Отражение души

POV Шел. Да будет свадьба, да будет пир! – Ева, у меня к тебе просьба! – решительно заявил я, продолжая пялиться в книгу. Евангел тотчас обернулся ко мне, и я сразу же продолжил: – Мне бы хотелось, увидеть моих друзей, всех тех, кто был моей верной четой всё то время, пока я был королем… – Шел, – Ева плюхнулся рядом со мной и запустил пятерню мне в волосы, заставляя посмотреть на его величество. Солнце ласкало его лицо без единого изъяна, синие волосы, подобранные крабиком снизу, и всё его прекрасное тело, – а ты не думаешь, что им будет не очень приятно присутствовать на твоей свадьбе, они же не все в состоянии стать полноправными? – Куро сказал мне, на прощание, что, сколько бы длинна не была дорога, он предпочтет пройти этот путь, чтобы вновь встретиться со мной! Все остальные парни не шибко другого мнения. – А их хозяева? Что скажут они? – Если они додумаются отказаться от, пожалуй, единственной в жизни возможности взглянуть на столицу, то, возможно, они идиоты, и тут мне, действительно, ничего уже не сделать. Но, мне кажется, что предложение будет очень даже. Тем более, если ты еще и оплатишь перелет! – я сделал самые милые глазки, которые только умел. – Оплатить-то я оплачу, – улыбнулся Ева, наклоняясь ко мне. Синие пряди мазнули по моему лицу, а его глаза оказались совсем близко. С ним было приятно и спокойно, в нем не было желания навредить мне и я наслаждался этим, зная, что отторгать счастье нельзя. – Хорошо, я всё сделаю для тебя, всё, что ты пожелаешь! – его губы коснулись моих, и я прикрыл глаза, отдаваясь водопаду ощущений. – О, ну нормально, только на минуту ведь отошел! – усмехнулся Мик, входя в комнату. – Эй, а ну хватит! – он сел рядом с нами и попытался оттолкнуть Еву, да тот только с большим азартом навалился на меня. – Харэ! Пока Сержи не дома, не смейте меня возбуждать! Я кому сказал? Ироды! – он стукнул по спине Евангела и в итоге облокотился на него. Ева чуть приподнялся надо мной, видимо ничуть не будучи против, чтобы его использовали в качестве подушки. Близнец поправил волосы, закрывшие мой лоб и спадающие на глаза, улыбаясь, будто в руках держит главное сокровище. – Пойду я от вас, а то возбуждать кого-то нельзя… – Ай! – вскрикнул Мик, рухнув на меня. И кто еще должен ай-кать? Его голова не легкий мячик, у меня аж кишки запротестовали! – Куда это ты? – выдавил я, потирая место удара. Евангел как всегда улыбнулся, посмотрев на нас, и показал на коммуникатор. «Дела не ждут». Как только мой будущий муж скрылся где-то в забронированных комнатах, Мик перевернулся и подпер руками подбородок. – Что обсуждали? – Я уболтал его пригласить на нашу свадьбу мальчишек. Вот уже неделю, как впятером мы жили в отеле, где поселились до этого Мик, Сергей и моя дочь. Здесь было чисто, белые тона и огромные окна были прекрасным антуражем для всего того счастье, которым я был окутан. – Мальчишек? – нахмурился везунчик. – Ты о Мидле, Куро и всех остальных? – Ага, – я решил опять вернуться к книге. Родители близнецов были сугубо против того, чтобы мы уезжали, они так хотели провести с нами всё то время, которое оставалось до переезда их младшего сына в собственную крепость. Но даже им не оставалось более ничего другого, когда стало понятно, что Дисан не успокоился. Он даже не собирался успокаиваться. Всё его существо воспротивилось моему существованию. – Но, как? Как они попадут сюда? – Только полный идиот проигнорирует халявные билеты в Столицу! – Халявные? Шел, они приедут сюда за ваш счет? Ты с ума сошел? – Чего ты так взбесился? – у Мика даже волосы на затылке встали дыбом, да только меня вытащить из того умиротворенного состояния было не так просто. – Ты знаешь, сколько стоит перелет? – спасало меня от рук этого кошака только то, что спина у меня всё еще находилась под присмотром врачей, а потому все боялись лишний раз ко мне применить силу. Действительно, вдруг я поранюсь! – Не знаю, – признался я. Вот уж что меня в меньшей мере волновало! – Да это целое состояние! Сергей может это себе позволить, потому что его счета и так запредельны, да только, даже он сказал, что это дороговато! Я только пожал плечами. – Один раз в жизни это себе позволить можно. К тому же, мы сэкономим на Джереми, Ароне и Максе! – Это еще почему? – А они достаточно на мне заработали, чтобы самим оплатить себе перелет! – Боже, ну ты и злопамятный! – ухмыльнулся парень, подтаскивая себе подушку и откидываясь на нее с томиком недавно мною прочитанной книги. – Кто бы говорил… Зная своих друзей, да не прощай им всех прегрешений. Мы с Миком уже давно пришли к этой непреложной истине. Если закрывать глаза на что-то, то можно и вовсе не увидеть картины. Ни я, ни братик, не простили Арону, Джереми и многим другим людям боль и издевательства, даже если они повлекли за собой какие-либо блага. Мстить не то, что было нужно в этом случае, просто это словно козырь в рукаве, которым можно воспользоваться в любой подходящий момент. Пришли мы к этому три года назад, когда Мик вернулся после очередного клиента с побоями, порванным анусом и аж двумя игрушками в кишечнике. Конечно, тогда все суетились вокруг нас, да только вот везунчик никак не мог успокоиться и подпустить к себе хоть кого-то, а я понимал его боль, словно она была частью меня. В наш холодный закаленный ум нередко пробиралась коррозия сомнений. Шлюхи тоже люди, способные чувствовать, страдать, переживать и ломаться, пусть и ломать, собственно, уже нечего. Гордость – это то, что стоит на полочке отдельно, то, на что можно взглянуть, когда хочется выделиться, но её существование само по себе делает тебя слабее, хотя бы, потому что мысли не всегда удается изогнуть в нужное русло. Иногда мир становится ужасающе черствым и безобразным. – Здравствуйте, моё имя Аретта, я звонила вам вчера, – высокая хорошо сложенная девушка, возраст которой был близок к тому, чтобы ее гордо могли назвать женщиной, появилась на пороге ровно в 17:00. Пунктуальность. – Приветствую, – улыбнулся я, придерживая дверь. – Проходите, мы вас уже ждем. На вид она не была общительной, мне даже отчасти казалось, что она не сможет ужиться с Никой, но иногда даже мои предположения не оправдывались. Аретта Куппер, вторая дочь знатной семьи слуг, высоко образованная леди, которая всю жизнь занималась работой с детьми. – Куда? – она ждала, когда я сам распоряжусь, что делать. Ева предупреждал, что у нянечек свой подход, и если мы хотим, чтобы столь необходимая прислуга не имела слишком большое влияние на дочь, то самое главное было учесть её обходительность. – Здравствуйте, – кивнул Мик, столкнувшись с нами в коридоре. Из-за встроенных в стены световых пластин все помещения словно светились изнутри чистотой и неземной белизной, что днем, что ночью, это было прекрасное зрелище! Девушка робко кивнула, задержавшись в кивке чуть дольше. Она держала руки спереди, положив ладонь на кисть другой руки. Прямая осанка и аккуратно собранные волосы говорили об отличной подготовке, она училась в весьма престижной школе гувернанток. – Прошу, – я пропустил ее вперед, открыв дверь одной из гостиных. Ника сидела на полу, играя с мягкими игрушками. – Ника. – Ой, – малышка повернулась к нам и тотчас поспешила встать и поправить платье. Детский удел – игры, зачем ограничивать ребенка в этом? – Здравствуйте! – Здравствуй, – кивнула Аретти. – Ника, познакомься, это Аретти Куппер, твоя гувернантка. – Очень приятно познакомиться, – Ника сделала неглубокий реверанс. Я чуть за лицо не схватился. Её стремление всячески походить на принцессу из книжек, а еще и Евангел, который ей потворствовал в этом, обескураживали меня. Не в тот век ты родилась, золотце. – И мне, – улыбнулась девушка. На моё удивление она излучала доброту и заботу, и я уже не так сильно удивился, когда заметил, что они с Никой практически перестали обращать на меня внимание, начав общение. Что ж, будем надеяться, что Евангел не зря потратил столько нервов, обратившись к маме за просьбой найти достойную гувернантку для нашей дочери. Ева сам не слишком хорошо во всем этом разбирался, а «жена» его была не из высшего общества, откуда «она» могла бы набраться полезных связей в общении с прислугой. Вообще все свои обязанности я узнавал не напрямую, а через упоминания в разговорах, спрашивать у Евангела оказалось бесполезно, он считал, что мне вообще ничем не надо заниматься, ну да, Мик ухмыльнулся и сказал, что это не проходит. Что Сергей, что Ева, оба считали, что мы натерпелись в жизни сверх меры, а потому не хотели, чтобы мы были чем-то связаны. – Он у меня даже тарелки отбирает, если я вздумаю их помыть вручную, – улыбнулся Мик, дернув головой. Он сидел в кресле с ногами и пытался читать. В уютном уголке одной из гостиных читать было самым приятным занятием, здесь мало кто замечал тебя, да еще и наведывались редко. Правда вот, это был и мой угол, поэтому я сел в соседнее кресло и начал разговор. Всё равно хотел поныть ему. – Просто делай, всё что хочешь, а он сам поправит… – Но, мне, вроде бы, надо и прислугу выбирать, и за порядком следить, да много что! – Ева не считает тебя женой. Ты муж, такой же отстраненный от порядка и желающий делать дела, а не наблюдать. Сергей, по крайней мере, объяснил мне именно так. Только вот, я так и не могу решить: радоваться этому или горевать? – Ох, ну, по крайней мере, мы всегда можем послать всех к чертям! – Это точно! День был в самом разгаре, мы с везунчиком как всегда проводили время в компании друг друга, а наши мужья пропадали где-то, организовывая торжество. Волноваться было не о чем, всё было под контролем, но, тем не менее, каждый из нас время от времени отрывался от книги и, думая о чем-то своем, смотрел в сторону. – Мне кажется, что наша с тобой идиллия кого угодно бы свела с ума, – усмехнулся Мик, повернувшись ко мне после очередного залипания в пустоту. – Подожди чуть-чуть, я дочитаю главу, тут всего полстраницы осталось! – попросил я, и друг замолчал, ожидая, когда я закончу. – Ну, так о чем речь? – Мы с тобой только и делаем, что сидим дома, да книжки читаем и фильмы смотрим, а главное, совершенно спокойно можем не разговаривать часами, находясь в одном помещении, я, кажется, понимаю, почему Ника предпочитает общество своей гувернантки. – Ты считаешь, что это неправильно? – Нет, не считаю, тем более что книг и фильмов в мире так много, что можно всю жизнь читать, а всё равно и жалкой доли не осилишь. Но, мы могли бы проводить больше времени, занимаясь чем-то более оригинальным. А вообще, я отсидел себе зад, он скоро в лепешку превратится, если Сержи перестанет мне «помогать». – Если хочешь погулять, то так и скажи… – Я не хочу гулять! – прикрикнул парень, зашвырнув в меня подушкой. – И хватит читать! Я поговорить тут вздумал! Я еле успел увернуться от большей части снаряда и со смехом рухнул рядом, продолжая читать. – То, что ты вздумал поговорить, я заметил. – Так не игнорь меня! – а вот второй заряд угодил мне прямо в голову. Всё равно весь настрой меня покинул, да и мой мозг явно был больше заинтересован в разговоре, поэтому томик я закрыл и отложил в сторону. – Ладно, чего же ты тогда хочешь? – Секса! – бездумно ляпнул обладатель волос цвета латте. Я удивленно посмотрел на него, на что в ответ получил выражение на подобии: «ну а почему бы и нет?». – У тебя же есть Сергей, зачем же изменять… – Вчетвером, – дополнил мальчишка блеснув глазами. А вот тут я залился краской и отодвинулся подальше. Еще чего мне не хватало! Я и так чувствую себя весьма необычно, когда Ева добирается до моего бренного тела, а тут еще и на показ. – О, давно ты не краснел, я даже гордым себя чувствую! – Ты не видел, что со мной, когда я под Евой, так что не так уж давно… – Вот и увижу! – Нет. – Но почему? Шел, что тебя может останавливать? – Эм, ну… мораль? Честь? Банальное стеснение? – И всё же я спрошу у Евы и Сергея! – усмехнулся Мик. Вот уж неугомонный! И знаете, что самое противное? Эти два упыря согласились! Они думали не дольше минуты! – Трое против одного, Шел, ты в меньшинстве! – хлопнул меня по плечу братишка, оскалившись. Ева удивленно воззрел на меня, явно даже не догадываясь, что я был против этой затеи. А я что? Проще сразу сдаться, ведь Мик не даст мне сбежать. – Вот и зачем тебе это? – спросил я у него, бросая короткие взгляды в сторону мужа и Сергея. Везунчик плавной походкой подошел ко мне и обнял со спины. Мы оба смотрели на мужей, а у тех аж глаза заблестели, когда мы встали вместе, да еще и в обнимку. – Ну как зачем. Чтобы увидеть тебя в роли пассива – это раз, а два: чтобы они увидели нас! – Боюсь, что они много раз видели «нас»… О да, и все поняли, что я имел в виду. Сергей заулыбался, а Ева отвел взгляд, сделав вид, что совершенно не понимает, о чем мы. – Но они никогда не видели нас вживую, так, чтобы было можно прикоснуться… – Не понимаю я тебя…. Как можем быть мы, если… блин, я запутался. – Ничего, я всё объясню! – Божу упаси! Лучше уж сразу на деле! Парни усмехнулись, констатируя, что я подписался на это. За эти несколько недель многое обрело иной оттенок. Очень сильно изменилось отношение Евангела к Мику, причем почему – я так и не смог понять, сам Мик словно оторвался ото всех, чтобы быть там, где ему хочется. Ника, получив возможность общаться с человеком своего пола, вообще перестала обращать на нас внимание. Всё это едва ли меня беспокоило, но я всё же замечал слишком много, чтобы не обращать на это внимание вовсе. Хорошо известно, что люди меняются всю свою жизнь, привычки меняются сложнее, а общий образ слишком непостоянен, так как, в общем, мы всегда пытаемся как-то разнообразить свою жизнь. – Я не хочу, – тихо проскулил я, снимая нижнее белье. – Замолчи! – усмехнулся Мик, тоже раздевшись полностью. – Что с тобой? – он подошел ко мне и заставил посмотреть в глаза. Ох, маленький черт, до чего же ты соблазнителен! – Мне… не хочется этого делать… – Почему? – везунчик искренне не понимал, а я и сам толком не мог разобраться… – Не знаю… просто, с тобой это одно, с ним другое… а тут еще и Сергей будет… – Будешь ревновать, что он, а не ты? – Мик поправил мои волосы и улыбнулся. – Нет… наверное… просто я не такой же, как ты, я легко могу решить, что нужно тому, кто лежит подо мной, а, когда кто-то во мне… это другое… я не понимаю… – Ну, не удивительно, – Мик обнял меня и застыл на месте. – Не забывай, что всё приходит с опытом, а Ева, как я понимаю, научился тебя уже направлять. Тебя стесняет то, что он будет говорить тебе, что делать при нас? – Вроде того, – я вздохнул с облегчением, хотя от осознания проблемы легче стало не на много. Везунчик прогладил меня по голове и взъерошил волосы на затылке. – Просто не думай об этом, поверь, я сделаю всё, чтобы ты просто не мог отвлечься! В Мике я не сомневался, но всякий раз, когда дело касалось секса с Евой, у меня внутри все сжималось в комок, словно от боли. То, как он ласкал меня, доводил до исступления, всё это заставляло сердце останавливаться и биться при следующем же вздох в разы быстрее. Боль внизу, прикосновения, ощущение наполненности, жар… словно спускаешься в вулкан. – Шел, я люблю тебя, люблю, как самого близкого и дорогого человека, ты это знаешь, ты знаешь, что я пойду на всё, чтобы помочь тебе, так что просто оставь предрассудки и идем вперед, как всегда! – он шептал мне на ухо, перебирая мои волосы. – Здесь нет грани, ты не упадешь, просто сделай! – Зачем ты меня уговариваешь? Ты же сам понимаешь, что это не нужно, я подчиняюсь желаниям Евангела. – Я хочу, чтобы ты не стеснялся быть таким же, как и всегда, – он улыбнулся и повел рукой вниз, вдоль моего позвоночника, на бедро, а затем на пах. Тонкие пальчики проскользили по всей длине вниз, позволив мне отклониться и взглянуть в лицо их обладателю. Слишком уж соблазнителен этот юноша, слишком много в его глазах провокации и мало сомнений, хотя, сказать по правде, я не знаю ни одной другой шлюхи, которая, как он, смогла бы так сыграть, пройдясь по всем чувствам. Он мог быть и невинной овечкой, которая будет изводить своей стеснительностью, и жутким монстром секса, с которым можно будет поэкспериментировать. И я прекрасно понимаю, почему Сергей не может никак им насытиться, это чудо может быть слишком соблазнительным, чтобы отвлечь от чего угодно! – Ладно, ягненок, будь по-твоему! – ухмыльнулся я, резко притягивая его к себе и впиваясь в губы. Он научил меня целоваться, он научил меня приносить удовольствие и наслаждаться самому, он стал моей парой и поддержкой тогда, когда я не мог без нее обойтись. Я не мог понять, какой температуры вода, мне сложно было вспомнить, как мы оказались в душе, передо мной было его тело. Мы обводили контуры, душили друг друга поцелуями, выгибались и обнимали друг друга, словно бы сливаясь воедино. Шум в ушах. Нежная кожа под руками. Изгибы талии, бедер, рук, шеи. Овал лица, мокрые волосы, отзывчивые телодвижения. Без слов, движениями, взглядами. Капли разбивались, попадая на кожу, опаляя тело вспышками огня и холода, толи пожар внутри, толи мы пылаем снаружи. – Вживую это действительно невероятно смотрится, – услышал я, после чего ощутил еще одни руки на своей талии. Они были больше, чем ладошки Мика, а открыв глаза, я увидел, как везунчик не отпуская рук от меня, выгнувшись в спине и запрокинув в сторону голову, целуется с Сергеем. Поцелуй в шею разнес вспышку восторга по позвоночнику. Сильные руки прижали меня к телу сзади, Ева подцепил зубами меня за шкирку и проскользил руками вниз, мазнув по паху и опустившись вниз, чтобы заставить расставить ноги и прижаться к нему бедрами. Я открыл глаза и напоролся на возбужденные взгляды Мика и Сергея. По телу разнеслась волна возбуждения, вперемешку с восторгом и удовольствием. Захотелось выгнуться еще сильнее, мурлыкнуть от наслаждения и нырнуть к Мику, чтобы прикусить кадык. Мальчишка вскрикнул, явно не ожидая, но удивление быстро переросло в стон, когда мы вместе с Сергеем принялись исцеловывать его тело. Мик выгибался, подставляясь, и стонал в голос, заводя еще сильнее. Его руки цеплялись за шею более высокого мужа, член сочился смазкой, вода текла по телу, которое впитывало ласку, иногда достаточно грубую, как губка. – Мррр-аааааааа! – Еве не понравилось, что я забыл о нем, оставив без внимания, и он напомнил о себе самым, что ни на есть грубым образом – вошел в меня. Без всякой подготовки, рассыпая внутри меня боль и тугое наслаждение. Слезы потекли из глаз, а ноги свело, видимо из-за боли в заднице. Я втянули воздух, вытягиваясь наверх и стараясь не дать воде попасть не в то горло. До сих пор звучавшее мурлыканье напрочь исчезло, оставив судорожные вздохи. – Ты его порвал, – констатировал Мик. – У него кровь идет… Я чувствовал боль, но, из-за стекающих ручейков воды не мог понять, что именно течет у меня по ногам. Сильные руки чуть отпустили меня, и вместе с исчезнувшим давлением на тазовые косточки, я испытал нечто сродни оргазма. Я задрожал и выпустил громкий мявк. Поцелуи по шее возвращали в этот мир, а тоненькие ладошки везунчика, ласкающие грудь и живот, вычерчивали причудливые узоры, в то время как их обладатель вовсю целовался с Сергеем, полностью отречась от этого мира. Евангел схватил одной рукой кожу на шее и оттянул её, веля отклоняться назад, чтобы так же получить поцелуй. Но вместо вопиющей нежности он получил тающую страсть. Я кусал его губы и не боялся цапать за язык, которым он активно вторгался на мою территорию. Металлический привкус во рту, словно ожогом красные метки. Всё смывала вода, только кровь всё равно появлялась. – Устоишь? – шепот опалил моё ухо. Евангел был сильно возбужден, что даже не мог контролировать ровность голоса, дрожащий от страсти и желания шепот разбудил во мне желание, перекрывшие всякий рассудок. Я потянулся к Мику, отпячивая задницу и отдавая её на растерзание. Боль от движения меня не волновала. Везунчик решил помочь, и, подцепив меня за подбородок, впился в губы, одновременно с этим поднимая ногу, чтобы Сергей тоже вошел. Что я? Где я? Я не понимал ничего, отдаваясь существу с лицом страсти и желанием самого Бога. Везунчик не морщился от боли, он улыбался мне в губы, не давая лишний раз вдохнуть воздух, его рука держала меня за волосы на затылке, не давая уйти, а вторая очерчивала овал моего лица, постоянно замирая то тут, то там. Я же опирался на него, впиваясь пальцами в беззащитные бока, пока Евангел, придерживая меня под бедра, входил и выходил из меня в разном ритме, заставляя то выгибаться и стонать, то мурлыкать и поддаваться, прося о большем. Мик застонал мне в губы, пока мы целовались и чуть не вырвал клок волос, сжав кулак. Его прикрытые глаза дрожали ресницами, а тело, о да, оно содрогалось от спазмов оргазма. Сперма попала мне на живот. Теперь уже моя очередь настала не дать ему покинуть меня. Я столкнулся с руками Сергея и увидел, что он тоже, ни на что не обращая внимание, уткнулся везунчику в сгиб шеи. Я же держал возбуждение специально, готовый стонать от океана того чистейшего удовольствия, который капля за каплей наполнялся при каждом даже мимолетном движении Евангела. Он тоже выдерживал своё желание, доходя до пика, но, не давая себе закончить. Мы могли играть так до нескольких десятков минут, чтобы затем сорваться и забыться в волне ощущений, испытывая множественные оргазмы и теряя рассудок. Тело пекло, жар уже перешел из стадии болезненного в мучительно неотъемлемый, голова раскалывалась, живот стягивало от ужасных ощущений в паху, всё тело словно отмирало, отдавая свои силы в одно единственное место – в источник и накопитель возбуждения. – Шел… – голос Евы показался мне грохотом в тишине. Он сделал еще два толчка, а потом вошел так, что не было и миллиметра «не стыковки», после чего внутренности опалило его семенем. Я кончил следом, позволяя утопить самого себя в наслаждении, боли и вспышках света. Всё это было целым миром вокруг и внутри меня, настолько сильно, что я не смог держаться за Мика и ноги меня тоже не держали. Только шесть рук позволили мне не рухнуть на пол и воздержаться от того, чтобы растянуться на полу, выложенном плиткой, и просто умереть. Лучше этого не было ничего, легкость и одновременно с тем томительное удовольствие, которому не было ни аналогов, ни высшей силы. – Ты жив? – поинтересовался Евангел, не спеша выходить их меня. – Оооо дааа, – настоящее ощущение того, что ты жив! – Давайте переместимся уж на кровать, – настоятельно порекомендовал Сергей, хватая меня подмышки и снимая с Евы. Я завалился на него и позволил взять на руки, устроившись, словно обезьянка. – Вы всегда так? – поинтересовался Мик. – Нет, у нас слишком много игр, чтобы зацикливаться на одной, – усмехнулся Евангел, выключая воду. – Правильно, – улыбнулся везунчик. Меня с Миком вытерли в четыре руки, после чего на руках отнесли в спальню, где расположились супруги. Меня нес Сергей, Мика – Евангел. Мы не наслаждались друг другом, а потому такое вот отношение, забота, это было что-то новое и нужное. Мы с Миком были чем-то единым, но принадлежали разным людям, ни один из них не имел права прикасаться к собственности другого, если это несло иной подтекст. Упав на кровать, я отполз чуть назад, так же, как и везунчик. Мы оба смотрели на мужчин и предвкушали. Возбуждение было верным спутником, в голове будто играла музыка треша, нервы натянуты, тело готово, а желание выливается во взглядах. Ранним утром, после нескольких часов безудержного наслаждения, я неожиданно открыл глаза, чтобы увидеть, как поднимается солнце над зеленью Столицы. Мик прикоснулся к моему лицу, заставив посмотреть в его сторону. Обладатель волос цвет латте лежал подле своего мужа, позволяя себя обнимать обеими руками, весь исцелованный и взъерошенный, он держал одну руку под собой, опираясь ей на кровать, улыбаясь мне, а второй, водя по моему лицу. – Чего не спишь? – одними губами спросил я. – Не знаю, – шепотом ответил он, продолжая улыбаться. – Я счастлив, не знаю почему. Я так и не смог надолго заснуть, после всего этого. Вы так сладко спали… – Счастлив? Не смотря на ожидаемую усталость и боль внутри меня тоже сложным узором, будто кружево, вилось какое-то светлое, нежное чувство, заставляя изредка вздрагивать и шевелиться, дабы вновь и вновь дотрагиваться кожей до незримой паутины. – Да, даже не смотря на всё то, что случилось со мной, пока я жил все эти 20 лет с лишним, я счастлив, лежать сейчас здесь, с тобой, с Сергеем и твоим будущим мужем. Это потрясающее ощущение. – Угу, не зря мы боролись и стремились, да? – Ага, – он протянул ручку к моей раскрытой ладони и взял ее, поднося к своему лицу. Поцелуй в кисть напомнил мне то, как я делал то же самое, когда хотел что-то обещать ему. Мы не имеем секретов друг от друга, мы единое целое, мы поддержка и опора друг друга, но принадлежим двум разным прекрасным людям. Почему бы и не радоваться этому?