Don't love me

      Бэкхен провел тонкими пальцами по стойке с вешалками. Все не то. Ну почему найти хоть сколько-то стоящую одежду сейчас так сложно?! Парень вздрогнул, когда в кармане заверещал мобильник. Кого там нелёгкая принесла?       — Бэкхен, — из трубки послышался слегка раздраженный голос, — ты далеко?       — Ой, моя детка мне звонит, — мурлыкнул в трубку парень. — Я сейчас на Мендоне. А что такое?       — Не забывай, кто из нас детка, — раздался из трубки прохладный тон. — Через час чтобы был у меня.       — Пупсик, я за час не успею, — надул губы Бэк. — Может, пришлешь за мной машину?       — Опять в тряпках завис, — это даже был не вопрос. — Маркус будет через десять минут. Не испытывай мое терпение.       — Хорошо, малыш, — Бэкхен несколько раз чмокнул трубку. — Твой мальчик подбирает для тебя лучшее.       — Господин Бен? — ровно через десять минут раздался очередной звонок. — Я жду вас у центрального входа. Прошу не задерживаться, господин Пак в весьма скверном настроении.       Бэкхен уже был на улице, поэтому сразу сел в машину.       — Привет, Маркуся. Что у него там? Договор не заключил?       — Если бы, — вздохнул водитель, выводя тонированную машину на дорогу. — Пропала партия дорогих часов из Америки. Господин Пак рвет и мечет.       — Оу. Страшно.       «Мою задницу он тоже разорвет и размечет».       — Значит, не зря я купил ему подарочек.       — Вы, господин Бен, как никто другой умеете его успокоить, — вздохнул Маркус. — Надеюсь, что и сегодня тоже...       — Маркуся, — Бэк с сочувствием погладил его по плечу, — не расстраивайся. Все хорошо.       Водитель усмехнулся.       — Да я уже привык, господин Бен. Но с Вами он, и правда, меняется.       — Потому что я милашка, — Бэк сделал эгъе.       — Не могу не согласиться, — рассмеялся водитель, выезжая на шоссе.       Бэкхен поддержал его смех. Так странно. У них не было любви, нормальных отношений, как у всех. Но Бэкхен хотел ублажать только этого мужчину. Хотя бы потому, что он дал ему жилье и деньги. Много денег. Столько, сколько дьявол за самую праведную в мире душу не даст.       Чанель сидел в своем кабинете, сверля взглядом дверь. Где этот чертов Бен Бэкхен, когда он так нужен?! За что он вообще ему платит? Тяжелый дротик со всей силы улетел в мишень.       И почти тут же открылась дверь. Бэкхен содрогнулся, когда дротик чуть не прилетел ему в лицо.       — Пупсик, — всхлипнул Бэк от испуга. — Неужели я так тебе надоел, что ты решил меня убить?       Встав с кожаного кресла, Чанель стремительным шагом прошел к Бэкхену и, взяв за грудки, прижал к стене.       — Где тебя носило?!       — Зайка моя, — мурлыкнул Бэк, потискав его за щеки. — Я приехал на десять минут раньше.       Чанель стиснул зубы и резко ударил ладонью по стене около головы Бэкхена.       — Испытываешь мое терпение?       — А что мне сделать для моего пупсика? — надул губы Бэк. — Спеть песенку?       — Бэкхен... — процедил сквозь зубы Чанель, едва сдерживаясь. — Не провоцируй меня. Ты знаешь, что делать.       Бэк обнял его лицо ладонями и впился в губы поцелуем.       Чанель закрыл глаза, чувствуя, как постепенно нервы приходят в себя. Через несколько мгновений, он даже начал отвечать, обняв за шею Бэкхена и прижав его к стене. Не грубо, но ощутимо, словно показывая, кто здесь главный.       — Милый, — Бэк улыбнулся и разорвал поцелуй. — У меня есть для тебя подарок.       — И какой же? — Чанель усмехнулся уголком губ.       Бен потянулся к чуть оттопыренному уху любовника.       — Снимешь с меня рубашку?       — Я с тебя её сорву, — негромко ответил Чанель.       Стиснув в сильных пальцах ворот рубашки Бэкхена, Пак потянул ткань в стороны, и пуговицы одна за одной начали медленно отскакивать на пол.       Бэкхен игриво закусил губу, предвкушая реакцию парня. Он давно хотел разнообразить их и без того сумасшедший секс.       Стянув рубашку с плеч любовника, Чанель дернул бровью. Взгляду предстало стройное тело, перевязанное красными веревками, которые, будоража фантазию, уходили под пояс низких джинсов.       — Шибари? — по губам скользнула ехидная улыбка.       — Потянешь за одну — натянутся все, — игриво закусил губу Бэкхен. — Там у меня тоже все связано. Налито кровью.       Чанель выдохнул, явственно ощущая, как натянулась ширинка обтягивающих классических брюк.       — Хочешь, чтоб я подергал за веревочки? — взгляд потемнел, показывая жгучее желание.       — Я хочу, чтобы ты раздел меня, — начал шептать ему на ухо Бэк, расстёгивая ширинку мужчины и начиная водить тонкими пальцами по налитому кровью члену. — Посмотрел, как у меня там все натянуто... Как жаждет твоих прикосновений...       Чанель прошелся взглядом по тонкому телу, буквально пожирая его глазами. Он присел перед Бэком и, расстегнув джинсы, медленно потянул их вниз. На парне не оказалось белья. Когда Пак стянул брюки, Бэк дернулся и тихонько застонал: возбуждённый член, задетый тканью, так и просил разрядки.       Чанель ехидно улыбнулся - похоже, сегодня будет очень горячо. Кончик языка мучительно медленно заскользил по напряженному члену, а сильные ладони стиснули весьма аппетитные ягодицы миниатюрного парня.       Бен задрожал, хватаясь за плечи мужчины. Какой же он... Бэк даже был не против умереть от оргазма, подаренного Паком.       — А может, стоит связать тебе и руки? — язык обвел гладкую головку, истекающую смазкой. — Ты уверен, что выдержишь столько, сколько мне нужно? — поинтересовался Пак, глядя на любовника снизу вверх.       — Тогда я сойду с ума, — захныкал Бэк. — Ты же не хочешь, чтобы я стал овощем?       — А разве ты не сходишь с ума, — Чанель поднялся на ноги и коснулся кончиками пальцев губ Бэкхена, — каждый раз, когда кончаешь со мной? Ты же так кричишь, детка, — выдохнул он.       — Но после такой пытки я окончательно слечу с катушек, — Бэк развернулся и развел ягодицы, между которыми тоже была веревка.       Чанель коснулся кончиками пальцев затылка Бэкхена и повел их вниз, цепляя узелки. Когда рука опустилась к ягодицам, он слегка натянул веревку и поцеловал любовника в плечо.       Бэкхен задрожал, облизывая губы и шепча что-то нечленораздельное. Он мог сейчас кончить от одних только прикосновений.       — Как ты напряжен, Бэк, — негромко произнес Чанель, прижимаясь бедрами к ягодицам любовника. Стиснув его подбородок одной рукой, Пак сунул два пальца в приоткрытые губы Бэкхена.       — Они в чернилах. Лучше пройдись язычком, — тот выплюнул пальцы и сверкнул глазами.       — Потому что я, в отличие от тебя, работаю, — Чанель смачно шлепнул любовника по заднице и снова присел перед ним. Разведя аппетитные половинки в стороны, он лизнул тугое колечко мышц, чуть оттянув веревку в сторону.       — Да, пупсик, — выдохнул Бэкхен, призывно вильнул задницей. — Какой же у тебя язык.       Но вместо языка, внутрь тут же толкнулся палец Чанеля, а свободная рука чуть натянула веревки на спине.       Бэк застонал, ощущая, как веревки стягивают его тело. Он словно задыхался, но ощущения были непередаваемыми.       Чанель поцеловал его в поясницу, начиная медленно двигать пальцем внутри. Стало даже интересно, выдержит ли его строптивый любовник до конца.       — Быстрее, — приказал ему Бэкхен, насаживаясь на палец.       И Пак послушно ускорился, удивляясь тому, как этот миниатюрный засранец умел им командовать. Вскоре к растяжке присоединился и второй палец, а Чанель вместе с этим свободной рукой начал натягивать веревки в разных местах.       — Чанель!       Бэкхен вскрикнул, изливаясь на стену. Оргазм наступил слишком неожиданно.       — Бекхенни, — прошептал на ухо Чанель, встав за спиной любовника, — я еще не закончил, — в Бэка толкнулся напряженный член.       Тот захрипел, царапая ногтями обои. Тонкие пальцы напряглись до побеления костяшек. Чувство заполненности отключало разум.       — Или ты просто захотел получить сегодня больше удовольствия, чем я? — выдохнул Пак в затылок Бэка. Он за одно движение вошел в горячее тело на всю длину, прижав любовника к стене.       — Я готов давать тебе себя столько раз, сколько ты хочешь, — прохрипел парень.       — Именно за это я тебе и плачу, — Пак начал глубокие, но пока медленные толчки, начиная снова заводить Бэка. Руки заскользили по телу, даря невесомые ласки.       — Поцелуй меня, — выдохнул Бэкхен, поворачивая голову к мужчине.       Чанель лизнул губы Бэка и с резким толчком бедер впился в них жарким поцелуем, переплетая их пальцы на стене.       Бен заскулил в поцелуй, сжимая их пальцы в одном кулаке. За такой секс ему и платы не надо.       — Какой же ты, черт возьми, горячий, — выдохнул Чанель, ускоряя движения. Он завел руки Бэкхена чуть выше и прижал их за запястья к стене. Стройное тело, увитое красными веревками, сводило с ума. Хотелось по максимуму натянуть все узелки, слушая стоны любовника.       Бэк начал стонать, срывая голос. Все тело словно горело в огне. И вылезать из него не хотелось.       — Дай мне коснуться тебя.       На мгновение отпустив запястья Бэка, Чанель освободил одну его руку, оставив вторую на стене. Бэкхен кое-как вывернулся и обнял его за шею, начиная ерошить волосы.       Чанель едва не застонал, он безумно любил прикосновения к волосам. Особенно если это делали длинные пальцы Бена Бэкхена. Ускоряя движения бедрами, он обнял парня за шею, крепко прижимая к себе.       Бэкхен обнял любовника обеими руками, пальцами то и дело сжимая его волосы, но не слишком сильно — мягкие кудри слишком нравились ему.       Чанель опустил одну руку на веревки, сжав их в пальцах, и закрыл глаза. Движения стали быстрыми и резкими, заставляя тело практически дрожать.       В какой-то момент Бэкхен замер, сжимаясь на крепком члене любовника. Второй оргазм разлил по телу новую приятную судорогу.       Пак кончил одновременно с ним, застонав сквозь стиснутые зубы и едва заставляя себя не натянуть веревки сильнее, чем надо. Выдохнув, он покинул тело Бэка, и развернул к себе лицом.       Тот мгновенно впился в его губы горячим поцелуем, постепенно оседая на пол. Ослабшие ноги совсем не держали.       Чанель подхватил любовника на руки, осматривая стройное тело, на котором скорее всего после сегодняшнего останутся следы от веревок.       — Ты был сегодня хорош, Бэкки.       — Развяжи меня, пожалуйста, — взмолился Бэк. Возбуждение спало, и веревки не приносили ничего, кроме дискомфорта.       Усадив любовника в кожаное кресло, Чанель попытался найти начало веревок, но узелки были слишком замысловатыми.       — Да к черту! — вытащив из органайзера ножницы, Пак разрезал все веревки и начал поправлять брюки с рубашкой.       Бэкхен несколько раз вздохнул, чувствуя долгожданную свободу. Он улыбнулся и раскинулся в кресле, любуясь мужчиной.       Застегнув рубашку и брюки, Чанель накинул пиджак на плечи Бэкхена и снова поднял его на руки.       — Дверь приоткрой, — кивнул он, когда они подошли к выходу из кабинета.       Бэкхен послушно нажал на ручку. Правда, ногой. Руки крепко обнимали шею мужчины.       — Чанни.       — Я же просил не называть меня так, — фыркнул Пак, плечом оттолкнув дверь. — Что? — он вышел в коридор, направляясь в спальню.       — Почему именно я? — Бэк чмокнул его в щеку.       — Потому что твой невыносимый характер заставляет тебя хотеть снова и снова, — ответил Чанель, смотря перед собой.       — А почему не девушка? Ты же хотел сиськи.       — Твоя задница, с постоянным желанием найти на нее приключений, вполне компенсируют их отсутствие, — дойдя до конца коридора, Чанель толкнул плечом светлую дверь, внося любовника в собственную спальню.       Казалось бы, от слов и действий Чанеля у Бэка должно было хотя бы кольнуть в сердце. Но парень ничего не чувствовал. Совсем.       Уложив Бэкхена на огромную двуспальную кровать, Пак достал из ящика комода мазь и бросил её любовнику.       — Намажь. Чтоб синяков не было, — произнес он, уходя из комнаты.       — Чанни! — взвизгнул тот, хлопнув тонкой ладонью по кровати.       — Я же просил не называть меня так! — рявкнул Чанель, оборачиваясь. — Чего?       — Намажь сам, — Бэк невинно захлопал глазками. — Позяяяяялюйста.       — Бэкхен, — вздохнул Пак, понимая, что уже готов это сделать, — у меня работа.       — Ну это же быстро. А я тебя поцелую. Много-много раз, — пообещал Бен.       Чанель покачал головой и вернулся к кровати, начиная осматривать тело.       — Тебе бы в душ сначала, а потом уже мазать.       Бэкхен заметно погрустнел и даже всхлипнул.       — Ну ладно. Тогда работай. Потом.       Чанель потер переносицу. Почему? Почему он никогда не мог противостоять этому маленькому выносу мозга? Молча подхватив Бэка на руки, он отнес его в личную ванную.       Бэк заболтал ногами и расцеловал щеки мужчины.       — Ты мое счастье.       — Это лишнее, Бэк, — нахмурился Чанель, поставив любовника в душевую кабину. — Я плачу тебе не за это.       — Почему? Неужели я не могу сказать тебе комплимент? — Бэкхен обнял его лицо тонкими пальцами. — Ты же правда мое счастье.       Чанель отстранился.       — Такие комплименты говорят только своим возлюбленным. Или твое счастье в деньгах? — хмыкнул он.       — Мое счастье в том, что ты не выкидываешь меня на улицу. После того как меня несколько раз бросали, найти того, кто будет терпеть меня — настоящее счастье.       Чанель стиснул зубы.       — Бэк. Ты помнишь условие? Я плачу тебе только за то, чтобы ты был рядом и обеспечивал мне секс, когда это необходимо. Без привязанностей.       — Да кто сказал, что я привязываюсь к тебе? — фыркнул тот. — Крыша мне, говорю, над головой нравится. Ты мне вообще нафиг не упал. Хотя признаю: на твой член я готов молиться.       Чанель в ответ лишь хмыкнул.       — Вода не горячая? — спросил он, направляя струю душа в сторону. Хотя слова заставляли странно напрягаться. Все эти его «Чанни», «мое счастье» создавали иллюзию отношений, которых иногда так не хватало преуспевающему бизнесмену.       Бэк провел тонкими пальцами по струям воды.       — Самое то, — кивнул он, вставая под душ.       Чанель налил в широкую ладонь немного геля и, отложив душ, начал осторожно намыливать стройное тело, стараясь не нажимать на следы от веревок.       Бэкхен стоял смирно, позволяя Паку намыливать себя. Все же, их отношения слишком странные.       Снова проверив воду, Чанель смыл с любовника ароматную пену и выключил душ.       — Выходи, — он подал ему руку, бросив под ноги полотенце и взяв второе банное с держателя.       Бэк завернулся в него и вышел из кабины.       — Спасибо.       — Вытирайся и выходи, — кивнул Чанель, возвращаясь в спальню.       Тот послушно вытерся и, намотав полотенце на бедра, вышел в спальню.       — Ложись, — Чанель указал на постель, открывая тюбик с мазью.       Бэкхен лег на спину и размотал полотенце, откинув его в разные стороны.       Чанель выдавил на пальцы немного мази, начиная осторожно втирать в кожу. Глаза сами скользили по давно знакомому телу: стройному, красивому, утонченному. Словно и не мужскому вовсе.       Бэк повернул голову и стал смотреть в окно. Чанеля он не любил. Это точно. Но когда тот звонил, чтобы пригласить его к себе, подпрыгивал, чуть ли, не до потолка. Почему? Наверное, мучила совесть: мужчина вложил в него не один миллион вон. Даже не один десяток.       — Полежи так минут пять, — Чанель закрыл мазь и, убрав её обратно в комод, прошел в ванну вымыть руки.       Стоя перед зеркалом в ванной, он уже который раз задавал себе вопрос: что они делают? Для чего он сам это делает? В очередной раз не найдя ответа, он вернулся в спальню и прошел к выходу из комнаты.       — Останешься сегодня? — Пак чуть обернулся в дверях.       — Ты хочешь, чтобы я остался? — спросил Бэк, повернувшись к нему.       — А ты?       — Мне все равно. Ты же знаешь.       — Придешь в себя, можешь быть свободен, — немного погодя ответил Чанель. — Но можешь и остаться, — эта фраза утонула в хлопке двери.       — Ну и останусь, — Бэк перекатился на живот и прикрыл глаза. Устал.