Эксперимент

Был уже поздний вечер, улицы в Литтл Уингинге почти опустели, даже Дадли Дурсль со своей бандой давно разошлись по домам. Лишь один человек бесцельно бродил по темным улицам, не желая возвращаться домой, если так можно было назвать здание под номером 4 на Тисовой улице. В тускло освещенном переулке близ улицы Магнолий, прислонившись к садовой ограде, на асфальте сидел Гарри Поттер и рылся в карманах куртки в поисках пачки сигарет. Он зажег спичку и затянулся, наблюдая, как дым растворяется в воздухе. Внезапно он услышал резкий хлопок аппарации – прямо перед ним стоял Лорд Волдеморт. – Добрый вечер, Гарри, – небрежно протянул мужчина. В одно мгновение Гарри вскочил на ноги, уронив сигарету и судорожно пытаясь дотянуться до палочки в кармане. Но не успел, невидимые путы обернулись вокруг него, прижав к стене, а уже через секунду Гарри понял, что не может произнести ни звука. Как это возможно? Пока действует кровная защита, он должен быть в безопасности не только в доме родственников, но и за его пределами. – Успокойся, мальчик, ты в полной безопасности. Будь моя воля, конечно, не был бы, но увы, я не могу причинить тебе вреда. Любое действие, совершенное с плохими намерениями, лишь ударит по мне в ответ. Однако, я могу приходить с дружескими визитами в любое время. Теоретически, я также уверен, что могу обороняться, если ты решишь выкинуть что-нибудь. Так что, если я отпущу тебя сейчас, обещаешь, что не будешь нападать на меня, пытаться сбежать или будить всех вокруг? Гарри мог только кивнуть в ответ. У него все равно не было выбора, и он был уверен, что Темный Лорд говорил правду. Если бы он мог навредить Гарри, то уже легко бы расправился с ним. Волдеморт взмахнул палочкой и снял чары. – Какого черта тебе нужно? – спросил Гарри. Волдеморт изучающе окинул его взглядом красных глаз. – Твоя окончательная и бесповоротная смерть, но на сегодня лишь приятно провести время в твоей компании. Я слегка заскучал и подумал, что ты, возможно, тоже, так что решил, что ты будешь не против помочь мне в небольшом... эксперименте. Чисто из научного интереса, разумеется. Гарри нахмурился. – О чем ты? Ты действительно думаешь, что я буду тебе в чем-то помогать? Волдеморт подошел ближе, заставляя Гарри нервничать. – Эта поразительная связь между нами. Я чувствую твои эмоции, ты – мои. Как думаешь, что случится, если мы, скажем... займемся любовью? – к концу фразы его тон стал насмешливым. Гарри еще не успел осознать смысл его слов, как оказался прижат к стене, а холодные сухие губы едва ощутимо прикоснулись к его собственным. Помимо полного потрясения он почувствовал зарождающееся волнение, какое бывает у детей, когда они без спросу берут печенье из банки. И он не был до конца уверен, что это именно его эмоции. Волдеморт отстранился, и Гарри, немного придя в себя, резко оттолкнул его. – Ты свихнулся? – зашипел он, как только голос вернулся к нему. – Это что новость для тебя? – Темный Лорд никак не отреагировал на выпады мальчишки. Очевидно, он ожидал чего-то подобного. – В любом случае я не поверю, что тебе ни капли не любопытно. – Но... но... мы враги! Мы должны убить друг друга! И я ненавижу тебя! Ты что забыл, что убил моих родителей, чертов сукин сын?! Благодаря защите матери, Гарри не боялся говорить такое, но тем не менее отступил на шаг, заметив вспышку гнева в глазах Темного Лорда. Все же Гарри не мог отрицать, что... поцелуй... заставил его почувствовать себя живым. Он никогда раньше не рассматривал своего врага в таком ключе, но теперь, когда они заговорили об этом... Он медленно выдохнул и вдохнул, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. – Разве от этого не становится только веселее? Никто не узнает, все только между нами. Это будет наш маленький грязный секрет, – Волдеморт заглянул ему в глаза, считывая образы, которые против воли возникали на поверхности сознания Гарри. Волдеморт вынырнул из его мыслей, во взгляде мужчины читалось торжество, а губы скривились в усмешке. – Совсем не такие невинные, не так ли, Гарри? Значит мысль обо мне, лежащим под тобой, полностью под твоим контролем – это то, что заводит тебя. Ты хочешь сделать мне больно... пытать меня... Я никому не позволю чего-то подобного, но сегодня я весь твой, можешь делать, что хочешь... Ты удостоен большой чести, Гарри, надеюсь, ты понимаешь это. Гарри никак не мог собраться с мыслями, в голове было совершенно пусто, когда Волдеморт взял его за руку и сплел их пальцы вместе. Его решимость таяла с каждой секундой. Никто никогда не узнает... Его рука потянулась вперед, будто по собственной воле, и Гарри провел дрожащими пальцами по щеке Волдеморта, почти не удивляясь тому, насколько холодной была его кожа – почти как у трупа. Но все же он удивился, когда понял, что это не вызывает в нем отторжения, лишь интерес и любопытство. Всего лишь небольшой эксперимент... Прекрасно понимая, что Гарри сейчас полностью в его власти, Темный Лорд подтолкнул его на пару шагов назад и прижал к стене, продолжая смотреть ему в глаза. Убийца... – Ну и что, – пробормотал Гарри себе под нос и потянулся к своему врагу за еще одним поцелуем, приоткрыв рот и позволив языку Волдеморта пробраться внутрь. Гарри никогда раньше не замечал, что он раздвоенный, как у змеи. Поцелуй, слегка неуклюжий поначалу, с каждой секундой становился все более глубоким и страстным, языки сплетались в жарком танце, больше похожем на битву, питаемую взаимной ненавистью. Мир Гарри сузился до тонкого тела, тесно прижатого к нему, пока их эрекции притирались друг к другу. Он полностью потерялся в ощущениях, уже не понимая, где кончается он и начинается Волдеморт. Он никогда еще не испытывал ничего подобного. Никогда не чувствовал себя настолько в гармонии с кем-то, даже с Джинни... Джинни... его прекрасная милая Джинни... что он творит, предавая ее вот так? Волдеморт отстранился и нежно поцеловал его за ухом, прошептав: – Тише, ты не ранишь ее, если она не узнает. Гарри невольно поежился от горячего дыхания, коснувшегося кожи. Они зашли уже слишком далеко, нарушено слишком много негласных запретов. Слишком поздно останавливаться. Он оттолкнулся от садовой ограды и, сняв куртку, небрежно бросил ее на землю, наслаждаясь ощущением прохладного летнего ветра на коже. – Ненавижу тебя, – выплюнул он, голос сочился отвращением и презрением, и Гарри со всей яростью прижался ртом к губам другого волшебника, сталкиваясь зубами, прикусив кожу и чувствуя медный привкус ледяной крови на языке. – И я тебя, любовь моя, – жестко усмехнулся Волдеморт, разорвав поцелуй, тонкие губы были измазаны в крови. Он резко дернул Гарри на себя, вжимаясь в него бедрами, выступающие тазовые косточки болезненно терлись друг о друга, заставляя Гарри сдавленно стонать. Как всегда собранный, Волдеморт вытащил палочку и сделал несколько круговых движений вокруг них, все еще не отпуская Гарри, который выглядел встревоженным. – Что?.. – начал он. – Магло-отталкивающие чары, или ты хочешь, чтобы нас заметили? Кроме того я скрыл тебя от Надзора. Министерство не сможет отследить никакой магии, которую ты используешь в пределах этой улицы, по крайней мере, следующие пару часов, пока ты не покинешь это место. Может, теперь тебе будет немного легче находиться со мной наедине. Явно не ожидая ответа, Темный Лорд потянул ремень на штанах Гарри, не удосужившись избавить его от мешковатой черной футболки. Расстегнув на парне джинсы, он стянул их вместе с трусами до середины бедер. Почувствовав прохладный воздух между ног, Гарри взглянул на него большими зелеными глазами, словно олень, застывший перед фарами грузовика. Зелеными глазами цвета Авады Кедавры. Темный волшебник обвел взглядом встрепанного спасителя света и, видимо, оставшись довольным увиденным, медленно опустился на колени. Он, что собирался?.. Да. Мерлин, да. Гарри прислонился спиной к твердой каменной стене. Он еще никогда не был так доволен: великий Лорд Волдеморт стоял на коленях перед ним, одной рукой упираясь в стену, а тонкими пальцами второй – обхватив Гарри за член. Он поднял голову, с любопытством всматриваясь в лицо Гарри со злобным блеском в глазах, и, дразня, провел длинным раздвоенным языком по толстой вене внизу, чтобы сразу же взять его наполовину в рот, который был намного холоднее, чем мягкая вечерняя температура. Гарри резко вздохнул и не смог остановить сильную дрожь, охватившую все его тело. Он почувствовал, как Волдеморт самодовольно ухмыляется с его членом во рту. Гарри изо всех сил старался не дергаться, скребя пальцами по каменной стене. Он коснулся рукой Волдеморта, и его тут же прошиб холодный пот, стоило ему заметить, что тот все еще сжимает палочку в руке. Темный Лорд в ответ сплел пальцы свободной руки с гарриными и глубоко насадился на его член. Гарри приоткрыл рот, и из него вырвалось протяжное шипение, и он болезненно глубоко вонзил ногти в ладонь мужчины. Свободной рукой он потянулся к затылку Волдеморта, не давая ему двигаться. Его возбуждение лишь усилилось, когда другой волшебник начал кашлять и давиться, не делая попыток отстраниться. – Когда ты... сказал... что я могу... делать с тобой... что угодно... – хрипло пробормотал он, перестав давить ему на голову. Волдеморт позволил члену выскользнуть из его рта и снова поймал взгляд Гарри. – Я не позволю тебе убить меня или искалечить на всю жизнь, так что даже не пытайся, но кроме этого, да, что угодно, – сухо сказал он. – Мммм-хммм, – внезапно Гарри толкнул его назад так, что он тяжело приземлился на асфальт, и Гарри навис над ним с палочкой в руке. – Круцио! Лицо темного волшебника исказилось от боли, вертикальные полоски зрачков расширились, дыхание стало рваным, и ему пришлось прикусить губу, чтобы удержать себя от крика. Его тело корчилось и тряслось перед Гарри, который крепко прижимал его к земле, осознавая, что пусть тот и был чрезвычайно могущественным волшебником, Темный Лорд был до смешного слаб физически. Его шрам горел, он чувствовал всю боль своего противника, как будто это происходило с ним самим, но все это ощущалось как будто в отдалении, сквозь тонкую пелену. Очарованный, он впитывал в себя зрелище, открывшееся перед ним: расфокусированный взгляд, лихорадочные и неконтролируемые движения; тело волшебника выгибало так высоко, насколько позволяла гаррина хватка. – Прекрасно... – выдохнул он и прижался в долгом поцелуе к холодному безгубому рту, держа глаза открытыми и не сводя их с Волдеморта, который сделал несколько попыток удержать на нем взгляд, но ему удалось лишь на секунду, прежде чем новая волна боли обрушилась на него. Гарри, наверное, мог бы продолжать так часами, но вскоре он понял через связь, что пересек черту. Он снял проклятие, и Волдеморт сразу же прекратил сопротивляться, обмякнув, словно марионетка с обрезанными нитями, полностью истощенный и на грани беспамятства. Волшебник все еще непроизвольно вздрагивал, а его грудь вздымалась вверх и вниз, в попытках восстановить дыхание. – Ты в порядке? – прошептал Гарри, стоя на коленях и нежно прижимая мужчину, которого он так ненавидел, к своей груди в попытке успокоить его. В этот момент он никак не мог не пожалеть это слабое изможденное существо, дрожащее у него в руках. Ответа не было, но Гарри и без этого знал, что с ним все будет в порядке. – Не так уж и плохо, Гарри, – небрежно заметил Волдеморт, как только пришел в себя, и с комфортом откинулся обратно в объятия Гарри. – Вряд ли я сам смог бы лучше. Весьма интересный опыт. Я испытывал боль, но в то же время чувствовал насколько сильно ты наслаждаешься этим. Мы разделили удовольствие на двоих. Его слова вывели Гарри из себя, и сочувствие, которое он ощущал всего пару секунд назад, испарилось без следа. Вместо него пришло осознание, что это было не какое-то беспомощное существо, а монстр, которого люди боялись настолько, что отказывались произносить его имя вслух. – Иди на хуй. – Вообще-то я не против, если ты так этого хочешь, – тонкие руки змеями обвили шею Гарри и притянули его в удивительно нежный поцелуй. Гарри, не разрывая поцелуя, осторожно опустил Волдеморта обратно на землю, а затем отстранился и резким взмахом палочки разорвал мантию волшебника. Он блуждал взглядом по хрупкому телу перед ним: костлявое, обтянутое бледной, почти прозрачной кожей, сквозь которую были отчетливо видны переплетения вен. Гарри задержал взгляд на длинном глубоком шраме на груди. – Амелия Боунс, – объяснил Волдеморт. – Жаль, что она отказалась присоединиться ко мне. Мне бы пригодились Пожиратели Смерти с такими способностями. Она разорвала мои легкие, прежде чем я смог убить ее. Хорошая новость в том, что меня так просто не убить. – И правда хорошая новость. Безумно счастлив слышать это, – с сарказмом ответил Гарри. Волдеморт рассмеялся и порвал гаррину футболку знакомым заклинанием. Они поднялись и быстро избавились от остальной одежды. Гарри хотел оставить палочку в кармане, но заметив, что его параноидальный враг не намерен выпускать палочку из рук, решил сделать то же самое. Секунду спустя Волдеморт схватил его за волосы и решительно притянул в объятия. – Ты знаешь, что похож на труп? Холодный как лед, – заметил Гарри. – До сих пор тебя это не останавливало. Они целовались, снова, остатки былой нежности исчезли без следа. Волдеморт провел острыми ногтями по спине Гарри, разрывая кожу и пачкая пальцы в крови. Гарри хрипло застонал в поцелуй и притянул их ближе друг к другу, так что его эрекция оказалась между бедрами Волдеморта, а член другого волшебника был тесно прижат к его животу. Гарри провел руками по чужой спине, чувствуя, как ребра выпирают под пальцами, казалось, он может случайно сломать это хрупкое тело в своих объятиях. Он склонился к шее Волдеморта и провел по ней языком, слегка прикусывая. Темный Лорд откинул голову, давая лучший доступ, и Гарри продолжил вылизывать и кусать его шею, пока случайно не сжал зубы слишком сильно, вспарывая тонкую, как бумага, кожу. Он слизал кровь, медленно сочащуюся из раны, и притянул Волдеморта в еще один поцелуй, делясь с ним ощущением его собственной крови на языке. Гарри заметил, что от его действий Волдеморт возбудился сильнее, и по причине, которую сам себе не мог объяснить, почувствовал, как внутри него разгорается злая радость, смешанная с гордостью, ведь именно он был причиной этого. Он улыбнулся в чужие губы и заманчиво прижался бедрами к мужчине, и почти сразу же грубо оттолкнул его, так что тот едва не свалился на землю. – На колени, мой Лорд, – насмешливо велел Гарри. Волдеморт пристально посмотрел на него: взгляд холодных глаз требовал проявить уважение. Он гневно зашипел, но все-таки подчинился. Надменно повернувшись к Гарри спиной, он опустился вниз, уперевшись локтями и коленями в грязный асфальт. Каким-то невообразимым образом ему все еще удавалось выглядеть грациозно. Гарри мог сказать, что Темный Лорд, даже несмотря на то, что сам предложил это, не только не привык, но еще и чувствовал себя довольно некомфортно в подчиняющейся роли. И эта мысль только усилила его удовольствие, когда он резко и без подготовки вошел в него. Волдеморт заметно напрягся, но не выказал никакого другого признака дискомфорта, хотя благодаря их ментальной связи, которая сейчас стала сильнее, как никогда, Гарри знал, что он едва сдерживался, чтобы не закричать. Гарри до боли сжал чужие бедра, впиваясь ногтями глубоко в кожу, и начал грубо двигаться внутри. – Ненавижу, – повторил он надтреснутым голосом. – Ты разрушаешь все вокруг себя. Он толкался все быстрее, размазывая кровь. – Ты веришь, что все, что ты делаешь – путь к величию. Но нет, это просто безумие. Повинуясь внезапному вдохновению, Гарри резко взмахнул волшебной палочкой. Длинный болезненный порез расчертил спину Волдеморта – недостаточно серьезный, чтобы оставить шрам, но достаточно глубокий, чтобы причинить боль. – Посмотри на себя, ты едва похож на человека. Еще один порез лег поперек первого. – Монстр без совести и морали. И еще один. – Ты болен. Порез. – Отвратителен. Разрыв. – Чудовище. Разрез. – Убийца. Кровь размазывается по коже. – Ты убиваешь людей просто за то, что ОНИ ЕСТЬ! Ярко-красная на болезненно белом. – Ты заслужил это. Гарри накрыл ладонью все еще стоящий член Волдеморта. – И в глубине души, ты сам об этом знаешь. Резкими толчками, двигая рукой. – Говоришь, что ненавидишь грязнокровок, хотя твой отец был магглом. Еще один порез. – Ты ничтожен, так же, как он был ничтожен для тебя. И еще один. – Позор человечества. Кровь капает на землю. – Грязный полукровка. Рука на члене двигалась быстрее и жестче. – Лицемер. Порез. – Твои Пожиратели Смерти не поверили мне, когда я сказал им в Министерстве. Показались кости. – Я знаю правду. Позвоночник. – Ты ненавидишь себя. Они кончили в один и тот же момент, слившись воедино телом, разумом и душой. – Когда-нибудь ты попадешь в ад, Том Риддл. Одинокая слеза упала, никем не замеченная. Гарри вышел из него, левая рука была испачкана в крови и сперме. Он плавился в удовольствии от расходящихся волнами ощущений унижения и стыда, которые испытывал Волдеморт. Не говоря ни слова, темный волшебник поднялся на ноги и исцелил самые болезненные раны, еще один взмах палочки, и он уже полностью одет. Он подошел к садовой ограде и сел на то же самое место, где нашел Гарри этим вечером. С комфортом прислонившись к стене, он смотрел, как Гарри подбирает одежду и одевается менее удобным способом. – Не угостишь сигаретой? – спросил он, когда Гарри закончил. – Конечно. Гарри сел рядом и протянул ему сигарету, взяв одну для себя. Темный Лорд положил голову на плечо мальчика, отдыхая в теплых объятиях. – Ты же знаешь, что это ничего не меняет, – сказал он очевидное. – Знаю. – Неважно откуда я пришел, или какой путь выбрал. Я избавился от своего мерзкого маггловского отца и оставил его имя позади. Сейчас я Лорд Волдеморт. И в конце я стану Богом.