The story of one lost

⟢ 6 ⟣

      Чонгук за руку ведёт Тэхёна по большому торговому центру, пока младший смотрит то по сторонам, то на замок из рук. По сторонам он смотрел лишь потому, что не привык ходить вот так вот с парнем за руку на людях. Но, кажется, никто не был против, потому что за всё время Тэ не заметил ни одного осуждающего или испуганного взгляда, направленного на них.       Они уже забрали вещи Тэ у Чимина с Юнги. И вообще Чонгук думал, что их много, но на самом деле их оказалось совсем мало. А когда он спросил, почему у Тэ так мало вещей, тот лишь смутился и сказал, что ещё не успел толком обжиться. И тогда план Чонгука съездить в торговый центр приобрёл ещё больший смысл.       Тэхён всё рассматривал. Когда в прошлый раз они с Юнги-хёном ходили за телефоном, Тэ толком и разглядеть ничего не успел, а сейчас Чонгук шёл рядом и сразу же отвечал на возникающие у парня вопросы.       Когда Чон завёл Тэхёна в магазин с одеждой, тот сначала смутился и сказал, что ему ничего не нужно.       — Тэхён, у тебя из одежды нет ничего толком. Дома ты, конечно, можешь носить мои вещи, но и свои тоже не помешают. К тому же совсем скоро зима, в пальто от холода не скроешься, — сказал Чонгук и потащил младшего вглубь магазина, пока тот отговаривался и говорил что-то о том, что ему совсем не хочется, чтобы Чон тратился на него. Но старший лишь отмахнулся на это, уже выбирая пуховик и интересуясь у младшего, какой нравится больше: бежевый или чёрный.       А потом они ещё часа два ходили по продуктовому отделу. Тэхён в таком большом магазине ещё не успел побывать, от такого большого количества продуктов глаза разбегались, а некоторые парень и вовсе видел впервые. Чонгук лишь смеялся, когда видел выпученные глаза чуда и по возможности объяснял, что это, хотя часто попадались и такие продукты, которые и сам Чон никогда еще не пробовал.       В конце концов они вышли с огромным пакетом продуктов, который тут же поспешили отнести в машину. А после Чонгук сказал:       — У меня есть ещё одно место, куда я хотел сходить, — мужчина тут же взял тэхёнову руку в свою и повёл ничего непонимающего парня к лифту, чтобы снова подняться в торговый центр.       Пока они гуляли по нему, Чонгук успел подметить, где находится магазин, в котором продавали всё для творчества, поэтому сейчас он нажимает на кнопку третьего этажа. Он ещё с самого утра задумал это. Раз уж Тэхён хотел бы попробовать себя в искусстве, почему бы ему не начать? Вдруг это и правда его призвание? Не просто так ведь глаза Тэ светились, когда Чонгук предложил сходить на выставку!       Когда Тэхён понимает, куда привёл его Чонгук, глаза загораются сами собой. Они стоят перед магазином, на вывеске которого изображена палитра с кисточкой.       — Так вот что за сюрприз? — улыбаясь, спрашивает парень, когда Чонгук открывает перед ним прозрачную дверь. Глаза разбегаются. Вон там стоят кисти, там краски, в другом месте карандаши, а вон там вообще непонятное что-то… Кажется, мольберт? Вроде это так называется. Тэхён тянет Чона за руку и ведёт к первой же стойке, рассматривая кучу карандашей разных цветов.       А потом Тэхён понимает, что совершенно не знает, с чего начать. Ну не брать же ему сразу какие-то дорогущие карандаши с красками? Да и разорять Чонгука совсем не хочется, учитывая, что тот и так сегодня потратил на него кучу денег в магазине с одеждой. Наверное, нужно начать с чего-то простого. Простого…       Тэ ищет стойку с простыми карандашами, а Чонгук идёт следом и немного отстаёт, когда к ним подходит консультант и спрашивает, не подсказать ли им чего-нибудь.       — Нам бы что-нибудь для начинающих, — говорит Чонгук, наблюдая, как Тэхён рассматривает магазин.       — О, тогда вам нужен альбом, карандаши… — консультант ведёт Чонгука, и когда они проходят мимо Тэ, Чон берёт его за руку, чтобы не потерялся. Консультант приводит их к нужной стойке и долго что-то объясняет. Тэхён впитывает информацию о разновидностях карандашей, красок, бумаги, а Чонгук лишь следит за парнем и подмечает, что среди художественных принадлежностей Тэхён выглядит правильно. Также он выглядел и на выставке. Будто создан для этого. Наверное, так и есть, раз его тянет к искусству.       В конце концов они стоят у кассы, пока продавец пробивает набор карандашей, ластики и довольно толстый скетчбук. Тэхён счастливо улыбается, когда берёт в руки вещи и уже тянется к щеке Чонгука, чтобы отблагодарить поцелуем, но вспоминает, что они в магазине, вокруг куча людей. Поэтому он тушуется и отходит от старшего чуть дальше, чем был до этого, но всё также тепло улыбается и тихо бормочет «спасибо». Чонгук, конечно, заметил метания Тэхёна, поэтому, быстро поблагодарив продавца, выводит парня из магазина за руку, пока тот листает альбом и гладит руками ещё чистые белые страницы.       В лифте Тэхён вдруг понимает, что Чонгук за всё время, пока они были вне магазина, не сказал ни слова. А ведь до этого всё что-то говорил, советовал, улыбался. Тэ сначала смотрит на их сплетённые руки, пытается понять, что вызвало в Чоне такую перемену, а потом понимает, что мог сам стать причиной.       И только когда они уже сидят в машине, Тэ осмеливается сказать тихое:       — Ты из-за меня расстроился? — и почти сразу слышит, как тяжело выдыхает Чонгук.       — Ох, нет… Прости, я просто… Я понимаю, тебе тяжело. Я заметил, как ты потянулся ко мне в магазине. Ты не должен бояться этого, ладно? — Чонгук поворачивается к Тэхёну и берёт его руку с меткой в свою, большим пальцем поглаживаю мягкую кожу. Голова Тэ опущена. Переживает? Чонгук аккуратно поднимает голову парня и мягко улыбается. — Только не переживай из-за этого, ладно? Тебе просто нужно время, а я помогу. Я же говорил утром, чтобы ты не сдерживался, если вдруг захочешь что-то сделать.       Тэхён кивает и вроде как немного расслабляется. А потом вдруг тянется к Чонгуку и всё-таки оставляет на щеке лёгкий поцелуй, после чего шепчет:       — Спасибо тебе большое.       Чонгук улыбается и думает, что Тэхён очень даже неплохо уживается и потихоньку привыкает. Он ведь не был особо против, когда Чон держал его руку. А это уже какое никакое продвижение. Да и в общем Тэ стал намного общительнее, разговорчивее с Чонгуком.

❊❊❊

      Остаток вечера они провели дома. Чонгук учил Тэхёна пользоваться телефоном и с нескрываемым удовольствием обнаружил, что тот уже совсем неплохо с ним справляется (нужно отдать должное и сказать спасибо Юнги). Чонгук также вбил себя в контакты к Тэ, подписав себя «Чонгук-и», научил того отправлять сообщения, объяснил что к чему и сказал, чтобы, когда у парня будет время на работе, тот обязательно писал. И вообще, если что-то случится, то первым звонил Чонгуку.       После Чон принялся проверять курсовые. Тэхён же вспомнил про купленный скетчбук и карандаши, поэтому прямо сейчас сидел на диване рядом со старшим и, пока тот проверял очередную работу, черкался на листах, пытаясь нарисовать то, что его окружает. Первой под его прицел попала полка с книгами. Парень старательно выводил линии, но все никак не выходило то, что он видел вживую. Вроде бы да, полка, но все равно не то. Так он сидел около двадцати минут. А потом Чонгук, заметив, что у Тэ ничего не выходит, откинулся на спинку дивана и с минуту понаблюдал за действиями парня.       — Можно? — вдруг спрашивает Чонгук, кивая на скетчбук. Тэхён улыбается чуть вымученно и кивает. — Я некоторое время ходил в художественную школу. И там кое-чему научился, — а потом Чон около получаса рассказывает Тэхёну о всяких правилах рисования. И на удивление старшего, Тэхёну очень легко далась перспектива, которую он сам понять в юношестве смог с трудом.       — Ну, как-то так, — говорит Чонгук, протягивая Тэхёну скетчбук с записями и лёгкими набросками той самой полки, которую парень не мог нарисовать.       — Спасибо, Чонгук-и, — улыбается Тэ, рассматривает аккуратный почерк Чона. — У тебя красивый почерк, — его голова сама собой тянется к щеке Чонгука. Тэхён краснеет, но оставляет на щеке уже второй за этот день поцелуй. Чонгуку же кажется, что сердце сейчас выпрыгнет. Мужчина улыбается, притягивает Тэхёна ближе, оставляет на кончике носа свой поцелуй, наблюдает за тем, как жмурится младший. Потом Тэ открывает глаза и замечает, что находится так близко с Чонгуком, что вот-вот и носы столкнутся. Он смущается, но не отодвигается, потому что нравится сидеть в объятиях Чона, нравится поддаваться желаниям. Он поднимает руку и пальцем изучает лицо Чонгука. Проводит сначала по скуле, потом по левой щеке, на которой виден маленький шрам.       — Упал в детстве, — отвечает Чонгук на немой вопрос в глазах младшего, а потом ощущает, как пальцы Тэхёна легко касаются носа, проводят линию по бровям, спускаются по правой щеке вниз и уже почти невесомо касаются губ. Дышать становится тяжело, сердце грозит вырваться из груди и Чонгук точно знает, что Тэхён тоже чувствует это. Младший убирает руку от лица Чона, кладёт её на широкую грудь, но сразу убирает, потому что сердце старшего сейчас бьётся также быстро, как и его собственное.       — Ты красивый, — тихо говорит Тэхён, а потом смущенно отводит глаза, потому что слишком сложно удержать взгляд глаз напротив.       — Ты тоже, Тэхён-а, — улыбается Чонгук, а потом ослабляет объятия, потому что ощущает, что ещё немного, и не удержится, не сможет просто так оставить это чудо без поцелуя. — Ты не голодный?

❊❊❊

      …Все так реалистично… Снова выстрелы слышны вдалеке, снова окутывающая темнота и одиночество, снова чувство тяжести и нестерпимой физической боли. Но что ещё хуже — душевная боль. Из-за нее хочется вырвать душу наружу, лишь бы чувствовать только физическую боль, ту боль, которую пережить намного легче. Тело, лежащее на коленях, ещё тёплое, и Тэхён, кажется, чувствует, как сердце делает последние удары. Хотя это ведь невозможно… Конечно, нет. Он уже мертв. Но поднять голову и посмотреть, кто лежит на его руках, Тэхён не может. Нет. Это слишком тяжело. Кажется, что ответ Тэхён знает, а от того и поднять голову, чтобы удостовериться, сложнее. Ощущение, словно её вниз тянет камень… Но Тэхён знает, что лишь посмотрев в глаза своему страху, он сможет с ним расправиться. Поэтому собирается с силами и, словно в тумане, начинает поднимать голову. Видит темные волосы, размытые очертания острых скул, а дальше…       Тэхён внезапно просыпается и тяжело дышит. По щекам катятся слёзы, а руки дрожат. Парень смотрит на время. 2:43. Голова тяжелая, а тело никак не может подняться. Но очень хочется пить… А ещё хочется забыть этот сон, что преследует его уже на протяжении почти трех недель. Он — тот кусочек Тэхёна, который остался от того мира. Он — напоминание о прошлой жизни, которую хочется стереть из памяти и никогда уже больше не вспоминать.       Тэхён откидывает одеяло и вздрагивает от холода, чувствует, как по спине блуждают мурашки, а потом встаёт, открывает дверь и, как можно тише, идёт на кухню. Темнота лишь давит на тяжелое состояние парня, окутывает и не дает выбраться из плена старых воспоминаний. Ощущение, словно Тэхён всё ещё во сне. Там точно также темно.       Дверь в комнату Чонгука открыта, мужчина уже давно спит, поэтому Тэ старается тихо пробраться на кухню, чтобы не разбудить его. Но руки, как назло, трясутся, глаза всё ещё на мокром месте, поэтому всё расплывается. Тэхён наливает воду в стакан, но задевает его графином и по квартире разносится довольно резкий громкий звук. Тэ жмурится и, ругая себя в мыслях и надеясь, что Чонгук спит крепко, ставит графин обратно. А потом уже хочет попить, когда слышит шаги в сторону кухни.       Парень поворачивается и видит в темноте очертания Чонгука. Но из-за сна ему всё ещё не по себе, поэтому он неосознанно пятится назад от страха. А после, когда Чон выходит на лунный свет из окна, Тэ выдыхает, когда видит, что это всё-таки он. Чонгук сонно смотрит на Тэхёна, трет переносицу и бьёт себя по щекам, пытаясь понять что происходит.       — Ты чего не спишь, Тэ? — хрипло спрашивает Чон, ещё толком не понимая происходящего.       — А… да просто не спится, — да, Тэхён врет. Да. Но он совсем не хочет, чтобы Чонгук волновался за него. Просто в следующий раз он наконец-то поднимет голову и узнает, кто лежал на его коленях. А потом сон пройдет. Это ведь просто сон, верно? Да. Поэтому Чонгуку не обязательно знать о нём. Но проклятые глаза выдают его с потрохами. Чонгук замечает, как неестественно они блестят в лунном свете, наконец-то полностью просыпается и подходит ближе к Тэ, заглядывает в красные от слёз глаза.       — Ты плачешь, — Чонгук удивляется, то ли спрашивает, то ли утверждает это. А Тэхён уже хочет сказать, что всё совсем не так, но сдерживаться становится труднее. Он роняет голову, чувствует, как слезинка катится по щеке, а потом бесшумно падает на пол. А за ней следующая, и ещё, и ещё… И он на самом деле старается сдерживаться и не поддаваться отчаянию, но не получается, становится лишь хуже. Чонгук осторожно поднимает голову Тэ и стирает с щек слёзы.       — Тэхён-а, что случилось? — но в ответ лишь молчание и шмыганье носом. А потом Тэхён вдруг прижимается щекой к груди Чонгука и обнимает мужчину. Нет. Не обнимает. Он буквально хватается за него, чтобы не упасть в пучину страшных воспоминаний. Потому что сон такой реалистичный, будто бы Тэ и правда находится там. Вдруг сон — это то, что происходит с ним сейчас? Что, если на самом деле Тэхён всё ещё живет в том мире, а во снах живет в этом мире? Он обнимает Чонгука крепче, чувствует, как крепкие руки обнимают его в ответ, но из-за этого плачет лишь сильнее.       Чонгук поглаживает по голове и пытается объятиями спрятать парня от внешнего мира. Сказать, что Чон переживает — ничего не сказать. Видеть слёзы Тэхёна для него — худшее, что может быть. Это он понял ещё в тот вечер, когда Тэ рассказал о прошлой жизни. Но когда Тэхён плачет, и не говорит из-за чего, это ещё хуже. Чонгук ведь понимает, что Тэ ему не всё рассказал. Не рассказал, что было до того, как попасть сюда. Но все ведь знают, для того, чтобы потерянный мог попасть в мир к соулмейту, он должен пережить боль. Очень сильную боль. Что, если Тэхён плачет из-за этого? Что, если боится и не говорит? Что, если он плачет так по ночам всё время, пока был тут? Стоит ли спрашивать? Расскажет ли Тэхён? Всё, что может Чонгук — быть рядом и успокаивать, ждать, когда Тэ сможет раскрыться полностью и рассказать. А сейчас парень уже успокаивается. Он отодвигается от Чонгука, потирает нос и шмыгает, но уже не плачет.       — Прости, я разбудил тебя, — тихо говорит Тэ.       — Ничего страшного, Тэ. Тебе лучше? — Тэхён кивает в ответ. — Я сейчас нагрею чайник и ты мне расскажешь, что произошло, хорошо?       Тэхён снова кивает, выбирается из объятий Чона и садится на стул, подбирая ноги и кладя на колени голову. Наблюдает за старшим. Чонгук включает маленький свет, ставит чайник, потом достает из шкафов печенье, заваривает чай, кладет в одну кружку две ложки сахара, а в другую всего одну, ставит на стол.       Внутри Тэхёна сейчас что-то непонятное. Он жалеет о том, что Чонгук увидел его в таком состоянии и теперь будет беспокоиться, но в то же время Тэхён рад, что мужчина оказался рядом. Потому что только в его объятиях удалось успокоиться и поверить, что всё, что с ним происходит здесь — реально. Поэтому Тэхён очень хочет обнять Чонгука и поблагодарить его. Внутри расцветает что-то теплое.       Чонгук сидит рядом и наблюдает за тем, как Тэ отпивает немного чая, ставя трясущимися всё ещё руками кружку обратно. И Тэ уже хочет убрать руки, но Чон берёт их в свои и вдруг оставляет нежный поцелуй.       — Тэхён, я не знаю, из-за чего это произошло, не стану спрашивать, потому что знаю — ты не расскажешь. Но прошу, не скрывай от меня, если тебе плохо. Я всегда буду рядом, — и снова оставляет на пальцах поцелуй. Тэхён опускает голову снова.       — Я заставляю тебя переживать… Прости.       — Ох, Тэхён-а, ты не должен за такое извиняться.       — Мне снился сон, — неожиданно для самого себя начинает рассказывать Тэхён. — Он… он связан с моей прошлой жизнью. Я не хочу рассказывать о чем он, но… Чонгук, спасибо, что ты оказался рядом. Я боялся, что всё ещё во сне, боялся, что все, что происходит тут, на самом деле сон. Боялся, что тебя нет…       — Я всегда буду рядом, маленький, — Чонгук вдруг усаживает Тэхёна на свои колени. — Это меньшее, что я могу сделать для тебя. Пей чай, Тэхён-а. Когда мне снятся плохие сны я обычно пью чай, и тогда все прекращается.       Тэ послушно берёт в руки кружку и снова немного отпивает. Тепло и спокойствие расплывается по телу, а когда в кружке почти ничего не остаётся, на тело уже накатывает усталость. Сначала прогулка по торговому центру, которая принесла много новых эмоций, после этот сон. Всё это выбивает силы. Чонгук улыбается, глядя на то, как мило Тэ пытается не закрывать глаза. Мужчина моет кружки, убирает печенье в шкаф, а когда разворачивается, видит, что Тэ уснул. Будить чудо не хочется, поэтому Чонгук подхватывает парня на руки и несёт в комнату, укладывая в кровати и накрывая большим одеялом. И уже собирается уйти, когда внезапно слышит сонное:       — Чонгук-и, не уходи…       Чон оборачивается, не верит своим ушам. Он думал, что Тэхён попросит его остаться с ним не так быстро. Но, видимо, из-за нехватки поддержки, он всё-таки поддается желаниям быстрее, чем Чон думал. И, наверное, сказывается усталость.       Тэхён сам не понимает, от чего вдруг возникло такое желание, но почему-то отпускать старшего не хотелось. Хотелось заснуть и проснуться в его объятиях, чтобы знать, что он рядом. Но всё это одновременно пугало и смущало, поэтому, когда Чонгук медленно подошел к кровати, Тэхён сжался в комочек и лёг на самый краешек.       Чонгук аккуратно ложится на кровати и, замечая, как нервничает Тэ, притягивает его к себе.       — Все хорошо? Точно хочешь, чтобы я остался? — спрашивает Чонгук, поглаживая плечо Тэхёна.       — Да, Чонгук, — Тэхён, неожиданно даже для самого себя, прижимается к Чонгуку сильнее.       Чон оставляет лёгкий поцелуй на руке парня, затем ещё и ещё, и так до тех пор, пока не почувствовал, что его мальчик расслабился, полностью отдаваясь незамысловатым ласкам. Чонгук улыбается, прижимает Тэхёна к себе ближе. Сам Тэхён ластится, утыкается в широкую грудь Чонгука и млеет в объятиях. Мужчина ещё долго перебирает волосы Тэхёна, шепчет нежные слова и целует там, где придется. В конце концов Тэхён почувствовал, что начинает засыпать. Тело наливается тяжестью, веки держать открытыми уже труднее…       — Засыпаешь? — заботливо спросил Чонгук. Почувствовал, как Тэхён кивает немного и укладывает того удобнее, себе на грудь. Сам обнимает за талию. — Спи, Тэхён-а. Спокойной ночи.       И Тэхён проваливается в сон. На этот раз кошмаров о прошлом времени и жизни нет.