Идеальный правитель

Рю мрачно поглядывал на девушку, что притворялась его земной любовью. Быть может и он не смог отличить ее от того, какой она была раньше, но его внутренне чутье говорило за себя: ошибки быть не могло. — Как давно ее уже нет со мной и ты занимал ее место? — Спросил мужчина, поднявшись с кресла. Маки же с холодной улыбкой смотрела на него, лишь глаза выдавали в ней то, чего никогда не было: это была не она. Рю понял, что с его стороны было опрометчиво просто так вернуться на Землю, но эмоции взяли верх. А должны ли у Бога быть эмоции? Правильно ли он поступает? — Около двух месяцев, может, чуть больше или меньше, — отвечая голосом той, кого когда-то Рю знал, женщина ухмыльнулась, — Разве тебе это не нравилось? Я ведь так старательно подавлял свое присутствие, что ты заметил меня в последний момент. К тому же... Я был рад узнать тебя поближе, мой дорогой Сын. — Кажется, я во время нашей первой встречи я уже ответил тебе на твой главный вопрос, — раздраженно сказал Рю, — Прояви уже свой облик. Тебе все равно уже не причинить мне никакой боли. Захочешь драться - я тебя уничтожу. Божественное сердце мужчины сжалось. Да, быть может, он не чувствовал никогда отцовской любви от этого мужчины, что притворялся его женщиной; не видел его вплоть до переломного момента в своей жизни и даже получил от него физическую боль, но что-то внутри кричало о том, что он не должен идти против него, должен встать на его сторону и подчинить мир для них двоих. Но разве так Бог должен использовать свою силу? — Я чувствую сомнение в твоих действиях не смотря на то, каким ты хочешь казаться сильным, — с усмешкой протянул Мёрда, рассеивая по комнате густую дымку, и представая перед Рю в своем естественном образе, — Ты так похож на свою мать. И не будь я свидетелем твоего рождения, не поверил бы никому, что именно тебе посчастливилось стать моим ребёнком. Не заигрывайся в Бога раньше времени. Это я дал тебе силу, когда твоя мать была против, я защищал тебя в младенчестве, и я желал посадить тебя на место Люка. Полагаю, теперь ты понимаешь, почему он так боится того, что ты будешь со мной. Люк не хочет замены в виде тебя, такого грязного, нечистокровного, росшего среди обычных людей, бестолкового... Я знаю все. Эти миллионы лет в тюрьме никак не отразились на моих действиях: я мог действовать оттуда. Мой любезный брат додумался показать тебе, как использовать свою силу? Покажи же. Уверен, он даже не дал тебе и половины того, что когда-то сделал я. Рю сжал кулаки. Мысли стали собирать в единое целое. План в его голове напрашивался сам собой. — Кем был моя мать? — Спросил он, глядя в глаза мужчины, который теперь стоял практически вплотную к нему, — Расскажи о ней. Для Мёрды стало неожиданностью то, что Рю до сих пор ничего не знал о своей матери. Люк не позаботился об этом? Теперь это действительно может сыграть ему на руку. Но даже сам предатель нахмурился. Его улыбка растворилась. Напоминание о женщине, которую он когда-то любил, заставляло колебаться даже такого, как он. Вина за ее гибель терзала его, он слышал ее голос, когда находился в одиночестве, принимал ее облик, когда желал вспомнить заново. — Другой — начал говорить Мёрд, — Она была чистой, непорочно созданной частью Судьбы, как и ты не верила в то, что кто-то родной может сделать больно. Если бы ты знал, как сильно я ее любил, и как было больно, когда она погибла. Нура была миролюбива. Где бы она не была - вокруг царило спокойствие. Сал и Люк ценили ее за доброту и наивность. Но это и сыграло ключевую роль в ее гибели. Голова Рю заболела. Перед глазами стали проявляться смутные картинки воспоминаний. Не его, чужие, он ничего не понимал. Все менялось настолько быстро, что в ушах даже появился звон. Он ничего не понимал толком, но точно запомнил ее образ, а после тихий крик: "Он будет свободным!" Видения кончились. Рю вопросительно уставился на отца. — Я не могу показать тебе больше, просто потому что твоей матери физически больше не существует ни в одной части Вселенной, — пожал плечами Мёрд, — Эти смутные воспоминания все, что от нее осталось. Все это сделал Люк. Он и Судьба установили эти правила. Да и к тому же... Знаешь ли ты кто такая Судьба? Чертова нахалка. Убийца, возомнившая себя первородным существом. Ее правила погубили Нуру. Желая спасти всех, она ушла сама. Мёрда частично врал, чувствуя, что даже самая маленькая ложь заставляет Рю колебаться и отдавать свою веру ему. Взяв сына за руку и сжав ее в кулаках, черноволосый заглянул в его глаза так, словно пытается достать до души. — Мы можем вернуть твою маму, заставить их всех заплатить за ее смерть и быть полноценной семьей правителей, — тихо заговорил Мёрда, — Мне нужно лишь твое согласие. Я сделаю тебя таким сильным, что любой другой будет дрожать от одного упоминания твоего имени. Мы будем защищать твою мать от всех вокруг, больше никогда не дадим ее в обиду. Перепишем правила Судьбы. Он давил на самое больное. Рю не знал, что такое семья. Нет, безусловно, тетя Сал давала ему все, Бу заменял друзей, и тот редко чувствовал себя одиноким, но семья... Даже спустя столько лет это слово заставляло его теряться. Будучи уже взрослым мужчиной, который пережил то, что и не может присниться обычному человеку, внутри Рю чувствовал себя все еще юным ребенком, потерянным среди всех. Описание матери со слов юродивого отца лишь больше подпитывало интерес. Но возможно ли ее возвращение, если ее буквально не существует? А вот Мёрда ждал. Внимательно смотрел, больше не говоря ни слова, затаясь, словно хищник. Он знал, что такой обман Нура не простила бы ему, но принципы и желание править были сильнее. Желание уничтожить уже существующие, так сильно ограничивающие его правила, посеять везде хаос, разрушение, тревогу, боль, ненависть. Он не надеялся на положительный ответ от своего ребёнка, которого хотел использовать в качестве сосуда, но пытался строить из себя отца, который понимал бы чувства сына к матери. И хотя Мёрд был морально сухим сейчас, Нуру он действительно любил. Но голос Фейрана в голове заставлял идти наперекор всем. — Я встану на твою сторону, отец, — кивнул Рю, отпуская отцовскую руку и делая шаг назад, — Но прежде я хочу кое-что сделать. Подойдя к старой тумбе, что противно заскрипела, когда он ее открыл, мужчина достал маленькую совместную фотографию, которую сделала и распечатала Маки. Кажется, это было где-то вначале его возвращения на Землю, и зарождение их чувств тогда только начинало набирать обороты. Положив ее в карман брюк, он обернул на Мёрду, и глаза его налились красным. Через мгновение из них медленно потекла кровь: черная, густая. Мёрд улыбнулся. — Мы уходим, дорогой сын, — Вновь подойдя к сыну, мужчина одной рукой обнял его, а вторую положил на заднюю часть шеи, нащупывая пульсацию. *** — Мы так долго ждали, пока ты одумаешься и повзрослеешь, — недовольно сказал Люк, стоя у большого окна и смотря куда-то вдаль, — Каждая минута является кражей в нынешней ситуации. Что ты хочешь мне передать? — Посмотрите в зеркало, господин Люк, я не являюсь настоящим, — говорил мужчина, стоя у дверей, — Поглощение наступает, оно рядом, я его чувствую. Чем оно ближе, тем больше мое ощущение того, что я вот-вот распадусь на части. Потерь уже итак слишком много. Настоящий Рю у своего отца. Вы должны помочь мне вернуть часть себя, я не должен дать возродиться хаосу. — Хочешь сказать, что ты разделил свои божественные сущности? — Нахмурился Люк, повернув голову слегка вбок, чтобы увидеть Рю, — Ты знал о том, что он все равно придет за тобой, и так опрометчиво чуть не отдал полностью свое тело? Я бы казнил тебя прямо сейчас, будь ты обычным человеком, обычным андроидом, слугой, высшим хранителем. Отправил бы страдать в разлом. Но сама Судьба, видимо, решила иначе. — Вы всегда меня выделяли лишь из-за того, что я не такой как вы, — начал говорить Рю, но Люк быстро перебил его. — Молчать! — Гневный крик Люка грохотом раздался, казалось, по всей Вселенной, — Мы всегда оберегали тебя. По просьбе твоей матери мы сдували с тебя каждую пылинку, скрывали твои силы, не давая привлечь внимание. Ты сам наслал на себя беду. Раньше я оправдывал твою глупость юностью, но теперь, когда ты уже стал взрослым, пора нести ответственность за свои поступки. Я, безусловно, рад, что ты все же освоил базовые навыки и даже больше, но сколько ты продержишься, играя на два тела? — Около сотни лет, возможно, — пожал плечами Рю, — Но с каждой секундой это время уменьшается в разы - я не выдерживаю опытов Мёрды. В кабинет ворвалась Лара, явно взволнованная. — Отец, отец! — Громко заговорила она, — Мари, мы нашли Мари! Она вот-вот родит дитя от Кроу. Я не знаю, как ее удалось сбежать, но она лежит на границе. Ей нужно помочь!