Skin

21.02.2014, Пятница

      – А ты реально пойдёшь в этом в школу?       – Мы разве не ради этого здесь и находимся?       – Не, ну это было смешно, – Кирилл усмехнулся, отворачиваясь. – Но..       – Что? Тоже "У, красный цвет - для геев"?       А я ещё всегда думал, что я – зашоренный уебан.. С другой стороны, интересно получается, да? Как в жопы ебаться, и другой крайне сомнительной хуйнёй заниматься – это мы первые. Но красные штаны..       – Господи, да хоть небесно-голубой. Я ж не долбоёб, цвета к ориентации привязывать. Но просто.. Они реально красные.       Я посмотрел на джинсы, которые выбрал – больше для картинки и придания моменту некого юмористического элемента. Так я отлично помнил, какого они цвета. Да, ебейшего красного. Но так в этом же и был смысл нашего похода сюда? Мы поэтому и пошли в этот магазин для всякого фричья: чтобы купить мне красные джинсы, и завтра я пошёл в школу модный и стильный. И просто мега-гейский.       – Красные, – подтвердил я. – Но сидят охуенно.       – Факт, – Кирилл кивнул. – Знаешь, эм.. Цветные вещи, особенно светлые, так всё подчёркивают типа..       Я посмотрел на него, пытаясь взглядом сказать ему заткнуться нахуй. Постеснялся бы хоть немного, идиот, блять? Мы всё-таки в общественном месте? Да, мы припёрлись в и без того мало кому нужный магазин посреди рабочего и учебного дня, но это не даёт ему права нести хуйню.       – Ебать у тебя жопа, – прошептал Кирилл, кажется, слишком впечатлённый.       – Я тебе уебу сейчас, – пригрозил я.       – Прости, но пиздец, – продолжал возмущаться Кирилл. – Ты же наверняка даже не делал ничего для того, чтобы..?       – У тебя сейчас два варианта, – остановил его я. – Либо ты затыкаешься сам. Либо я тебя убиваю этими самыми штанами.       – А можно пошутить про то, что я предпочту смерть от другого?       – При условии, что сразу пояснишь, что это значит.       Потому что простите, я тупой, юмора не понял. Не ха-ха.       – Я тупой, – на усталый взгляд Кирилла, пояснил я. – Не выкупаю я таких приколов.       – Блять, это элементарная шутка.       – Элементарно пошёл нахуй, значит, – фыркнул я, и направился к кассам. Девушка-продавщица за ней сразу оживилась, и пока я рассчитывался, Кирилл спокойно ждал где-то позади. Зато стоило мне вернуться..       – Но просто могу я попросить? – строя из себя невинного грустного мальчика, спросил Кирилл. – Не носи их с короткими футболками.       Ага, типа чтобы никто не мог увидеть мой зад? Спасибо, Кирилл..       И не успел я ещё хотя бы разочек послать его нахуй, как он сменил тему:       – А твоя мать не отслеживает, что ты носишь?       Я даже оглянулся на него – чтобы через взгляд попытаться передать удивление и раздражение.       – А чё, родители ещё и за одеждой своих детей следят?       – Некоторые да. Тётя Оля.. Мама Илюхи, – тут же пояснил Кирилл. Я же заметил кое-что другое – что Кирилл говорит о родительнице Ковальского на удивление мирно и доброжелательно. О своих родителях он совсем не так отзывался. Ну типа, эта разница даже по тону голоса явно ощущалась. Мне же просто было немного непонятно, как к каким-то своим родственникам можно относиться лучше, чем к собственным родителям. Типа, это даже не логично. Если твоя семья долбоёбы – разве они не 'все' долбоёбы? Типа, твою мать и эту тётю воспитывала одна и та же женщина. С другой стороны, сравнить Отто и мою мать.. Они в корне разные люди. И понятно, к кому я отношусь лучше, а к кому хуже. Но что, Кирилл реально в таких тесных отношениях со своей тётей? Это так странно..       – Как-то открыла для себя, что в школе есть ИЗО. И спросила у Ильи: "А вы там что, рисуете? Даже мальчики?".       Я покачал головой. Да, беда.. Мальчики, и рисуют. Пиздец. Только к чему тут это? В том смысле, что родители порой не то что за одеждой следят, но и за деятельностью? Хотя как будто это две в корне разные вещи.. Но ладно, скажем, что некоторые родители просто ебанутые. Бывает. Мне просто не понять.       – Ну и типа. Может, твоей матери тоже не похуй. Чем ты занимаешься, что ты носишь.       И об этом мне говорит Кирилл Елисеев? Мистер "Ой-сразу-видно-кого-тут-мама-не-любит"?       – А я думал, по мне отлично видно, что моей матери вообще поебать на меня?       – А, да, – отметил Кирилл. – Как я мог забыть. Но просто вдруг она у тебя какая-нибудь эта. Прожжённая тётя. Никаких красных штанов в моём доме.       Ага, и так же Отто, который во времена бурной молодости был то ли панком, то ли ещё какой-то скотиной. Ладно, просто фотки, которые я видел, были довольно вызывающие. Хотя и многое объясняли.       Ну и что я хочу сказать. Моя мать росла под влиянием вот этого и рядом с вот этим. Мне кажется, оттуда у неё и пошло спокойное отношение и к проколотым ушам, и к татуировкам, и к одежде, если я совсем уж как клоун начну одеваться..       – Мне кажется, были бы у неё проблемы с этим, я бы выглядел куда более порядочно.       – Бля, – испуганно выдохнул Кирилл.       – Что?       – Я попробовал представить тебя нормальным. И охуел.       – Вот так, – хмыкнул я. – Не представляй больше.       – А ты типа кто-то? – с новой силой принялся доёбываться до меня Кирилл. – Панк, или как это, ска?       Сперва, честно, я даже не понял, о чём он. В смысле – типа кто я? Но быстро пояснили, да – Кирилл интересуется, определяю ли я себя как человека из какой-то субкультуры. Блять, ну самое время мне такие вопросы задавать? Почти два месяца встречаемся, а он только сейчас интересуется моим самоопределением. Пиздец, и с этим человеком я сплю.       – Ты не знаешь, что такое ска? – сперва захотелось доебаться.       – Чёрно-белая клеточка, – выдал Кирилл. – Всё, что я о них знаю.       – Это музыкальный жанр. Не знаю, что там по клеточкам, но не думаю, что у них есть требования к внешности.       – Как же мне похуй, – хмыкнул Кирилл.       – А если говорить обо мне, – я, конечно же, помнил первый вопрос. Да и как я могу упустить возможность попиздеть про себя любимого.       – Не отношу себя ни к кому.       – Предпочитаешь не сковывать себя рамками? – с придыханием спросил Кирилл.       – Отчасти. А отчасти мне просто похуй.       Кто бы мог подумать, да? Но с субкультурами и вообще всякими объединениями у меня был разговор короткий. "Пошли нахуй". Простите, что я такой независимый, ах..       – Как я мог забыть, – вздохнул Кирилл, и вдруг неожиданно взбодрился. – Куда пойдём есть?       Ну да, что ещё может вызвать такой всплеск интереса.       – Что недалеко?       Я на сегодня уже исчерпал свой лимит шагов – а нам, между прочим, ещё предстояло идти домой. Потому хотелось подобрать что-то поближе.       – Дайте подумать, – Кирилл задумчиво осмотрелся. – Мы можем пойти на главпочтамт. Пиццерия?       Я постарался скривить губы. Уже было, не хочу.       Слава богу, похоже, Кирилл и сам туда не рвался:       – Но я бы поднялся на ТЭМЗ и сходил бы в Сабвей.       – Чё это? – спросил я. В моих базах данных не было таких локаций, простите.       Кирилл только коварно усмехнулся.       – Считай, сегодня ты заново родишься. Погнали.       Я лишь ещё раз порадовался тому, что сегодня относительно тепло, и мы не умрём, если пешком пройдём пару остановок.

******

      – Блять, это Слава вечно жаловался, – садясь, начал Кирилл. – Он типа не ест сыры. Но любит лук что пиздец. И каждый раз ему чуть ли не орать приходится, что не надо сыр, пожалуйста.       Ого, это что, я? Тоже сейчас словил крайне недоумённый взгляд девушки на просьбу не добавлять сыр. "Это бесплатно", предупредили меня. "Не надо", повторил я. И на меня посмотрели, как на последнее уёбище. Боже, но настолько этот сыр вкусный, что на людей, отказывающихся от него, такая реакция?       – И у него несколько раз было такое. Что перед ним в очереди стояли какие-то девки. Которые такие: "Мне всё, кроме лука и оливок".       Я нервно покосился на холодильник, под которым скрывались ингредиенты, которые можно было закинуть себе в сэндвич. Что там должна получиться за мешанина, если туда добавить всё..?       – И у Славы всё жопу рвало. "Что вам сделали оливки и лук?".       – Понимаю, – хмыкнул я. Хули, это был буквально я сейчас. Без сыра, с луком, оливками.. Ну кайф же? Я надеюсь, вернее, что это вкусно. Просто местное мясо не вызывало у меня доверия. И я очень надеялся, что не отравлюсь и не охуею от тяжести жизни после того, как поем тут. Впрочем, зная, какая Кирилл капризная до еды сучка.. Меня бы сюда не привели, не будь тут вкусно и как минимум нормально.       Вкусно было, а под холодную газировочку – иных напитков тут не было, – вообще залетало на ура. Заново я не родился, конечно, но даже испытал некоторое удовлетворение от жизни. Для меня уже это было вполне себе нихуя себе ощущением? А потому спасибо, Кирилл. Привносишь в мою жизнь хоть какие-то эмоции. Не всегда хорошие, конечно, но разве я могу что-то от него требовать? Спасибо, что хоть что-то хорошее вообще есть.       Мы не говорили, пока ели, а потому разобрались с едой быстро. Спокойно уйти, правда, не получилось.       В какой-то момент Кирилл вздрогнул и вдруг замахал рукой кому-то в зале. И я уже успел испугаться – ну что опять, блять? Кто на этот раз нас застукал? Как мы проёбываем уроки, шарохаясь где-то вдвоём, м-м..       Но быстро я подключил логику. Кирилл рад и не напряжён – значит, это не какая-то мразь. Ковальского он обычно приветствовал с другим настроем – то есть, даже не он. Какая-то его подружка..?       Оборачиваться мне было неловко, а потому узнал, кто же там, только когда к нам подошли.       – Кирилл, – взвизгнула Канарейка, мило всплескивая руками. Вторая девочка с ней вела себя более отстранённо, а потому я быстро решил, что это подружка Канарейки, но не Кирилла. А ведь можно было легко подумать, что это какая-нибудь его подружка-лесбиянка, м-м..       – Можно мы тут сядем? – Канарейка указала на стол, и Кирилл кивнул.       – Конечно.       Кажется, девочки уже успели бросить свои вещи где-то там – потому что им потребовалось отойти. Кирилл быстро этим воспользовался:       – Ты же не против?       Я только пожал плечами. Кирилл слишком высоко себя оценивает, когда думает, что я страсть как хочу проводить с ним время, м-м.. Ну или почему ещё он может переживать из-за присоединения к нам кого-то? Так беспокоится из-за моей асоциальности? Очень мило, но иди нахуй тоже, пожалуйста.       – Чё прогуливаем уроки? – стоило Канарейке вернуться сюда, спросил Кирилл.       – Воды в школе нет, – с важным видом отозвалась она. – Вот, пошли гулять. Это Антон, кстати.       Я посмотрел на девочку рядом с ней. Антон, ага. Очень приятно. А я – Катя.       – Мы уже знакомы, – отозвалась на это Антон. – Ну, по крайней мере с..       И уставилась на Кирилла. Да, так знакомы, что даже его имя вспомнить не может. Классно. Впрочем, чё доебался. Если они не общаются, то нахуя им знать друг друга?       – А, точно, – протянула Канарейка. – Но Арсения ты не знаешь?       – Привет, – меня удостоили даже отдельной реплики. Вау.       – Привет.       – А вы что тут делали? – так же пошла в наступление Канарейка. – Далековато от нашей школы.       – Можно расскажу? – Кирилл посмотрел на меня, и к моему большому удивлению продолжил только после моего кивка.       – Короче, ты же знаешь этого пизданутого? Дёрнберг.       Ну да, лучше уточнить. А то пизданутых много, всё-таки, а Артём такой один.       – Да, – Канарейка кивнула.       – Он пару раз увидел, как мы разговариваем в школе, и началось. Ой, пидоры, да? – мерзко спросил Кирилл, складывая руки под лицом. – Ой, ебётесь, да?       Канарейка вздохнула, и выглядела она действительно опечалено. Что, так не любит, когда люди ругаются?       – Недавно вот высказал Арсению за красный рюкзак. Видите ли, это по-гейски.       – Пиздец, – рыкнула Антон, неожиданно распсиховавшаяся. – Что за долбоёб?       Возможно, дело было в её красном бомбере? Задели, знаете ли, за живое. Впрочем, она-то девочка, по факту. Ей положено быть геем. Ну, типа, любить парней. Хотя если она окажется по девочкам, я даже изображать удивление не буду.       – Да конченый, нахуй, – фыркнул Кирилл. – Вот, ходили покупать Арсению..       Кирилл положил руку мне на бедро, но хотя бы под столом, то есть, как бы незаметно для девочек. Ну, я хотел верить, что они не заметили и не услышали этот шлепок.       – .. красные джинсы. Завтра пойдёт в школу модный.       Я показал шаку – недавно вот узнал, что у этого жеста есть название. И точно так же недавно я начал замечать, что стащил эту хуйню из компании Кирилла. Ну, что можно сказать. Ассимиляция проходит успешно?       – Блин, – Канарейка посмотрела на меня грустно, но в то же время восторженно. – Ты молодец, что не стесняешься, и у тебя хватает смелости спорить с такими, как он.       – Спасибо, – хмыкнул я.       – Красный – крутой, – бросила подружка Канарейки. – И ты реально хорош.       Ну всё. Я заручился поддержкой фракции "Девочки-педовочки". Теперь нет силы в этом мире, способной меня остановить.