Жанры
1 ноября 2018 г., 22:37
AU
(как насчёт самого стеклянного АУ в этом фэндоме?)
Игорь Акинфеев покидает Сборную России по Футболу в возрасте тридцати двух лет после Чемпионата Мира по футболу две тысячи восемнадцатого года. По собственному желанию. Даёт дорогу молодым. Артём Дзюба отказывается в это верить, но ему приходится быстро пропускать эту новость через себя, ведь теперь именно он будет выводить сборную на поле с капитанской повязкой на руке. "В любом случае, Игорь, я всегда жду тебя в сборной," – смеясь, говорит Дзюба в камеру, а на душе в это время у него жуткая неразбериха из самых ужасных в человеческой природе чувств. Игорь Акинфеев, тот самый парень, который заставил плакать всю страну от счастья первого июля две тысячи восемнадцатого года, а через три месяца этот же человек заставил плакать этих же людей от досады. Что же ты наделал... Так. Подождите. В СМЫСЛЕ ЭТО НЕ АУ?ER
Тут даже писать ничего не надо. Это кино изначально такого жанра.Hurt/comfort:
– Ильюш, ну ты чего? Пройдёт твоя спина. Слезь с подоконника, я тебя прошу! – Зобнин дрожащими руками потянулся к Кутепову, но тот никак на него не среагировал. – Илья, – с мольбой в голосе позвал парня Рома. А Кутепов демонстративно отвернулся в противоположную от Ромы сторону и сильнее приоткрыл окно. – Ладно! Хорошо! Я больше не буду мазать тебя тем бабушкиным раствором! – крикнул Рома, поднимая руки в примирительном жесте. – Обещаешь? – с надеждой в голосе спросил Кутепов. Рома молчал. Илья открыл окно на распашку, не сводя глаз с Зобнина. – Обещаю, – обиженно отозвался Роман и, после кивка Ильи, снял Кутепова с подоконника, захлопывая окно.POV:
Меня зовут Игорь Акинфеев, и я пришёл в этот мир, чтобы разбивать ваши сердца. Здорово, правда?PWP:
Решил, значит, как-то Станислав Саламович пройтись по тренировочному центру ночью, дабы лично убедиться, что все футболисты на месте. Как никак на следующий день предстоял очень сложный матч, поэтому обход был чрезвычайно важен, вот только... Комнату Игоря и Артёма он решил обойти стороной сразу же, ибо отношения "двух капитанов" давно уже воспринимал спокойно. В комнате Зобнина и Кутепова, судя по всему, кого-то убивали, на самом деле это по началу напрягло тренера, и он уже порывался постучаться к парням, но когда до него дошло в чём дело, он поспешил как можно скорее скрыться. Возле комнаты Дениса и Марио Саламыч даже останавливаться не стал, этим парням он доверял. А вот братья-близнецы, которые могли заиграться в приставку, его очень сильно волновали, поэтому он направился к их комнате, и, оказавшись у двери, был поражён: голос Смолова в комнате Миранчуков был точно лишним, а то, что Саламыч услышал дальше, вообще чуть не добило его на месте. К концу обхода Черчесов уже сомневался в адекватности происходящего и шарахался от каждого шороха. Но даже при таком раскладе он очень сильно любил этих парней, хоть и не признавался в этом даже самому себе. В общем, удачи, здоровья и терпения Вам, Станислав Саламович, спасибо, что терпите этих пидоров.Songfic:
Организовать в Новогорске караоке было очень плохой идеей. Но почему-то тренерский штаб во главе с Саламычем поняли это в самый последний момент... когда Дзюба уже во всю орал "Я твоя", прыгая вокруг Игоря, а Зобнин после слов "Илья, это всё для тебя" начал горланить Губина...Ангст:
Серый ушёл. Самедов ушёл. Игорян ушёл. Кокору с Мамаем посадили. Вам мало?Антиутопия:
– Так, ребята, мы больше не можем действовать по старой схеме. – Но почему, Станислав Саламович? – Артём нахмурился. – Потому что вас уже все ненавидят, вами никто не интересуется. Вы отошли от нашей основной задачи. И мне не нравится это. Я здесь для того, чтобы всё изменить. Теперь у нас с вами другие указания. Мы выигрываем. Становимся героями. – Люди умрут от сердечных приступов? Работаем на уничтожение, – усмехнулся Кутепов, подмигивая Зобнину. – Нет, но ты думаешь в правильном направлении. Они полюбят вас. Всем сердцем. Плакать будут. Извиняться. А дальше, слушайте внимательно. Максимально близко прижимайтесь друг к другу как только видите камеру. Целуйтесь, обнимайтесь, поднимайте друг друга на руки, делайте всё возможное, чтобы ваши отношения, походили на нечто большее, чем просто дружба. В общем, каминг-ауту, но без всяких пафосных речей, просто действия. – Саламыч, ты хочешь, чтобы молодёжь сошла с ума, и интернет заполонили все эти гейские истории? Нам дорога наша личная жизнь. Вы хотите, чтобы мы пустили в неё кого-то? – насторожился Антон Миранчук. – Да, Лёша. – Вообще-то, – начал Антон, но тренер перебил его: – Отставить! Разбивать сердца молодёжи гораздо выгоднее и практичнее, нежели сердца взрослых людей. Игорь? – Да, тренер, – Акинфеев выпрямился, сделав шаг вперёд и внимая указаниям тренера. – После ЧМ, где-то в октябре ты уйдёшь из сборной. Игорь молча кивнул и стал обратно в строй. – Пизда человечеству, – тихонько прошептал на испанском Марио, поворачиваясь к Денису, Черышев лишь, мило улыбаясь, кивнул.Даркфик:
– Я сижу в наполненной ванне, в одной руке у меня телефон, в другой лезвие. Давай поговорим, – сразу после ответа абонента выпалил в трубку Тёма. – Дзюба, ты сдурел? Два часа ночи! Какая ванна? Какое лезвие? – полусонно спросил мужчина на том конце телефонного провода. Артём вздохнул, разглядывая кафель в ванной. Он постарался быстро сморгнуть подступающие слёзы и снова обратился к своему собеседнику. – Ванна, вены, лезвие, – как можно более спокойно произнёс Дзюба. На том конца провода что-то упало. Матернулось. Поднялось и крикнуло так, что Артёму показалось, будто этот мужчина сидит в соседней комнате: – Так, Артём! Никогда не шути так надо мной. Тем более посреди ночи! – Я не шучу, Игорь. Выслушай меня. – Тём... Я приеду сейчас. Только дождись меня, хорошо? Ты же в Новогорске, да? – мужчина завошкался, видимо, быстро собираясь и хватая необходимые вещи. – Да, я в Новогорске, но поедешь ты сюда не ко мне. Ты поедешь к Саламычу и скажешь, что возвращаешься, – Дзюба сделал ударение на последнем слове и снова вздохнул. – Тём... Я же тебе говорил... – Воу. А это больнее, чем я думал... – Ладно! Я еду. Найди кого-нибудь! Какой же ты идиот, Артём... Я же люблю тебя! Ты обо мне подумал? – А ты обо мне? На том конце провода повисло молчание. К счастью, оно длилось недолго. – Я еду и сейчас же звоню Саламычу, – после этих слов Игорь повесил трубку и, застёгивая куртку, выбежал из дома. – Отключился. Что теперь делать? Он едет! – Дзюба поднялся с пола и оглядел присутствующих. – Да ладно? – поперхнулся Головин и чуть не упал с крышки унитаза. – Так. Давай руку тебе перебинтуем для начала, – сказал Рома и потянулся за лежащей в нижним ящике тумбы аптечкой. – Зачем? – недоумевающе спросил Артём. – Ты же сказал ему, что сделал надрез, – пояснил Денис, стоящий в дверном проёме. – А, точно... Бинтуй тогда, – Тёма протянул Роме руку, и тот аккуратно принялся бинтовать огромное запястье Дзюбы. – Так, а я сбегаю к медикам. Скажу, чтобы подыграли. Саламыча я заранее предупредил, – протараторил Саша и выбежал из комнаты, уводя за собой и Ерохина.Детектив:
– Игорь? – постучавшись, спросил Марио и приоткрыл дверь. – Да, Марио, входи, – быстро ответил Акинфеев, нервно заталкивая что-то ногой под кровать. – Капитан, я не могу спать ночью. Какая-то проблема с убиранием звука, я слышать... – Марио замолчал, потому что заметил, как Игорь нервничает. – Что-то не так? – Звукоизоляция. Ты прав. С ней какие-то проблемы, я тоже слышу периодически то, что не хотел бы слышать, – протараторил Игорь и постарался успокоиться. Он тяжело дышал, будто только с пробежки вернулся, но тем не менее стоял в одних шортах. Значит, Марио не показалось. У Акинфеева и Дзюбы что-то происходит, обеспокоенный вид капитана только подтверждал эту теорию. Но вот... В смысле Игорь тоже слышит то, что не хотел бы слышать? Это какая-то уловка? – Что ты слышать? – на всякий случай спросил Фернандес. – Тебя и Дениса я слышу, Марио. Не волнуйся, всё в порядке. Разве что... Можно чуть-чуть потише, – Игорь повеселел, чувствуя свое преимущество. – Прости, Капитан, – смущённо проронил Марио и как можно скорее направился к выходу, а затем остановился. Его вдруг осенило, он быстрым шагом подошёл к Акинфееву и как можно увереннее произнёс: – Вам с Артёмом тоже стоит быть тише, вдруг проблемы звука не только в наших комнатах. Акинфеев напрягся. – Так, Марио, – начал он, но голос из-под кровати перебил его: – Слушайте, если вы такие Шерлоки и всё про всех знаете, можно я уже вылезу? Из-под кровати показалась голова Дзюбы, который вообще-то, насколько Марио было известно, сегодня утром уехал на небольшое медицинское обследование. Фернандес вздрогнул от неожиданности, а Акинфеев стал похож на спелый помидор, побагровев то ли от злости, то ли от стыда.Драма:
Акинфеев: *уходит из сборной* Дзюба: *страдает* Сашка: *страдает* Команда: *страдает* Саламыч и весь тренерский штаб: *страдает* Россия: *страдает* Весь мир: *страдает* Вселенная: *страдает* Акинфеев: "Не надо драмы"Дружба:
На самом деле, умение этих ребят при любых обстоятельствах оставаться друзьями и поддерживать друг друга во всех ситуациях поражает до глубины души! Да ладно, конечно, я шучу! Что ещё за дружба такая, если здесь только ЛЮБОВЬ?!Занавесочная история:
– То есть ты хочешь, чтобы мы сказали Игорю, что случайно перепутали комнаты, заигрались и сорвали штору? И всё это при том, что мы живем этажом выше? – на всякий случай уточнил Андрей. Дзюба кивнул. – И ты думаешь, это сработает? – вмешался Далер. Артём снова кивнул, прислушиваясь к чему-то. – Он идёт! – крикнул Дзюба и бросился в сторону ванной. Ребята переглянулись, поочередно покачали головой и пошли встречать предмет страха Артёма. Игорь спокойно вошёл в комнату, думая о чём-то своем, и вздрогнул, когда, подняв глаза, увидел встречающих его Лунёва и Кузяева. – Так, и что этот болван натворил в этот раз? – вздохнув, спросил Игорь и принялся взглядом искать Дзюбу. Безуспешно. Далер лишь кивнул головой в сторону свисающей шторы, а Лунёв взглядом указал Игорю на дверь в ванну. – Свободны, – шёпотом сказал Игорь, и ребята мигом покинули комнату "двух капитанов". Акинфеев мысленно досчитал от пяти до одного. Набрал полные лёгкие воздуха и с оглушающим криком "ДЗЮБА!" ворвался в ванную. Такая вот занавесочная история в жизни Артёма...Злобный автор:
– Так, вы, олухи! – с этими словами в столовую, где завтракали игроки сборной России по футболу, влетел главный тренер этой самой сборной – Станислав Саламович Черчесов. – Я ничего не делал! – тут же отозвался Дзюба, когда все взгляды устремились на него. – Мы тоже! – хором ответили Миранчуки. – Да заткнитесь вы! – шикнул на них Игорь и обернулся на тренера, – Что случилось, Станислав Саламович? – Какая-то чокнутая украла Чалова из молодежки! Женя звонил, сказал, что уже третий день не могут найти... Федя пошёл на встречу с какой-то девчонкой, интервью, видимо, собирался ей дать, но... ОНА ЗАТОЛКАЛА ЕГО В БАГАЖНИК И УВЕЗЛА ЧЕРТ ЗНАЕТ КУДА! НОМЕРА НА МАШИНЕ ЗАКЛЕЕНЫ! Напоследок она проорала что-то про то, что его в молодёжке совсем не ценят, и что она заберёт его туда, где он очень нужен, – крикнул Черчесов. Дзюба вскочил со своего места, схватил Зобнина за локоть и оттащил того в сторону. – Твою мать! Это совершенно точно та же девушка, что предложила нам план по возвращению Акинфеева! – как можно тише сказал Артём, косясь на бледнеющего Игоря. – Рома, что делать? – уже начиная паниковать, спросил Дзюба. – Что-то мне нехорошо! – во всеуслышание объявил Игорь. Артём сглотнул. Зобнин собирался что-то ответить, но Акинфеев упал в обморок, и Роме пришлось бежать за аптечкой. – Дзюба! Ты что-то знаешь! – заявил Саламыч, буквально просверливая Артёма взглядом. Зенитовец решил сделать вид, что не слышит тренера, и всеми силами пытался привести Игоря в чувства. Вдруг двери столовой хлопнули, и к толпе уверенными шагами начали приближаться Фёдор Чалов и какая-то девушка, которая что-то увлечённо рассказывала парню, он слушал её внимательно, кивал и улыбался. А потом девушка заметила, что футболисты откачивают Акинфеева и громко вскрикнула. – Вы что творите, мальчики! – кричала она, расталкивая ребят одной рукой, а другой утягивая Чалова за собой. – Игорь! Проснись! – приговаривала она, поглаживая капитана, лежащего на коленях Дзюбы, по голове, – Господи, говорила я тебе: "Федя, поехали сразу в Новогорск!", а ты: "Нет, можно я отдохну", наотдыхался? – на этот раз она обращалась к Фёдору. – Пааап, – Федя тормошил Игоря, – со мной всё хорошо! Пап! Саша Головин, который только проснулся и надеялся на сытный завтрак искренне ох... озадачился, когда увидел, что происходит в столовой. Он тут подбежал к Игорю, который уже потихоньку приходил в себя. Наконец-то подоспел Зобнин с нашатырём и врачом. Капитан был спасён. Чалов принят в сборную России. А девушка. Девушка всё это придумала... Её не сильно ругали, не переживайте.Исторические эпохи:
– Я не понимаю, почему я должен быть княгиней Ольгой! – в сердцах воскликнул Дзюба и, надув губы, отвернулся от Акинфеева. – Потому что ты хотел парные костюмы на Хэллоуин! А если я буду великим князем Киевским Игорем Рюриковичем, то ты просто обязан быть княгиней Ольгой! – объяснил ему Игорь. – Пусть он будет Олегом, – задумчиво протянул Лёша Миранчук, который нарядился в Ярослава Мудрого. – Что? Олегом? Почему? – Саша Головин, он же Святослав, не совсем понимал, что Алексей имеет ввиду. – Ну, Олег, опекун Игоря, они же любят такое, – подмигивая Игорю, пояснил Антон Миранчук, который теперь был Мстиславом Владимировичем. Игорь сначала хотел возразить, но Дзюба идею с удовольствием поддержал...Любовь/ненависть:
– "I hate you, I love you. I hate that I love you", – очень душевно пел Лёша Миранчук в том самом караоке, не сводя глаз с брата и сидящего рядом с Тошей Смолова. – Что мы сделали, Тоха? Вспоминай быстрее! Песня сейчас кончится! – паниковал Федя, в то время как Антон пытался понять, когда его брат научился петь.Мистика:
– Гоша, мне страшно! – вопил Рома Нойштедтер, казалось бы без всякой на то причины. Джикия отложил в сторону ноутбук и поднял взгляд на стоящего перед кроватью перепуганного Романа. – Что такое? – спокойно спросил Георгий, притягивая парня, который уже весь дрожал, к себе. – Что-то белое... Х-х-ходит по... По коридору и... В-воет! – собирая последние силы поведал историю своего испуга Нойштедтер и, во всех смыслах этого слова, вжался в Джикию. – Ну не бойся. Это всего лишь очередная депрессия Кутепова, – объяснил Георгий, но легче Роме не стало, потому что через несколько минут из соседней комнаты, в которой жили Зобнин и Кутепов, вновь начали доноситься какие-то ужасные звуки. Со звукоизоляцией правда какие-то проблемы...Мифические существа:
– Денни, почему Саша связан? И что он делать в наш комната? – спросил Марио, с ужасом наблюдая за тем, как Черышев чертит мелом вокруг стула, на котором сидел, поправочка – к которому был привязан Головин. – Нет времени объяснять, неси святую воду! – крикнул Денис и вытащил кляп изо рта Саши. – Черышев, я сейчас же пойду к Артёму и всё ему расскажу! – заорал Головин, пытаясь справиться с узлами, которые навязал Денис. Всё ещё ничего не понимающий Марио протянул Денису бутылку со святой водой. – Черышев, только попробуй, я тебя... – договорить Саше не дали. Денис начал поливать Головина святой водой, что-то бубня себе под нос. – Блять, да нет во мне демонов! – Так я тебе и поверил жалкое отродье! Не волнуйся, мелкий, я тебя спасу! Омнис... Дениса перебил звук хлопнувшей входной двери. Марио успел сбегать к Ерохину и рассказать ему, что между их парнями происходит что-то ужасное. Александр понял Марио не так... Поэтому он, ворвавшись в комнату Черышева и Фернандеса, тут же набросился на Дениса, повалив того на пол. Марио же бросился на помощь любимому. – Что здесь, мать вашу, происходит? – в дверях появился Артём. – Ну, Денис изгоняет из меня бесов, Саня мается какой-то ерундой, вместо того, чтобы мне помочь, а Марио спасает Дениса от Ерохина, – уже абсолютно безразлично ответил Головин, – Развяжи, а.Нестандартная поэзия:
И лампа не горит, И врут календари, И если с карточкой полез ко мне – Умри! ©И.В. АкинфеевОмегаверс:
– Отец... – Нет, Саша. – Но так нельзя! – Я не хочу это слышать! – уже почти кричал Артём, закрывая уши руками. – Но ведь... – вмешался Ерохин, но Дзюба перебил его: – Если вы произнесёте это, я обижусь и уйду! – Тём, ну рано или поздно это случается со всеми, – непривычно мягким голосом произнес Игорь и положил свои руки на плечи мужа. – Ради меня, Артём. Дзюба достаточно долго молчал, но потом тихонечко кивнул. – Отец, ты скоро станешь дедушкой! – радостно выпалил Сашка. – Неееет! Я ведь ещё так молод! – очень уж наиграно зарыдал Артём и спрятал голову на груди Игоря. А Сашка тут же оказался в объятьях Ерохина, который намеревался спрятать мелкого от нестабильного альфы. – На самом деле боятся тебе надо не отца, – шепнул Саша мужу, – Мне кажется, папа не просто так чересчур спокойный, он наверняка уже придумал как будет тебя убивать и помогать мне воспитывать ребёнка в одиночестве...Пародия:
Сборная до прихода Саламыча.Первый раз:
До ¼ финала дошли...Повседневность:
Пришёл – поорал – победил. Обычный день Станислава Саламовича Черчесова.Попаданцы:
"В восьмёрку лучших команд мира."Постапокалиптика:
– Что случилось? – буквально влетая в комнату Дзюбы и Акинфеева, спросил Газинский. – ЧП. Саламыч встал не с той ноги, – сглатывая подступивший к горлу ком, ответил Джикия и покосился на Игоря, который достал из-под кровати рупор. Капитан вышел из комнаты и двинулся по этажу. – Итак, внимание, Новогорск! Это не учебная тревога! Код "КРАСНЫЙ". Спасайтесь, кто может! Да сохранит вас Господь Бог, – объявил Акинфеев и, убирая рупор в рюкзак, оглянулся, – Чисто, пошли. После его слов парни вышли из комнаты и отправились практически след в след за капитаном. – ДЗЮБА! – послышалось с откуда-то сверху. Это был Станислав Саламович. – Игорь, – растерянно прошептал Артём, который немного отстал от остальных ребят. – Так, парни, новый план! Спасаем Артёма Сергеевича! Быстро все за мной!Пропущенная сцена:
Та самая сцена, когда Игорь Владимирович прощается с ребятами...Психология:
– Итак, Игорь, что побудило тебя сделать этот шаг? – Кутепов достал блокнот и поправил очки. – Ну, класс... Парни, мне не нужен психолог! Мне нужен хирург! – уже в отчаянии крикнул сидящий напротив него Акинфеев.Романтика:
– Что это? – испуганно спросил Кутепов, разглядывая дорожку из лепестков роз, ведущую прямиком к кровати. – Ну... – начал Зобнин. – Убери всё это! – фыркая, обронил Илья и скрылся в ванной. Рома растерялся. Он искренне не понимал, почему у других ребят в отношениях всё просто великолепно, а у него просто какой-то, извините, пиздец. Зобнин серьёзно не понимал, где так провинился, и за что его наказывают. Он ведь любил. Правда любил. Хотел каждую секунду проводить с любимым, но Илья вёл себя более, чем отстранённо. Порой Роме казалось, что его просто используют лишь для удовлетворения физических потребностей, а он такой дурачок взял и влюбился... – Ром, мне ждать тебя долго? – послышался голос Ильи из ванной. – Что? – в недоумении спросил Зобнин. – Давай тащи всё, что успел там собрать, сюда. Я соскучился уже. – А, я уже бегу, – Зобнин просто просиял. Схватил охапку собранных лепестков, бутылку вина, пару бокалов и скрылся за дверью в ванную...Соулмейты:
AU, в котором в возрасте 14 лет на плече футболистов появляется эмблема футбольного клуба, болельщиком или, может быть, даже игроком которого является его родственная душа. Преимущественно это тот клуб, с которым в жизни этого человека связано очень многое... У Дзюбы ЦСКА, у Игоря Зенит. У Кузяева тоже Зенит, и у Лунёва Зенит... У Смолова Локо, у Лёши Миранчука тоже Локо, впрочем точно так же, как и у Антона... У Ерохина вот ЦСКА, а у Головина Зенит. Александр часто шутит на тему того, что, если Сашка перешёл в Монако, значит что-то здесь не так, и скорее всего нужно присмотреться к Чалову... У Марио Реал (Денис объясняет это тем, что виной всему академия Реала, в которой Черышев провёл своё детство), а у Дениса ЦСКА. У Зобнина Спартак, у Ильи тоже Спартак, но он ни разу не говорил об этом Зобнину... У Нойштедтер, кстати, тоже Спартак, и у Джикии Спартак, потому что Рома до безумия любит всё то, что любит Георгий.Стёб:
Нас вот Игорь месяц назад классно стебанул. Здорово поржали тогда. То есть как это был не стёб?Стихи:
– Итак, стихотворение! – объявил Головин, взбираясь на стул. – Давай, сына, – хором заорали Дзюба и Акинфеев. – Я вас любил, любовь ещё, быть может, в моей душе... – В смысле "любил"? А ну слез и объяснился! – перебил его до предела возмущённый Ерохин.Ужасы:
А потом и Черчесов ушёл...Учебные заведения:
– Игорь, я сделал тебе немецкий, – Рома зашёл в комнату Акинфеева и протянул тому тетрадь. – Спасибо, Ром, не знаешь, кто может мат. анализ решить? Нойштедтер покачал головой. – Ладно, всё равно спасибо, – Акинфеев пожал Роме руку и проводил того к выходу. Стоило только двери закрыться, как Игорь тихонько выругался и пошёл обратно к столу. Нужно было разбираться с экономикой и мат. анализом. – Мой же ты студентишка, – прохихикал Дзюба, переворачиваясь на другой бок. Игорь хотел что-то ответить, но остановился на полуслове. Тетради. В них всё было решено. Он обомлел. – Не за что, – отозвался Артём, натягивая одеяло по самый подбородок.Фантастика:
Как-то Акинфеев и Дзюба сели поиграть в приставку Миранчуков против друг друга. То, что Новогорск остался цел – просто какая-то фантастика.Философия:
– Конец нам или нет, вот в чём вопрос... – Луня, встань в ворота, не позорься!Флафф:
Игорь вернулся в сборную, но, увы, не как игрок. Теперь он официально тренер по вратарям Сборной России по Футболу. Вот только ребята по-прежнему зовут его "Капитаном", Дзюба, кстати, не обижается, его парни зовут "Босс", ему это вполне нравится. Главное ведь, что любимый человек рядом. Между прочим не только у него... Однажды всё это станет нашей с вами реальностью, я вам точно говорю.Фэнтези:
– Остолбеней! – по всему этажу раздался голос выпрыгнувшего на Лунёва из-за угла Далера. – Кузяев, блять! Спишь сегодня на полу!Эксперимент:
ЧМ и Саламыч. Удался ведь...Экшен:
Тренировки Сборной. Игры вообще пиздец.Юмор:
"– В очко у нас другой вратарь пропускает!"
