То, что доктор прописал...

Nathan Sykes, Ariana Grande — Over and over again.

— Джаг, когда ты был в последний раз на территории Упырей, тебя избили до полусмерти, — обеспокоенно вмешалась Бетти в обсуждение действий по спасению бедной собаки. Прошло уже несколько месяцев спустя того дня, когда она чуть не потеряла Джагхеда. Из её головы так и не растворяется воспоминание его прощания, а затем почти бездыханного тела на руках ЭфПи. Пронзительный крик и боль, словно тиски сковавшая грудь, от мысли, что больше не сможет увидеть любимой улыбки — от мысли, что он мертв. Нет, теперь она ни за что на свете не отпустит его, пусть и не одного. Она должна быть рядом — бок о бок, раз уж Джаг теперь сам поспособствовал её вступлению в группу семью. — Мы быстро, — Джонс взглянул на свою девушку, уже заранее зная, что Элизабет должна остаться дома — в безопасности. Он глава Змеев, ответственный за всех своих людей, и если случится такое, что придётся драться — его мысли будут только об одном — защитить её. — Они даже нас не заметят… — Тогда я иду с вами, — настойчиво констатировала факт Купер. И Джаг её не убедит даже твёрдым взглядом главаря, не терпящего пререканий. И плевать ей, что думают остальные Змеи — она тоже должна быть там на правах новоиспечённой змейки. — Нет! — категоричность в голосе Джонса, нахмуренный взгляд — прозвучало, словно приказ — приказ короля, который не стоило бы ослушаться. Бетти должна оставаться в безопасности, она — мишень для Пенни. Его девочка слишком беззащитна, ему следует её оберегать. — Нет! — Бетти не дала ему и слова дальше сказать, — Даже не говори мне, что это очень опасно, Джаг, — Элизабет слишком хорошо его знает, иногда даже будто сканируя мысли Джагхеда слово в слово. Интуитивная связь их крепких отношений переходила во что-то новое, ещё более крепкое и серьёзное, что и пугало и радовало одновременно. — Королева змей — это королева воинов. Если вы идёте на линию фронта, то и я, — Купер мимолётно посмотрела на присутствующих, пока снова не встретилась с голубыми глазами любимого. Уверенность, сила и решительность в её взгляде, прожигающего Джага насквозь. Он постоянно забывает, как Бетти сильна духом, его отважная девочка, которая действительно пойдёт за ним в огонь и воду, и ничто не остановит на её пути. Она сумеет постоять за себя. Иногда Джагхед не мог поверить своему счастью, что возле него такое сокровище, что Элизабет его любит, как никто другой. Приподняв бровь, она сложила руки на груди, не прерывая зрительный контакт с Джагом и ожидая его ответа. Это была своего рода игра противоборства. На мгновение даже забывая, что не одни. Воздух наполнился электричеством, и будь у окружающих какое-нибудь особенное зрение, то можно было бы увидеть яркие нити соединяющие их влюблённые, полные желания взгляды — квинтэссенция. Бетти себе не представляла, как сексуально выглядит в этот момент. Боже, как же Джонс гордился своей девушкой, восхищался, с каждым днём всё больше и больше любил. Всё внутри сжалось от жгучего желания обладать своей смелой королевой. Он сглотнул, смачивая пересохшее горло и стараясь не показывать остальным свои эмоции — это их личная жизнь. — Хорошо, — он признал поражение перед настырностью Бетти, понимая, что она, как всегда, права. Её довольная усмешка и знакомые, многообещающие искры в глазах от очередной победы, распаляли Джонса ещё больше, поэтому он отвёл взгляд. Сначала дело. — Давайте вернём Хот-дога домой.

***

— Как же мне хочется придушить эту Пенни, — процедила Бетти, с ненавистью сжимая кулачки. Когда прожекторы включились, освещая лесопосадку, эта фурия появилась со своими прихлебателями. Элизабет чуть было не кинулась туда, чтобы быть рядом с Джагом, но Блоссом не дала, может, и правильно. И если бы не Шерил и находчивость Джонса, возможно, случилась бы драка. Они должны отомстить рано или поздно за то, что Пибоди едва не убила Джагги, за страдания всех Змеев, оставшихся без своей земли, без своих домов. Придёт час расплаты, и Элизабет сама голыми руками с ней расправится. — Моя боевая девочка, — Джагхед наблюдал за Бетти время от времени в тот час, пока они провели, выжидая ловушку от Упырей. Джонса умиляла её сосредоточенность и серьезность. Прямая спина, вздернутый подбородок и высокий хвостик — его привычная Беттс. Он уложил измученную собаку на её излюбленное место возле трейлера, подвигая миску с едой, и взглянул на Купер. Она, скрестив руки на груди, стояла, облокотившись о прохладную стену трейлера. Её миленький сиреневый сарафанчик в мелкий цветочек никак не вязался с накинутой поверх курткой Змеев. Элизабет не менялась, не переступала через себя, оставаясь собой — это восхищало. Лишь только сила, растущая в ней и огромная поддержка с её стороны — Джаг уверен: с Бетти они выстоят против всего мира. Эта девушка, желанная девушка, всегда будет за его спиной, под защитой, даже не подозревая, что сама является для него спасением. И никакие сокровища этого мира, никто её не заменит. — Только ты так можешь, детка: выглядеть мило и дерзко одновременно, — Джаг шагнул к ней, окидывая голодным взглядом. В голове всплывали её с жаром произнесённые слова: «Королева Змеев — королева воинов». Он едва сдержался, чтобы не затащить Элизабет в укромный уголок, потому что в штанах стало так тесно. От её вида, от пылающего огня в зелёных глазах, уверенности и властности. А уж её купальник усугублял дело. Сейчас она не менее сексуальна. Джагхед всегда её хочет, неважно, во что Бетти одета. — Джагги, я правда за тебя испугалась, — Купер закусила губу, вспоминая, как сердце пропустило удар в страхе. Её взгляд был полон обожания, в свете тусклых фонарей отражая всю глубину чувств к Джагхеду. — А если бы не самоуправство Шер? — она покачала головой, признавая, что именно характерец кузины их спас. А сколько опасностей ещё их ждёт впереди? — Всё хорошо, малышка, — Джаг притянул её к себе за талию, ласково поглаживая спину, от чего на нежной коже появлялись мурашки. Её тело всегда так реагирует на его прикосновения, отзывается, будоража всё внутри Элизабет. — Твой доктор настоятельно тебе рекомендует отвлечься от всех проблем и отдохнуть, — промурлыкал он, вжимая её хрупкую фигурку в своё тело. Соскучился, просто сил нет. — И как же? Есть какие-то предписания или рецепт? — её пальчики привычно зарылись в густые чёрные волосы, оттягивая их. Элизабет буквально таяла в родных объятиях. Она облизала пересохшие губы, подыгрывая своему парню. — Кажется, меня ничто не сможет отвлечь… Бетти замолчала, почувствовав горячее дыхание на своей шее, мягкие губы Джага оставляли влажные поцелуи, учащая пульс девушки до бешеного ритма. Касаясь языком чувствительного места за ухом, мягко прикусывая мочку. Его крепкие руки спустились к ягодицам, сжимая их, тем самым заставляя Бетти встать на носочки. Она ощущала его эрекцию, упирающуюся ей в живот, и буквально задыхалась от сдерживаемых эмоций. — Всё ещё не отвлечена? — его хриплый шепот опаляет ушко, и Джаг снова посасывает мочку, вызывая тихий стон Купер. — Ты на верном пути, малыш, — она буквально выдавливает из себя слова, теряя способность мыслить, когда горячие губы снова и снова исследуют её тело, бессовестно спуская вниз сарафан и оголяя пышную грудь. Джагхед с шумом выдохнул, убеждаясь, что наряд не предполагает лифчика. Сжимает упругие полушария в своих ладонях, взвешивая, а затем пробует на вкус кожу, припадая к груди. Оттягивая и покусывая зубами набухшие соски, удовлетворенно слушал нарастающие возбужденные стоны своей девочки. Она еле держалась на ватных отяжелевших ногах, то хватаясь за его плечи, то путаясь пальчиками в чёрных волосах, когда Джонс, задрав подол сарафана, залез рукой в трусики, делая пытку ещё слаще, надавливая на пульсирующий жаром клитор, размазывая влагу. Бетти в его объятиях такая чувственная, нежная, что сердце щемит от любви и желания. Элизабет облизнула алые губы, смотря из-под полуопущенных ресниц на Джага, трепеща в его руках. И он с голодным рыком накрыл её уста жарким поцелуем, уволакивая ещё больше в свой одурманивающий плен. Языки жадно сплетались, голова кружилась от накала эмоций. Только Бетти знала, какой её Джагги может быть страстный и нетерпеливый, иногда даже опасный. Она сходила с ума по нему всё больше, каждый раз думая, что куда ещё дальше, куда сильней? Таять, рассыпаться и растворяться в нём — самое правильное и приятное в этом чертовом городе. — Джагги, — она буквально стонет его имя, не имея способности связно говорить, движение его пальцев дразняще медленные, а пухлые губы вновь находят пульсирующую венку на шее девушки. Джонс специально доводит Бетти до исступления, чтобы слышать, знать и чувствовать, как она его хочет, как нуждается в нём, в мольбе зовя Джагхеда. — Пожалуйста… хочу тебя… В джинсах становится ещё тесней от её хныкающей просьбы, искусанные губы девушки припухли от натиска поцелуев. Разгоряченная возбуждённая Бетти самое сексуальное зрелище, что он видел и она его — душой и телом. Приспустив джинсы с боксерами, Джаг приподнял Элизабет за бедра, прижимая спиной к прохладной стене трейлера. Она издала громкий стон облегчения, чувствуя долгожданную наполненность, затем впиваясь в его губы очередным сладким поцелуем. Притягивая ещё ближе к себе, голой грудью чувствуя прохладный металл его кожаной куртки, что создавало идеальный контраст ощущений. Резкие толчки подводили её к краю пропасти, в которую она так желала сорваться. Тугой нарастающий узел внизу живота, сладкой истомой разливался по телу, вызывая новые стоны девушки. — Ещё, Джагги, сил… — и он заткнул её поцелуем, ускоряясь, двигаясь резко и размашисто. Джонс чувствовал, что Бетти уже близко. Её влагалище пульсировало вокруг него в подступающем оргазме. — То, что доктор прописал, — довольно промолвила Бетти, когда они прижались лбами, восстанавливая дыхания и неотрывно утопая в любимых глазах друг друга. Джагхед Джонс лучшее лекарство.