сахарный, не растаю. И не такое переносили, между прочим. Если уж вспомнили Скенан, как меня херовило, Кирилл даже представить себе не может. И чё мне там какой-то лёгкий дискомфорт в заднице. Жаль только, что рассказать ему об этом нельзя? Но и понятно теперь, чё он вчера такой заботливый ходил вокруг меня. Переживал. Еблан, блять.       Сейчас тоже – Кирилл внимательно следил за мной, как будто пытаясь заметить что-то не то или уличить во лжи. Какой заботливый, аж тошно.       – Слушай, – я мягко оттолкнул его от себя. – Можно без этой хуйни? Ничего страшного не произошло, и не надо вот этого.. Устраивать тут.       – Понял, – быстро отозвался Кирилл. – Прости. Просто странно себя чувствую.       – Ты-то чё.       Не то чтобы я хотел разбираться в его шизе, но, наверное, мы обязаны? Мы же встречаемся. А теперь мы вообще стали ближе, то есть, вступаем в полноценные обязательства друг перед другом.. Ой, как сложно.       – Не знаю. Чувствую себя мразью, наверное? – Кирилл задумчиво скривил ебало. – Что испортил человеку жизнь?       М, прикольно. Интересно, как часто геи загоняются из-за таких тем и считают, что сексом с людьми что-то кому-то портят, или унижают этим кого-то? От натуралов, ещё и задетых тюремной культурой, – о чём я там думал не так давно, – это вполне ожидаемо. Но если ты участник таких отношений..? Хотя как будто, как только ты начинаешь встречаться с парнем, у тебя тут же проходят все заёбы на подобные темы. Так что ничего удивительного, как бы..       – Понятно, – хмыкнул я. – В школу идём, нет?       Я так старался и завершить тему, и привнести в ситуацию немножко юмора. Кирилл наверняка справится и сам? Особенно если увидит, что мне похуй. Будем надеяться. Не хочу играться с ним в психолога – и не важно, кто из нас в роли кого, – как и разводить всю эту типа милую поебень.

******

      – Это если нам сейчас разрешат курить в туалете..       Слава, нахмурившись, медленно развернулся к Владу.       – А чё, в туалете нельзя было курить?       Кто-то захохотал, и я тоже позволил себе хихикнуть. Да, "коротко о". Хотя очевидно, они об этом знали, просто решили подыграть. Хотя будет забавно, если я ошибаюсь. С другой стороны, считали бы они, что курить можно и в туалете, бегали бы они в курилку? Морозили бы там жопу..       Вспомнив, какой собачий холод снаружи (холодное и продуваемое окно у меня за спиной об этом мягко напоминало), я аж вздрогнул. Пиздец, а потом ещё и к Кириллу идти.. Хотя, может, ну его нахуй и домой пойти? Недавно оказалось, что на заднем дворе школы открыта калиточка.. И теперь мой путь домой вообще мог занимать до трёх минут, потому что это заметно сокращало путь. Правда, в таком случае я терял замечательную возможность пройтись немного со своими друзьями. Потому что всё равно они какое-то время тусовались перед школой, потом расходились кто куда от основного хода.. А мне придётся, как какому-то лоху, бежать за здание. Как будто я там что-то забыл или задумал. Но добираться до дома в два раза быстрее или выглядеть нормально? Выбрать счастье или общество..?       Когда в рекреацию зашли Ковальский с Артёмом и Ритой, Кирилл быстро развернулся в их сторону. И я ожидал, что это опять чтобы понападать на Артёма – который, конечно же, никак не мог не скривить ебало при виде нас с Кириллом, – но, похоже, Кирилл больше ждал внимания брата – что он подойдёт поздороваться. И уж не знаю, что вдруг случилось, потому что раньше Ковальский не то чтобы активно якшался с Кириллом в школе, но нормально с ним здоровался всегда. Сейчас же.. Коротко глянув в эту сторону, он молча прошёл дальше. Пиздец. Вот и верь в институт семьи после такого, реально.       – Чё, всё? – заметив всю эту ситуацию, спросил Слава. – Сегодня кто-то спит на диване?       – На улице, блять, он спит, – фыркнул Кирилл, аж скрещивая руки на груди. Ути-пути, реально обиделся, что ли..? С другой стороны, и правда интересное явление. Что это вдруг случилось? Илья постеснялся при Артёме подходить к Кириллу? Мда, а ведь когда-то, в славные времена, когда Кирилл меня ещё хуесосил, Слава и Влад не застремались при нём подойти ко мне и поздороваться. А я им никто. Понятно теперь, что за человек Ковальский, мда..

******

      – Ого, – мать удивлённо меня оглядела. – Какие люди.       – Я тоже рад тебя видеть, – хмыкнул я.       – Просто я уже начинаю забывать, как ты выглядишь.       Мать, возможно, шутила, и я тоже хотел как-нибудь отшутиться сейчас. Что нихуя, а когда мы в моём детстве жили по разным этажам, и обитая в одном доме, виделись по пять минут в день, ты помнила, как я выгляжу? С чего ради тебя вообще парит это. Как будто мы нормальная семья, ей-богу.       Но решил, что это куда обиднее, чем пусть и язвительное, но в целом беззлобное замечание в сторону моего постоянного отсутствия. А ещё я всегда предпочитал быть миролюбивым в обращении с приятными мне НПС, а потому выбрал этот путь и сейчас.       – Извини.       Мать уже ушла на кухню, но разговор не был окончен, а потому я прошёл за ней.       – Тебя сильно это злит?       Мне казалось, лучше спросить прямо. И хотя, по-моему, такой разговор у нас уже был, и мать тогда сказала что-то вроде "Молодец, сын, иди, гуляй", возможно, сейчас что-то изменилось? Или тогда мать была пьяной, и поэтому благословила меня? Ну, сейчас узнаем мнение другой её версии.       – Что? – мать оглянулась на меня. – Нет, мне всё равно. Я же знаю, у кого ты.       – И что, всё? Типа.. А если я тебе вру? И на самом деле мы там целыми днями только и делаем, что принимаем наркотики и грабим прохожих..       Мать ещё раз обернулась сюда, но на этот раз уже на более длительное время – чтобы я успел проникнуться её выразительным взглядом.       – Милый мой. Я бы узнала, если бы принимал что-то в первое же твоё возвращение сюда. А так.. Я, конечно, вижу следы алкогольного опьянения. Но это нормальное подростковое поведение. Ты ради этого стремился к людям, чтобы общаться и проводить время со сверстниками? Что в этом плохого.       – Ну,– я немного растерялся. – Просто как будто вы с Отто не хотели, чтобы я обрастал тут социальными связями. Чтобы потом мне было легче уезжать.       По крайней мере, я так объяснял их спокойное отношение к моему затворничеству. Просто насколько я знал, обычно взрослые люди ценили как раз социальные взаимодействия. Потому поощряли пиздюков на дружбу и общение, если не ради какой-то выгоды, то ради приобретения социальных навыков. Один хуй пригодится. Тогда как мне спокойно позволили изолироваться, и насколько я знал, Отто был остро отрицательно настроен насчёт моего возвращения на очное обучение. Почему? Ну, очевидно – потому что не хочет, чтобы у меня в России было что-то, что удержит меня здесь. Как будто я не смогу легко это бросить, м.. Наивный дурачок. Другой вопрос, захочу ли я это бросать. Да и даже если у меня здесь ничего не будет, захочу ли я уезжать? Жаль только, что меня никто не спрашивал.       Мать, кажется, эта тема немного задела. По крайней мере, можно было легко заметить, как она напрягается, и я подумал, что сейчас идеальное время, чтобы узнать.       – Всё же.. По-прежнему? Вы не говорили с ним?       – Насчёт твоего переезда?       – Ну да.       – Не знаю, – как-то неуверенно проговорила мать. – Зачем нам это обсуждать, если всё уже давно решили?       – Что-то могло поменяться, – как бы ни на что не намекая протянул я. – Или можно спросить у меня.       А то прикольно решать такие вещи, когда человек – ребёнок. Но вот я как бы вырос? Или мне всё равно нельзя самостоятельно решать, как и где я хочу провести остаток жизни?       – А ты не хочешь уезжать? – мать чуть развернулась сюда, но не так, что я мог увидеть её лицо. Ну и не так, чтобы и она могла увидеть меня..? Что-то не так, видимо?       – Нет. С чего ради? Мне никогда не нравилась эта идея. Почему Отто вообще решил, что я захочу жить с ним?       Немного я ждал, что мать сейчас сознается. Что это она предложила, что это я её заебал, что ещё что-нибудь.. Ну или она прямо скажет, что она не против, и как бы мнение самого младшего члена семьи никого не ебёт. Но блять? Они не думают, что это банально не гуманно? Я ничего плохого никому не сделал, чтобы со мной так поступали. Мда, звучит так, будто меня отправляют на смерть? Но типа так и есть? Я не хочу жить с Отто. И не понимаю, как мать согласилась отдать меня ему. Хотя понятно, конечно, что она никак эмоционально ко мне не привязана, и вот это всё.. Но не настолько же, чтобы вот так просто отправить меня хуй знает куда? Ей самой-то будет весело тут одной? Да, не то чтобы я сильно влиял на её жизнь, но без меня она тут останется одна. Вообще одна. Вот прям одна-одна. Не знаю, мне было бы страшно. Хотя я могу понять, что матери может быть похуй, и что я есть, что меня нет – ей может быть всё равно. Но как же там.. Материнские чувства, вот это всё? Но нельзя же просто выкинуть своего ребёнка? Нельзя же?       – Не знаю, – наконец ответила мать. – Просто решил и всё.       – И то есть..? Не было никаких аргументов, причин? Почему я должен?       – Нет.       – И ты не спорила?       Мать только пожала плечами. Кажется, ей стало неловко, или вроде того, а потому я решил прекратить эту тему. Очевидно, никому не становится лучше от таких разговоров, а поэтому..       Я уже собирался уходить, как вдруг послышался звук падения – мать отшвырнула что-то от себя. Дальше, правда, заговорила она со мной совершенно спокойно:       – Давай закажем что-нибудь сегодня? Не хочу готовить.

******

      – Тут перец, – всматриваясь в содержимое коробочки, отметила мать.       – Я же говорил, что острое.       – Но не настолько же. Давай я тебе отдам.       Тут же мать достала из своей коробочки кусок перца чили. Кажется, нарезав мне перец нормально, повар устал, поэтому матери достался буквально кусок – с прорезями, но как бы не до конца. Мда уж.. Такой даже я просто захавать не смогу – каким бы любителем острого я бы не был. Но если аккуратненько порвать..       Рис и без того был острым, а теперь, когда перца стало в два раза больше, вообще можно было охуеть.. Но к счастью, я любил острое, а потому сейчас исключительно балдел. Как же хороша жизнь в городе.. Можно заказать крутую еду, нажраться и сидеть, счастливый. Ещё и маму любимую порадовать. Хотя, скорее, это она радует меня – она же платит, – но я же искал? Тоже важная работа. И вот как она тут будет без меня? Совершенно никак.