Не буди во мне зверя

— Марисса! Где ты пропадала? — Воскликнула Лухан, кинувшись обнимать подругу, когда та вошла в до боли знакомый бар. — Я уже подумала, что отношения с новым парнем настолько тебя проглотили, что ты и не вернёшься.       Марисса натянуто улыбнулась, понимая, насколько слова Лухан были близки к истине. — Давай рассказывай, я ведь правильно поняла, это тот симпатяга Пабло, с которым ты целовалась на глазах у всех? Просто твои сообщения были немного сумбурные… — Да, это он. И тут нечего рассказывать, — выдохнула Спиритто, щеки которой залились легким румянцем, вспоминая тот злополучный вечер, изменивший все ее восприятие этого мира, усаживаясь за столик. — Мимолетное увлечение, закончившееся ничем.       Разочарование, появившееся на лице Лухан тут де переросло в волну эмоциональной речи: — В смысле ничем? А как же буря страстей, что накрыла тебя так неожиданно? Любовь с первого взгляда, которая перевернула твою жизнь? — Цитировала сообщения, которые получала от подруги, Линарес. — Это ведь твои слова. — Я так писала? — округлила глаза Рыжая, понимая, что Пабло был весьма красноречив, ведя переписку с ее подругой. — Я явно преувеличивала. Свежий воздух затуманил мой разум. Не бери в голову.       Но Лухан не собиралась отступать и, придвинув стул ближе, уставилась на девушку. — Не бери в голову? Да я тут вся в нетерпении была, а ты отнекиваешься. Я ведь и обидеться могу, — начала шантажировать Лухан, надув губы.       Понимая, что отвертеться не получится, Марисса приняла решение рассказать часть истории, оставив «за кадром» главную составляющую, а именно то, что «любовь ее жизни» вампир.  — Ладно. После той дискотеки я поняла, что Пабло весьма неплох… — Как-то ты скромно о нем отзываешься, — подозрительно посмотрела Лухан, недовольно постукивая ногтями по столу. -» Он сводит меня с ума», «Я дрожу от его прикосновений»…       Похоже Паблито совсем не скромничал в эпитетах в отношении себя. — Да, именно не плох, — твердо ответила Марисса, не обращая внимания на ремарки Лухан. — Поддавшись порыву, да ещё и в состоянии печали, я поехала с ним за город. Пообщались, отдохнули на природе. — Иии? — Не отставала Линарес. — И все. Я поняла, что мы с ним слишком разные и вернулась в город. — Но девственность ты потеряла, надеюсь, — Лухан всегда отличалась своей прямолинейностью. Но по слегка растерянному взгляду подруги и ее поджатых губ, она смогла сделать вывод, не дожидаясь ответа, — не может быть! Нет? Ты что фригидная? — Нет, и хватит уже об этом, — замотала головой Спиритто. — Хорошо. Сейчас мы закончим этот разговор, но позже ты мне расскажешь всю правду! — Линарес, Спирито, почему прохлаждаемся на рабочем месте, — только что подошедший Джино прервал беседу девушек. — Посетители начинают ждать! — Уже идём, — Марисса встала со стула. — В смысле идём? — Удивилась Лухан, глядя на рыжую. — Ты снова устроилась в бар? Я подумала, что ты бросила эту работу. Ты достойна лучшего. — Мне нужны деньги, ты и сама понимаешь. А тут я все и всех знаю. Да и ты посмотри на Гвидо. Девочки повернулись в сторону бара, где сейчас в поте лица трудился Лассен, временно заменяющий обязанности бармена. Среди гвалта толпы и музыки четко раздался звук разбивающегося стакана. А вслед за ним и гневный голос Джино: — Лассен, вычту из зарплаты! — Скоро я без зарплаты останусь, — пробурчал под нос брюнет, убирая осколки, попутно выслушивая от посетителя жалобу на то, что тот перепутал водку с виски. — Ну-ка, прочь из-за моей барной стойки, — наигранно скомандовала Спиритто, подойдя со спины к Гвидо. — Мариссита! — Обрадовался он, увидев перед собой девушку, и кинулся ее обнимать. — Ты вернулась, ура! Гвидо не долго думая, сдернул с футболки бейдж с именем «Марисса, бармен», который нацепил на время работы за стойкой, и вручил его девушке, поменявшись с ней местами, тем самым передавая ей все барменские полномочия, и со словами «девочки, Гвидо идет,» отправился в глубь танцпола. — Гвидо не меняется, — посмеялась Марисса, глядя ему в след. — Все тот же балагур. — Это точно, — согласилась Линарес. — Хотела спросить, — рыжая вдруг немного замялась, — а Томас… Но Лухан даже не дала закончить предложение, видев, кау подруга мнется с ноги на ногу: — Больше здесь не работает. Его застукали, когда он брал деньги из кассы. — Так значит, Пабло говорил правду насчёт него, — тихо произнесла Марисса сама себе, но Лухан все хорошо слышала, и любопытство девушки в очередной раз начало себя проявлять. — Так что там говорил твой Пабло? — Не мой, и ничего особенного. Только то, что Томас таскал чаевые. — О да, — согласно закивала девушка. — Из общей копилки постоянно пропадали банкноты. Но потом, когда правда вскрылась, все поняли, кто тут крыса. И знаешь, хорошо что у вас с ним ничего не зашло далеко. Не хватало еще альфонса пригреть на груди. А вот с Пабло, до куда дошло? — Лухан, перестань, — закатила глаза Марисса, и отвернувшись от подруги, начала прибираться на полках, где Гвидо успел навести беспорядок. — А что такого? Совершенно нормальный вопрос, — пожала плечами Линарес, вновь оставшись без подробностей интимной жизни своей лучшей подруги. Началась та самая обыденная жизнь, что была до всего того, что случилось с Мариссой. Бар, коктейли, посетители, среди которых были все те же лица, грубость Джино, звук шаров на бильярдном столе. Все было так, словно она никуда и не уезжала. Привычно и… Пожалуй, все. Лухан периодически пыталась лезть с расспросами, но слышала в ответ лишь глупые отмазки. Рассказать все подруге о Пабло было нельзя. Она, конечно, доверяла ей, но это был не её секрет. И пусть она не давала ему никаких обещаний, чувство такта и понимания были частью ее характера. Она пыталась все забыть, вычеркнуть из памяти, как что-то ненужное. Но чем больше она старалась это сделать, тем чаще она думала об этом. Хотя, в какой-то момент, Мариссе удалось отодвинуть на задний план одинокого вампира. — Сантьяго, как Ваша жизнь? — Радостно спросила Марисса старого знакомого, когда тот появился возле барной стойки. — Вы сегодня такой… Красавчик. Заигрывающим, но при этом дружеским тоном говорила девушка, ни капли не приврав. Мансилья и вправду выглядел отлично. Чистые волосы аккуратно убранные в хвост, лицо выбрито до блеска, наглаженный костюм, но главное глаза, которые просто светились счастьем. Раньше она никогда не видела его таким. Одинокий по жизни мужчина, пришел в бар, ставший за последнее время ему пристанищем, чтобы рассказать о том, какие изменения произошли в его жизни. — Марисса, как же я рад тебя видеть, — мужчина со светлой улыбкой присел за стойку, — я пришел поделиться своей радостью. Мне на днях позвонили из Национального колледжа и пригласили на должность преподавателя философии! — В самом деле? — Не верила своим ушам девушка, — Вы же так и не пошли на собеседование? — Я и сам был крайне удивлён. Но когда я пришёл туда, то по ходу разговора я понял, что некий сеньор, имени к сожалению я так и не узнал, заручился за меня. Я не знаком с такими людьми, которые могли бы так просто помочь с работой в таком месте. Я несколько раз переспросил, не путают ли они меня с кем-то другим. Но в ответ я лишь слышал, что им нужен именно я. Это просто чудо! — Чудо? — Происходящее казалось странным Мариссе. Никому не нужный бывший преподаватель, вдруг стал таким необходимым в один из самых лучших учебных заведений страны. Причем, они сами ему позвонили. — А Вы точно не слышали имени того, кто за Вас поручился? — О нет, Марисса, если бы я только знал, кто этот человек, то я бы непременно отблагодарил его за такое доверие, но я и представить не могу, кто бы это мог быть. — Сделай мне коктейль, какой-нибудь освежающий, только безалкогольный. Завтра на работу, так что, нужно быть свеженьким, как огурчик. Да и пришел я сегодня сюда только чтобы рассказать о своей новости. Как же было приятно готовить для Сантьяго безалкогольный мохито. — Держите, — передала она ему стакан с напитком, — я очень рада за Вас. — Спасибо, как же важно, когда в тебя верят. Сразу хочется жить так, чтобы не подвести. — Да, — согласно кивнула барменша, — и я уверена, что Вы не подведёте. Мягкая улыбка девушки только скрасила хороший вечер этого человека. — Вот же подфартило Мансилье, — с долей усмешки, подойдя в перерыве между заказами к барной стойке, прокомментировала Лухан новость от их уже бывшего постоянного клиента. — Просто еще есть справедливость на свете. — Просто есть связи, возможно Мансилья уже и забыл, как под пьяную дудочку рассказал о своей проблеме какому-нибудь чинуше. — Ну конечно, — воспротивилась Марисса, — можно подумать, у нас часто такие люди заходят. — Может и не часто, но заходят. Да и не всегда ты знаешь, кто скрывается под простой футболкой или рубашкой, водила автобуса или бизнесмен. Проводив подругу взглядом, когда та пошла обслуживать очередного клиента, Марисса задумалась над ее словами, как вдруг она вспомнила, как обсуждала эту ситуацию с Пабло и то, как после он о чем-то разговаривал с Мансильей. Так неужели он помог ему? Ведь он обладал даром убеждения и мог легко это сделать. Эта мысль закралась в самые глубины сознания и не давала покоя. А сначала казалось, что она успела забыть встречу в баре с голубоглазым парнем, изменившим все ее представление о природе вещей, о жизни и смерти. Глаза, такие особенные. Как говорил Пабло, родной цвет глаз меняется на кристально-голубой. Интересно, какого цвета они были у него до того, как он стал не человеком. Или он все же человек? Другой, но человек. Есть же люди-альбиносы или рождаются с шестью пальцами, или вегетарианцы. А тут иногда вырастают клыки. И то, не часто, наверное. Но это можно контролировать. Или нет, как тогда, когда контроль был потерян и он чуть было не растерзал ее. И опять же, в происшествии в лесу, Пабло выбрал ягуара, а не ее. Человеческая часть оказалась сильнее несмотря ни на что. А нужно ли вообще разделять его на части? Вампир, человек… Марисса задумалась на над всеми этими вопросами. Но ответ все же был один, Он не части одного целого, он просто Пабло… Легкой перебежкой Марисса возвращалась домой после рабочей смены, когда ночь встречается с самым ранним утром. Знакомой дорогой она шла домой, задумавшись о чем-то пустом и ненужном. Тишина, что разрезала собой еще ночную мглу, растворялась в ее почти невесомых шагах, что оставляли под собой еле слышное шарканье об асфальт. Марисса торопилась домой, чтобы хорошенько выспаться после работы, а потом вновь отправиться обратно в бар и вновь улыбаться очередному пъяненькому клиенту, чтобы тот непоскупился на чаевые. Странное чувство начало преследовать где-то на полпути. Девушка чувствовала, что не одна она сейчас идет по улице, и дело не в случайных прохожих, некоторые из которых шли на работу, или же с вечеринки. Она ощущала Его. Ей казалось, что до ее носа доносится знакомый запах парфюма в смешении с запахом сигарет, которые он порой выкуривал. Это было странно, но она чувствовала каждым сантиметром своей тонкой кожи его взгляд. В какой-то момент, она остановилась и замерла в ожидании услышать шаги того, кто сейчас следил за ней. Но ничего, кроме как шелеста листьев на деревьях, Марисса не услышала. Резко обернувшись, она позвала:  — Пабло. Но за спиной никого не было. Пустота. Она не могла ошибиться. Он был где-то рядом. Она хорошо запомнила то ощущение, когда он на нее смотрел. В те моменты по ее коже начинали пробегать мурашки, а в районе что-то замирало. Эти ощущения были ни плохие ни хорошие. Они просто были. А сейчас, возможно ей просто это показалось. — Что с тобой происходит последнее время? — Лухан взволнованно посмотрела на подругу, когда та словно бы искала кого-то в толпе отдыхающих. — А? Что? — Не сразу нашла ответ Марисса на вопрос Линарес, — все в порядке. — Точно? По твоим глазам этого не скажешь. Кого ты все время высматриваешь? Марисса тут же отвела взгляд. Последние дни это стало для нее привычкой. Вначале ей просто показалось, что среди клиентов бара она увидела знакомую макушку. А сейчас она кидала свой взгляд на каждого, на ком была надета черная рубашка. Это было так странно для нее. Все это время она пыталась все забыть, но сейчас она только и делала, что вспоминала те дни у озера, проведённые наедине с вампиром. Да еще и параноидальные мысли о том, что Пабло маячит где-то рядом и следит за ней. При этом, она старалась выглядеть привлекательно. Больше улыбалась, поправляла волосы, словно заигрывала с тем, кого не видит. Зачастую ей казалось все это ненормальным. Какой здравомыслящий человек будет так себя вести по отношению к образу того, кто является по своей сути опасным хищником. Но именно эта его составляющая заставляла девушку все чаще думать о нем. Плохой мальчик лишь одними своими воспоминаниями о себе уносили Мариссу вновь и вновь к лесному домику на берегу красивого озера, где в какие-то моменты она была счастлива по особенному. Именно счастлива. И сейчас, находясь здесь, за стойкой бара в окружении выпившей толпы, требующих алкоголя еще и еще, Марисса начала осознавать, что все вокруг еще страшнее, чем быть с Пабло. Эта жизнь затягивала, словно болото. И каждый раз надеясь, что еще чуть-чуть и станет лучше, не получать ожидаемого, угнетало, раздавливало мечты и надежды стать врачом, купить свое жилье, а не работать в баре и снимать обшарпаную квартирку. Там с Пабло, тоже было страшно. Но тот страх был перед возможным разочарованием. От его рук погибали люди, ему не жалко своего сводного брата. Это было давно, очень давно. Но что ему мешает вновь быть тем хладнокровным вампиром? Любовь о которой он так упорно твердит? А есть ли эта любовь, или может все это лишь выдумки, в которые он сам же и верит. Голова гудела от этих рассуждений. И к счастью для Мариссы, ей больше не пришлось придумывать для Лухан отговорки, так как в этот момент к ним подошёл Гвидо с болезненным видом. Его большой рот больше не улыбался. А некогда озорные глазки, были наполнены слезами, однако не от грусти, а он сильного насморка, который последние дни просто не давал покоя парню. — Как самочувствие, дорогой? — Ласково произнесла Марисса по-дружески, увидев парня. — Ты сходил к доктору? «Мы с тобой ещё не договорили» — почти не слышно произнесла Лухан, переключая вниз на Лассена: — Да, Гвидо, сходил? — Девочки, это сущий кошмар, — эмоционально отвечал Гвидо, гнусавым голосом, — у меня гайморит. Смачно высморкавшись в салфетку, он присел за стойку бара. — Врач прописал спрей, таблетки и уколы! Уколы, понимаете? — Конечно понимаем, это такие пластиковые штучки с острой иголочкой, — с недопониманием объяснила Марисса. — Или ты просто боишься? — Вы не поняли. Не боюсь я ничего, — с сомнением, но все же утвердительно заверил Лассен. — Я же не могу делать уколы сам себе. — Так ходи в больницу, медсестра сделает укол, — Линарес искренне не понимала проблем охранника, но тот быстро привел веский аргумент, что даже сильное слезотечение не помешало ему все доходчиво объяснить. — Ты бы видела эту грымзу! Это не медработник, это слуга дьявола! Во-первых, ей лет сорок… — Ну да, ты то надеялся увидеть двадцатилетнюю нимфетку в коротком белом халатике, — посмеялась Марисса. — Да, то есть нет, мне важнее ее профессиональные качества, и я как раз-таки направился к ней, чтобы провести манипуляцию, но как только из-за двери процедурного кабинета я услышал жуткий стон, а потом и самого больного с дрожащими губами и лицом, словно пятнадцать иголок загнали под ногти, я просто не смог переступить порог. Весь вид парня говорил о том, что нет состояния хуже, чем у Гвидо Лассена, с покрасневшим от насморка носом, головной болью и жутким слезотечением. — Так Марисса уколы отлично делает, — закивала в сторону подруги Лухан, за что получила гневный взгляд в ответ, однако, немного обиженную на чрезмерную скрытость Спиритто, Лухан выдала все достоинства рыжеволосой, — она мне как-то раз делала уколы, помнишь? У неё легкая рука, да и кто тут из нас в медицинский собирается и заканчивал курс первой помощи? — Лухи, — протянула сквозь наигранную улыбку Марисса. — Когда я выучусь на хирурга, первым делом кому-то укорочу язык. — Мариссочка, ты поможешь мне? — Взгляд полный надежды, как у брошенной собаки, не мог оставить равнодушным будущего врача. — Я в долгу не останусь. Хотя, перспектива видеть задницу черноволосого коллеги не особо прельщала девушку. Однако, увидев как Гвидо мучается, не стала больше отнекиваться. Все же в ее жизненные планы входила помощь людям. А пациентов не выбирают. — Ладно, — фыркнула Марисса, но потом улыбнулась. — Спасибо, спасибо, спасибо, я бы тебя расцеловал, но эти сопли… — Обойдемся без поцелуев и прочих нежностей, — сразу поставила границы девушка, дабы черноволосый ловелас не воспринял касание задней части парня за флирт. — У тебя и вправду легкая рука, — застегивая брюки, сделал комплимент Гвидо после того, как Марисса сделала укол, — из тебя получится отличный врач. — Спасибо, конечно, что по такой простой процедуре ты делаешь такие выводы, — убирая все медицинские приспособления в маленькую сумочку, ответила девушка. — А что, именно из таких мелочей и складывается общая картина. И не только в профессиональной сфере, а вообще, по жизни, — рассуждал Гвидо. — Что ты сделал с Гвидо, признавайся, — наигранно спросила Марисса со всей внимательностью осматривая лицо друга. Похоже, впервые за все время знакомства, Спиритто слышала от него столь умные рассуждения. — Я серьёзно, ты заслуживаешь больше, чем работа в баре. Честно говоря, я думал, ты и не вернешься после своего отсутствия. Лухан говорила, ты встретила парня. Почему же тогда ты не с ним? «Лухи, вечно не может держать язык за зубами», — пронеслось в голове у Мариссы: — Честно, даже не знаю, что сказать, — было странно разговаривать на такую личную тему с Гвидо, однако кто как не парень мог бы сказать что-то иное — мы с ним слишком разные. И многое из его прошлой жизни я не могу принять. -Да? А я думал, что прошлое на то и прошлое, чтоб оставлять его позади. А то что слишком разные… Была у меня одна… Моника. Я сначала тоже сомневался, смогу ли я с ней, знаешь, такая необъятная женщина, в прямом смысле этого слова… Но, потом я решил, а почему бы и нет, есть же разные позы… — Гвидо, причем тут твоя… Моника и мои отношения, — слушать о том, какие позы предпочитал Лассен не входило в планы Мариссы. — Я о том, что какие бы мы разные не были всегда можно построиться. И если у тебя там действительно есть чувства к парню, то может и не стоит так легко сдаваться. Гвидо. А он в чем-то был прав. Марисса молча переваривала его слова. В ее жизни так внезапно появился Пабло, который отличался от других всем, начиная отношением к ней, и заканчивая скоростью сердцебиения. К нему тянуло. Это факт. Но эта тяга не была похожа на привычные для нее чувства симпатии. Это было чем-то более глубоким. Но и любовью это не назовёшь, хотя, что такое любовь? Рассуждать и думать на эту тему не было желания. Хотелось просто чувствовать, ощущать его рядом. Смотреть в его глаза и поддаваться их гипнозу… — Мне пора, — резко соскочив с кресла, сказала Марисса, хватая сумку с вещами и направляясь к двери. — Что даже чаю не выпьешь? А я купил такие вкусные пироженки, — словно маленький ребенок, прокомментировал быстрый побег подруги Лассен. — В следующий раз, — уже из-за двери крикнула девушка. Марисса должна была действовать быстро, пока ее разум не вышел вперед ее чувств. Запрыгнув в автомобиль, подаренный Пабло, она вжала педаль газа, направляясь туда, где однажды почувствовала себя по настоящему нужной.