New Rules

One, don't pick up the phone. Один: не бери телефон. You know he's only calling' cause he's drunk and alone. Ты знаешь, он звонит лишь потому, что пьян и одинок. Ноа пугается, когда неожиданно телефон разрывается от очередного звонка. Может быть Милли... Сэди... Дафферы или менеджер звонит. Поэтому он тянет руку к телефону, но почти сразу же убирает, глубоко вздыхает. Ведь на телефоне светится имя Финна. Ноа переводит дыхание и дрожащими руками прислоняет телефон к уху, отвечая на звонок. Отлично, его первое правило нарушено. — Да? — Ноа... мне плохо,— голос Финна до безумия жалок. — Что случилось? — Я поссорился с родителями и страдаю сраными чувствами, которые мне не понятны. — Ты пьян? Шумный выдох на другом конце провода. — С чего ты взял? — Обычно, ты мне не звонишь. — Обычно, я никому не звоню. — Допустим, и что ты хочешь, чтобы я сделал? — Нам нужно встретиться. Ты можешь ко мне приехать? — Навряд ли, лучше ты ко мне. — Ладно, я это задокументирую. — Чего?—Ноа усмехнулся. — Ты в первый раз меня приглашаешь к себе. И ещё, если ты меня не впустишь на порог, как это обычно бывает, у меня будет аргумент. — Ага, а ещё я, обычно, не отвечаю на твои звонки. Так что едь быстрее, пока я не передумал. — Угу. И трубка сбрасывается. Ноа кладёт телефон на стол и вновь пугается, ведь в дверь позвонили. Two, don't let him in. Два: не впускай его. You'll have to kick him again. Ведь тебе придётся выгнать его снова. Ноа посмотрел в глазок. Финн... Какого черта он так быстро? Шнапп поворачивает ключ и открывает дверь. Правило номер два нарушено тоже. Three, don't be his friend. Три: не будь ему другом. You know you're gonna wake up in his bed in the morning. Ты знаешь, это приведёт к тому, что ты проснёшься утром в его кровати. And if you're under him, you ain't getting over him. Находясь под его чарами, тебе его не забыть. — Ты что, ждал около моей двери?— Ноа изогнул бровь. — Ага. — Чего стоишь, как потерянный? Проходи. Или ты ждёшь, пока я тебя на руках затащу в квартиру? Финн переступил порог, и Ноа закрыл дверь за ним. — Итак, для того чтобы ты излил мне всю свою душу тебе нужен горячий шоколад, да? Или ты полюбил чай? — Нет. Всё также. Не люблю чай. — Замечательно, а то и чая-то у меня нет нормального. Финн усмехнулся. Или я бы даже сказала так: он выдавил из себя ухмылку. — Ты плакал часами напролёт или ты накурился?— спросил Ноа, когда они уже сидели на диване, в гостиной, и пили этот грёбаный горячий шоколад. И до этого времени не один не выбросил хотя бы одно слово. — М? — Глаза красные у тебя. Финн отрицательно покачал головой, мол "не важно". — И до какой степени ты поругался с родителями? — Они не хотят меня видеть,—ответил тихо Финн. — Оу,— Ноа на секунду замолк,—и что же произошло? — Они пытались познакомить меня с какой-то бабой, мол я сам не могу сделать выбор. Говорили, что мы отлично друг другу подходим, и что она хорошая девка. Но на их слова, я лишь закатил глаза, выслушивая их прелюдии, а потом начал с ними спорить, говоря, что я сам могу найти себе кого-нибудь, если это будет мне нужно. Либо же я влюблюсь. Они не слушали меня. Отстаивали свою точку зрения. В итоге я послал их и, громко захлопнув дверь ушёл из дома, слыша, как в след отец прокричал мне, что я им больше не сын и чтобы я не приходил домой больше. Глупая ситуация, на самом деле. Такая мелкая причина,— вид, у парня, так и кричал:"успокойте и обнимите меня!". Что Ноа и сделал. Он подвинулся к Финну и зажал его в крепких объятиях. Голова Вулфарда опускается на плечо, а сам шумно всхлипывает. — Тише... успокойся. Всё будет хорошо. Ну же. Ноа осторожно целует того в макушку и продолжает говорить слова поддержки. И Финн успокоился. Он отстранился и аккуратно взял Ноа за руку, переплетая пальцы. — Слушай, может мы вернем общение в прежнее русло? Где ты не будешь избегать меня,— спросил Финн всё так же тихо. — Нет. — Почему? — Потому что, чёрт возьми, я люблю тебя, придурок, и поэтому избегал тебя, не хотел, чтобы мои чувства вылились. Теперь можешь посылать меня. — А я не хочу это делать. Мгновение, и Финн повис над Ноа. — Я тоже люблю тебя. Вулфард сокращает дистанцию и целует. Потом переходит на шею, засасывая кожу и оставляя багровые отметки. Ноа под ним лишь стонет. Третье правило нарушено. Чёрт...