Aurora (Проект252)

      Доротея Ларо переживала за состояние напуганной Селены Дэй. Пока трамвай проезжал маршрут через центр, спорстменка придумывала способ успокоить подругу. И по всей возможности не раскрыть деятельность за вчера. Уже около дома Доротея заметила расходившихся репортеров. И где-то среди толпы фигурировал Артур Мур, который и в дотаточно жесткой манере махал на уже уходивших журналистов. — Мисс Ларо, здравствуйте. — Офицер Мур, что тут? — Мистер Крейланд попросил присмотреть за домом. После новостей вчерашних. Вы ничего об этом не знаете? — сотрудник полиции достаточно серьезно посмотрел на подошедшую девушку. — Нет, — Доротея старалась не отводить взгляд. — Вчера я была с друзьями. — Хорошо, — блюститель закона достал свой блокнот. — Хорошо. Если увидите Роберта Фокса, то передайте, что я его ищу. — Ищете? — Ларо быстро поняла, что ответа не дождется. — Как найду. — Хорошего дня, — офицер уже начал уходить, но потом остановился шагах в трех. — Если понадоблюсь, то я в машине чуть выше по улице.       Оставив Доротею с одними вопросами, Артур Мур вымеренным шагом удалился. «И что мне только думать? Роберта ищет полиция?» В таком рассеянном состоянии Ларо оказалась возле ворот. Всего несколько секунд вызова по телефону — и находившаяся уже в саду Селена радостно обнимала лучшую подругу. — Я уже успела испугаться, что ты не приедешь. — И пропустить разборки с прессой? — Ага, вот тебе смешно. А я заперлась и уже молилась, чтобы их ураганом унесло. — Перед тем, как мы поговорим о новостях. Что с Робертом? Его ищет полиция? — Почти. Как я поняла, Идалин вчера очень поздно вернулась домой. — Все настолько серьезно? — Пф, ты же знаешь, что он абсолютный лентяй. Сейчас отсыпается у мамы на работе после ночной смены. Чтобы зря не беспокоили. — Лентяй? — Ларо недоуменно посмотрела на подругу, но та ничего не ответила.       По одному лишь взгляду Дэй спортсменка поняла, что Селена хочет разобраться в инцеденте на кладбище. У обладательницы голубых глаз уже был открыт совершенно новый блокнот. — Луна, ты зачем у управления документы отнимаешь? — Ты о чем? Я забрала блокнот у брата. Он пустой. Как и брат. — Что? — Смотри. Я уже проверила несколько человек, кто и чем занимался вчера.       Доротея напряглась так, что чуть ли не свело скулы. Но потом она заметила вычеркнутого Стива и как-то обрадовалась. — Надеюсь, что мы все не закончим в тюрьме. — Лишь бы не по ту сторону мира, — холодно отреагировала Дэй. — Вот мы и дошли до того момента, когда доверие утратило значение, — печально вздохнула Ларо.       В этот момент Селена устало посмотрела на свои записи и небрежно отбросила блокнот. — Да, ты права. Занимаюсь ерундой. Зачем только это могло понадобиться? — Селена медленно закрыла глаза и медленно уснула.       Расписание Стивена Флинна наконец получило свободное время. Относительно, конечно. Парень мог выспаться и отдохнуть, избегая чрезмерных контактов и любых дел по дому. Но за последнее шутник испытывал стыд. Бабушка звонила каждый день, и вот она точно не собиралась сидеть без дела.       Доротея Ларо приходила часто. Будто чувствовала вину. Флинн уже начал подозревать о происходящем. Синедд никуда и не уходил, находясь совсем рядом, в соседней палате. Но Ларо почти всегда была с Альбертом, и никогда — с Селеной. После разговоров об экспериментах на кладбище Дэй почти и не разговаривала с Ларо, как и не навещала Стива. И он чувствова себя виноватым. А попросить помощь у Николсона, как у нейтральной стороны, не получалось. Это очень беспокоило Флинна.       Но отличник будто исчез после перелета во Францию. Вполне возможно, что пытался адаптироваться к новому часовому поясу, языку и культуре. Джон предупреждал, что летит в Европу для проверки нескольких университетов. Вместе с этим парень собирался прогуляться и отдохнуть. Но теперь, без связи, это все больше походило на произошедшее с Крейландом, хотя Максимиллиан Николсон не мог не знать о всех перемещениях сына. Email висели непрочитанными уже две недели, до переезда же юноша отвечал не дольше часа. Всегда. И это сильно беспокоило Флинна.       Морнингстар также исчез после похорон — парня видели то в Юте, то в Небраске. Несколько раз Джим был замечен в Неваде. И везде вместе с мамой и их группой художников. Джим хранил практически полное радиомолчание, как и любым летом. А это точно отразилось на довольно впечатлительной натуре юного дарования. Результаты семейной работы постоянно появлялись в сети.       Селена подключалась время от времени к поискам друзей и информации. С другими она контактировала только через брата, чему последний точно был не рад. И при любом удобном случае высказывался об этом. Также девушка стала гораздо больше времени проводить с дедушкой и тетей, дома же подготавливаясь к грядущему учебному году — теперь ее некому оказалось подтягивать по предметам точных наук. Постепенно обладательница небесно голубых глаз приходила в себя, восстанавливая здоровье. Селена все меньше вспоминала про Крейланда, а Флинн просто не находил время для серьезного разговора. Подобная картина продолжалась до последних чисел июля.       Офисный кабинет одного из сотрудников правительства. Все в идеальном порядке: стол практически блестит, потертостей нет, бумаги разложены чуть ли не в алфавитном порядке. На многих отметки «Секретно», но работника это вовсе не смущало. Он своим аналитическим умом разбирал проекты на части и после в нужном для понимания порядке соединял. В голове хранилось достаточно информации, чтобы сравниться с серверным компьютером. Но на подобные проекты у государственного служащего времени не хватало.       Максимиллиан Николсон в перерывах проверял чертежи в другой компании. Она занималась инженерией и функционированием летательных аппаратов. Одно дело, оставленное на свободное время, чуть раньше было принято во внимание Николсоном-старшим. На страницах фигурировали две знакомые фамилии. Или три, если «Николсон» также считается.       Максимиллиан потратил больше времени на это дело, желая разобраться, что двигало его сыном. «Он ослушался меня ради дружбы дважды. Джон проявляет сантименты даже больше, чем его мать.» Максимиллиан продолжил работу над правительственными задачами, уже не возвращаясь к теме найденного дела. Но вскоре Ангелина Николсон позвонила с беспокойством о сыне. Женщина уже две недели не разговаривала с Джоном. А до этого лета, этих дней, Николсон каждый час звонила отличнику. Он никак не воспринимал происходящее.       Положение Синедда Эспинозы имело стабильную динамику. Ухудшение состояния почти в арифметической прогрессии. Врачи уже тяжело вздыхали при виде спортсмена. Команда «Seattle Sounders» уже потеряла всякую надежду на возвращение капитана — результаты юношеской сборной заметно преуменьшились. Фора, заработанная Синеддом, все еще позволяла лидировать зелено-синим. А «RedTigers» набрали темп, подбираясь к первой пятерке. Доротея нервничала так, что пришлось снять ее с одной из игр. Что не улучшило ситуацию ни разу.       После одного из матчей, когда по очкам чемпионата красно-белым уже удалось занять третью позицию, а их главные оппоненты по городу опустились на вторую, к Ларо подошел представитель «Seattle Sounders» и предложил контракт на следующий сезон. Тогда Доротея поняла, как должна закончиться история «Демона скорости». Однажды спортсменка в шутку предложила в одну из прошлых таких встреч, что займет место капитана — и это единственное условие. Которое Ларо считала невозможным для осуществления. Чуть позже обладательница зеленых глаз узнала и о прощальном вечере, устроенном у сине-зеленых по поводу ухода из команды Эспинозы. Тогда Ларо пришла в яростное оцепенение. Доротея так громко ругалась на закрытую дверь в палату, что ее выставили из больницы. Несколько раз спортсменка находила в коридоре Сильвию Джонс с заплаканными глазами. Тогда обладательница зеленых глаз поняла, насколько все плохо сложилось. И хотя девочка пыталась все скрыть, не показывая, как учил старший брат, слабости окружающим, Ларо заключала в объятия эмоционально истощенную подругу. После двух подобных напряженных встреч Тея совсем перестала замечать Джонс в больнице. Да и Синедд стал ее игнорировать.       Сначала Ларо старалась разобраться в возникшей ситуации и по своим силам помочь капитану противника. Но Эспиноза упрямо не шел на контакт, чуть ли не высмеивая девушку при каждой возможности. А в юниорской лиге наступило межсезонье. Альберт Роджерс уговорил спортсменку попутешествовать с ней. Точнее обе семьи поехали вместе в Канаду. Ларо отпустила ситуацию и смогла хоть немного равеяться от всего произошедшего.       Дни и недели, минуты часы. Вся эта мера объединилась в бесконечную карусель так, что трудно было хоть часть выделить из этого однообразного времени. Школа Феникс буквально потеряла запал вместе с выпустившимися из двенадцатого класса этого года. Эспиноза, закрывший школу заочно, пропавший в Европе Николсон, путешествующие Ларо и Роджерс и застрявший в больнице с переломом Флинн. Одновременно ядро распалось, не было основы — того класса или части, что организовывает все остальное движение. На этот раз помочь с организацией Алан Кери могла разве что Оливия. Мысль о спадающей активности школы сильно не давала покоя ректору. Больше половины лета уже прошла.