не грусти, Мариетта

— Александр Головин отдаёт пас на Дениса Черышева, и..... гоооол! — трибуны взрываются с радостными криками, а полузащитник победно бежит обнимать товарища по команде. радуется вся команда, в том числе и Марио, но за его улыбкой скрывается неожиданная порция боли и безумной ревности, когда он видит то, как его парень с яркими эмоциями обнимает Головина. после празднования игра не прекратилась, поэтому бразилец с довольно грустным видом возвращается на свою позицию. звучит финальный свисток, футболисты ещё пару минут проводят на поле, прощаясь с соперниками и фанатами, которые вновь подняли гул. сборная направляется в раздевалку под бурные аплодисменты, уже во всю обсуждая победу. в подтрибунном помещении ребята на полную радуются ей, крича что-то непонятное, но в то же время очень радостное. вот только Марио грустно сидит в кресле, лишь изредка улыбаясь, когда на него поглядывают сокомандники. он то и дело ищет во всей этой огромной толпе Дениса, который перекинулся с ним лишь парой слов. такое состояние почти сразу же замечает Дзюба, и мигом подходит к игроку. — хэй, бразильяшка, что-то беспокоит? — в довольно шутливой форме с задорным голосом начинает он. — да нет, всё… всё хорошо, — с небольшой паузой отвечает тот, и пытается отвести взгляд. — давай не скрывай, знаю же, что потом грустным будешь постоянно ходить, — более серьёзно продолжает Дзюба. — придёшь в подавленном виде на тренировку в клуб — Игорь с ума сойдёт, просто не представляешь, как он за тебя беспокоится, — при упоминании капитана ЦСКА Марио чуть улыбается и понимает, что выговориться будет намного легче, чем держать всё в себе. — Денис. за эту неделю он много проводил времени с Головиным, и меня это очень беспокоит, — голос защитника начал сбиваться. — все эти отношения на расстоянии… я безумно его люблю, и так боюсь потерять, — к глазам подступают слёзы. — я… я не выдержу если он уйдёт к кому-нибудь, — он вспоминает жизнь в начале своей карьеры, те невыносимые дни депрессии, и не выдерживает. кое-как пытаясь сдержать истерику, Марио шумно глотает воздух. Артём понимает всё без продолжения, наклоняется в нему и обнимает, через несколько секунд получая ответ. — я поговорю с ним, хорошо? — ласково успокаивает он, разгибаясь и глядя на Марио. — да… пожалуйста, — Фернандес с надеждой поднимает глаза на нападающего, а тот подмигивает ему, всё также любезно улыбаясь. пока все продолжают радоваться, Марио решает отправиться в душ, чтобы смыть с себя всю усталость и переживания, накопившиеся за матч. он встаёт под струи тёплой воды, настраивая её под себя и делая чуть холоднее. его голова забита непонятно чем: мысли быстро меняются с победы на Дениса, с Дениса на победу и так по кругу. Фернандес подбирается к волосам, растирая шампунь, чуть трясёт головой, пытаясь разогнать всю неразбериху. после неудачной попытки, он смывает с себя остатки пены, берёт полотенце, вытирается и выходит обратно в раздевалку, наблюдая за сокомандниками, которые только собираются к походу в душ. надевая чистые вещи, Марио понимает, что в его сторону движется Дзюба. — когда будем возвращаться в отель — садись отдельно от Черри, — в ступоре, Фернандес непонимающе кивает головой, а Артём, наблюдая за эмоциями защитника, решает пояснить. — я сяду вместе с ним и поговорю, — на лице парня появляется чуть заметная улыбка. капитан хлопает его по плечу и разворачивается. бразилец думает, что это его последние слова, но игрок Зенита останавливается на секунду, поворачивает голову и еле слышно произносит: — не грусти, Мариетта.

***

дождаться команду Марио решает в автобусе, и поэтому забирает из раздевалки все свои вещи, складывая их в тренировочную сумку. закидывает её на плечо и спешит к выходу из раздевалки, встречая по пути Саламыча, приветливо улыбаясь ему и направляясь дальше. уже по традиции, он садится в самую дальнюю часть транспорта, ставит сумку на пол, а потом лениво тянется в карман за наушниками. грустно глядя в окно Марио замечает, что ребята уже на подходе. он ищет в толпе Дениса и видит, что за полузащитником направляется Дзюба. бодрые крики наполняют автобус, и он чуть наклоняется в сторону, под массой заходящих игроков. Черышев оглядывается в попытках найти Марио, но тот, замечая парня, чуть прячется за креслами. «наверное, позади идёт» — проносится в голове у полузащитника и он садится на свободное место, коих осталось немало. буквально через минуту, к нему подбегает Артём. — Черри, ты не против, если я сяду с тобой? — поднимает брови, одновременно задавая вопрос. — ну, я хотел как обычно сесть с Марио, так чт… — Денис не успевает договорить, как Дзюба перебивает его. — с ним это по большей части и связано, так что всё-таки придётся, — капитан с громким выдохом плюхается на кресло, чуть приподнимая рукав ветровки и глядя на время. — в смысле? — переспрашивает Черышев, не до конца поняв слова Артёма. — так, сейчас всё объясню, — в автобус заходит последний человек, двери закрываются и они начинают движение. — Марио очень беспокоится из-за тебя. ему кажется, что ты всё меньше и меньше уделяешь ему времени, а ваши с Сашкой объятия тронули его до глубины души — я давно не видел его таким подавленным, только после матча с Хорватией, — Дзюба смакует последнее слово на языке, вспоминая горький проигрыш на этом же самом стадионе, где сегодня они одержали победу. — пожалуйста, обрати на него внимание. ты же знаешь, до чего его может это довести. и не думаю, что хочешь. — Денис переводит взгляд с кресла на Артёма, вглядываясь в его голубые глаза, осознавая произнесённые слова. — боже мой, когда же я мог такое допустить, — произносит полузащитник тихим дрожащим голосом. — чёрт-чёрт-чёрт, нужно срочно всё исправлять… — он безумно волнуется за своего парня. хватается за голову и сводит локти. — Денис, всё будет хорошо. тебе просто стоит извиниться. на это, к счастью, есть целая ночь, — успокаивает капитан товарища. в его словах нет насмешки, хотя он мог бы вставить сюда и полноценную шутку, но всё-таки понимал, что тема серьёзная и шутить на этот повод не стоит. — да… ты прав, — в глазах Черышева вновь что-то загорается и он уже более уверенно произносит слова. — спасибо огромное, Артём, — протягивает руку для пожатия, а потом устремляет свой взгляд в окно, придумывая все варианты извинения.

***

на часах около половины одиннадцатого, когда Денис выходит из своего номера, тихо закрывая дверь и направляясь вдоль по коридору. быстро пробегает глазами по цифрам и находит заветные 213. он останавливаетсяи шумно выдыхает. взвешивая все «за» и «против», он подносит руку к двери и стучит три раза. проход в комнату открывается практически мгновенно. видя Марио, Денис преданно смотрит ему в глаза, а Фернандес произносит тихое «проходи». — Марь, прости меня, пожалуйста, — кладёт руки на шею защитника. — я… сильно ступил и так мало времени обращал на тебя, во время этих сборов. я люблю тебя, честно. ты простишь меня? — Фернандес печально смотрит на предмет воздыхания. простит ли он его? конечно да. ещё раз осматривая Дениса, он протягивает руки для того, чтобы вовлечь парня в объятия. — я тоже тебя люблю, Дени. люблю и прощу в любых обстоятельствах, — говорит он с особой нежностью, шумно выдыхая полузащитнику в шею. Черышев невольно отстраняется, после чего встаёт на носочки и обхватывает голову Фернандеса. шёпотом произносит еле слышное «можно?» и, получая положительный кивок головой, накрывает губы Марио своими. они всегда целуются нежно, будто в первый раз. неспеша переплетают языки, пару раз неуклюже стукаясь зубами, словно подростки. отрываются друг от друга на пару минут, чтобы передохнуть, и потом всё начинается по новой. это именно то, чего обоим не хватало в последние дни. они вместе ложатся на кровать, закидывая друг на друга ноги и приобнимая за талию. в кромешной тьме почти не видно лиц, лишь только их очертания. Черышев нежно целует защитника в лоб, тихо шепча «я люблю тебя». игроки ещё долго лежат в кровати, разговаривая о чём-то своём, держась за руки. вскоре пара понимает, что сейчас сон накроет их с головой, поэтому они мирно желают друг другу спокойной ночи и засыпают с улыбками на лицах. сборы окончены, и их опять ждёт невыносимая разлука, но Марио с Денисом уверены, что никакое расстояние не помешает их любви.