Собственный Малфой

— Пожалуй, ты смог заслужить свою жизнь… — говорит задумчиво, холодно, привычно шипяще Волдеморт — и Драко не видит, но он проводит по нижней губе пальцами правой руки, облизывая самые кончики, которые не так давно заставил облизать младшего Малфоя. Шуршащая юбками Беллатрикс мурлычет, но Драко так и не находит сил открыть глаза. Изящные пальцы обвивают его подбородок, глаза сами распахиваются, бывшая леди Лестрейндж почти касается миниатюрным носиком его носа, смотрит в самые глаза. — Ты сладкий мальчик, Драко, — елейным голосом шепчет женщина и, дождавшись приказа своего Лорда, выпрямляется и следует за ним в другое помещение. Драко остается один в огромном зале, чьи стены и пол состоят из холодного серого мрамора, безразличного к юноше — такому же бледному и белому, — лежавшему на его поверхности и свернувшемуся клубочком. Драко был совершенно обнажен, в холоде помещения его кожа успела чуть посинеть, лицо, в самом начале показывающее признаки смущения хозяина, сейчас было бумажно-белым — юноше было стыдно, он чувствовал омерзение и ужас, страх. На бледной коже Лорд одним легким взмахом палочки оставил множество кровоточащих порезов, руки и губы дрожали так явно, что Малфой силился покрепче зажать тонкие ладони под мышками, обнимая себя, а губы сомкнуть в тонкую белую линию. — Драко! — громко прошептал знакомый голос, и Малфой не успел распахнуть глаза, как его подхватили ласковые руки, прижимая к горячему телу, баюкая. Лицо блондина было вжато в распахнутую ткань теплой мантии, свитер под ней, скрывающий высоким горлом ключицы и ароматную шею, мягко пах табаком и валерьянкой. Тонкие губы дрогнули в попытке улыбнуться — Гарри за него беспокоился. — Мерлин, я так испугался, когда ты пропал. — После этих слов юношу твердо подняли на руки и чуть встряхнули, устраивая поудобнее. Драко, не удержавшись, взвизгнул от неожиданности и крепче прижался к теплому телу. Гарри ткнулся носом в его волосы и жадно втянул запах, резко выдыхая. — Не бойся, родной. Я еще отомщу этому змею. Он у меня получит по заслугам. Онемевшую местами кожу накрыли колючей мантией, заботливые руки споро закутали драгоценную ношу. Голова до сих пор поддерживалась широкой мозолистой ладонью, твердые пальцы перебирали светлые волосы. — Я использую универсальный порт-ключ. Прости, но иначе никак, — предупредил Гарри — и, что было почти необыкновенно по отношению к этому Поттеру, дождался дрожащего кивка Драко, почти вжал его в свое тело и послал волну магии в артефакт. Драко, даже будучи без сознания, не отпускал Гарри, продолжая цепляться за него как за последний оплот, не дающий… что? Сойти с ума? Потеряться в мучающих воспоминаниях? Исчезнуть? Нет, все не то. И Гарри мотал головой, пытаясь не задумываться, почему Драко так настойчиво сжимает в тонких руках его одежду, почему не отлипает от горловины свитера, вдыхая запах. Он просто прижимал к себе своего Малфоя, пытаясь согреть еще больше, укачивая на сильных руках, поглаживая через зимнюю мантию. Люциус сидел в кресле напротив и хмурил брови, серые глаза — чуть темнее, чем у Драко — почти превратились в узкие щелки, так сиятельный лорд щурился, глядя на баюкающего его наследника Поттера. Герой магической Британии сначала отвечал на взгляд, а потом Драко заворочался, и Гарри быстро сменил приоритеты, уделяя все свое внимание лишь собственному Малфою. Снейп хмыкнул, стоя у стены. — Ты, разумеется, не знал, что они вместе? Поттер бросил укоризненный взгляд на профессора зельеварения и вернулся к своему прежнему занятию. Малфой-старший перевел вопросительный взгляд на старого знакомого, лицо его было мрачно. — Я не твой шпион, Люциус. Драко бы только повредило, если бы ты узнал раньше, — спокойно ответствовал Северус, смерив лорда холодным, оценивающим взглядом. — Ты сам прекрасно это осознаешь. — Может, выйдем? — ровно спросил Малфой, но в голосе его звенели льдинки. Снейп фыркнул, памятуя, как таким же тоном Люциус пару раз вызывал его на дуэль на старших курсах Хогвартса. И первым шагнул к двери, выходя из покоев наследника Блэк-хауса. Малфой поднялся следом. Гарри наконец остался наедине со своим сокровищем, все еще слегка дрожащим. Глубоко вздохнул, силясь просто не заплакать. «Не зарыдать, как девчонка. Когда Драко проснется, я буду нужен ему в здравом рассудке и не с полопавшимися в глазах капиллярами, а с твердым взглядом. Я не успел, но перед тем, как предаваться самоуничижению, нужно успокоить Драко», — говорил себе Поттер, стараясь думать о чем-то другом, не об изнасиловании его мальчика. ЕГО! Когда он только переместился на то место, куда указало зелье Северуса, то, обнаружив Драко в таком состоянии, впал в ярость, всего лишь изредка перекрывавшуюся потребностью заботиться о возлюбленном. О своем зверьке — когда-то подлом и противном хорьке, зато теперь совсем своем. Он укутывал его в теплый плащ, прижимал к телу, крепко обвивал руками и перебирал мокрые от пота волосы, не обращая внимания больше ни на что. Только гнев и мысленные обещания, что Лорд и его шайка заплатят, порой перекрывали трепетное чувство. Зато, переместившись в Блэк-хаус, где ждали результата этакой экспедиции Снейп и отец его любимого несчастья, он выслушал молчаливую лекцию о том, кто не уследил за младшим Малфоем, кто виноват во всем случившемся, кто виноват в том, что Драко исчез на целую. чертову. неделю. Даже немного больше, в течение недели многоуважаемый профессор зельеварения Хогвартса только варил поисковое зелье, реагирующее на потерявшегося любовника. Лекция была прочтена во взгляде Люциуса и дополнена язвительными, жестокими комментариями собственного разума Гарри. Но брюнет не позволил себе поникнуть и продолжал твердо смотреть вперед, а потом, одернутый Северусом Снейпом от дуэли взглядов с Малфоем, отнес Драко на руках в свою спальню, не обращая внимания на направившихся следом старших. Гарри выплыл из воспоминаний, удовлетворенно отметив, что смог достаточно надолго отвлечься от ненужных мыслей — Драко ворочался, терся головой о свитер Поттера, и уже через минуту на парня привычно смотрели глаза цвета расплавленного серебра. Взгляд рассеянный, сонный, еще мутный, а белок розовый от полопавшихся капилляров. Поттер рвано выдохнул, но заставил себя засунуть злость куда подальше — Драко важнее мести. Даже мести за самого Драко, за его честь. — Гарри, — хрипло прошептал Малфой, наконец, неверяще распахнув глаза, взгляд прояснился. Дрожащая рука легла на щеку Героя, большой палец с тонкой корочкой, образовавшейся из чуть подсохшей крови, огладил выступающую скулу, — это и правда ты? Гарри задохнулся этим тихим шепотом, словами, западавшими прямо в сердце. Положил ладонь поверх согретой под теплой мантией ладони Драко и мягко сжал, поглаживая тонкие пальцы. — Все хорошо, Драко. Это и правда я, — подтвердил он, чувствуя, как под неверящим взглядом этих глаз вся злость — на себя, на Люциуса, на Лорда — уходит, утопает в едва заметной улыбке и как будто посветлевших от радости глазах. Драко провел пальцами дорожку от скулы Гарри, сжимая слабо его плечо, опираясь на него и чуть подтягиваясь выше, кладя голову на второе плечо парня. Прикрыл глаза, поглаживая колючий свитер, согревающий любимое тело. — Все в порядке? — с нотками беспокойства спросил Поттер, не решившись мешать Драко в его нехитрых манипуляциях. Малфой приоткрыл глаза и посмотрел ленивым, снова сонным взглядом на Поттера. Тяжело кивнул, почти не двинув головой. — Да, Гарри. Все в порядке… Только дай отдохнуть еще немного. Теперь, когда я знаю, что ты рядом… Фраза окончилась, едва успев начаться — и Малфой уже тихо сопел на плече Героя магической Британии. Гарри улыбнулся и еще раз провел по грязным светлым волосам. Он знал, что, в следующий раз проснувшись, Драко устроит ему истерику и запрется один в ванной. А Поттер проберется в душевую, куда первым делом направится его бывший враг, ныне возлюбленный, и там поможет Драко расслабиться. В этот раз только заклинаниями и зельем, которое наверняка уже варит Северус, узнавший порезы, видимые на щеках и открывшейся в один момент шее крестника. Сейчас Драко нужно было вылечить, а потом найти способ, чтобы убрать с предплечья метку и все ее последствия. Люциуса и Снейпа тоже неплохо было бы отлучить от Волдеморта, но прямо сейчас для Гарри главным был его собственный Малфой. Больше он не допустит такой ошибки, не оставит Драко одного в не проверенном на волдемортонепропускаемость месте. Драко будет жить с ним, и это не обсуждается. Гарри знал, что для этого придется серьезно поговорить с Малфоем-старшим, скорее всего, даже подключить Снейпа. Но Поттер все сделает, в крайнем случае он мог просто спросить Драко и последовать его воле. Поттер-Блэк он или кто, в конце концов?