Зачем мы это делаем?

— Сколько людей мы пропускаем через себя за жизнь? Сколько из них оставляют след в наших сердцах? Почему кто-то забирает всё, ничего не оставляя взамен? Где эта чёртова справедливость? — Её нет, малыш, — ласково ответил Чан, делая очередной глоток из бутылки. Чонин чуть ли не плакал. Парень, с которым у него была последняя интрижка, оказался ужасным человеком. Как можно встречаться с несколькими людьми одновременно? — Почему со мной всегда всё не так? Почему именно со мной? — спрашивал он, глотая слёзы. — Я же просто хотел… — Люди ужасны… Им свойственно быть эгоистами и любить только себя, не заботясь о других. — Даже тебе? — Даже мне, малыш, — тихо ответил Чан, опустив голову. — Некоторые люди могут идти на уступки и проявлять эмпатию, и тогда не должно быть так больно. А есть просто… — Чан забрал у Чонина бутылку вермута, сделал из неё глоток залпом и поморщился. — Есть мудаки, которые уничтожают всё на своём пути. Они идут, ломая всех и вся. Поэтому нахуй мудаков. — Нахуй мудаков, — согласно кивнул Чонин, встречая первые лучи рассвета. На улице уже светало, когда двое парней сидели на балконе небольшой однокомнатной квартиры. Они не планировали этот вечер, но он начался со звонка в квартиру Чана. Потом были слёзы и истерика. Было тяжело. Откуда-то появились бутылки вермута, и они сидели на балконе почти в тишине. Наконец, казалось бы, можно было спокойно выдохнуть, но в воздухе витало что-то осязаемое. — Чан-хён, — тихо позвал друга Чонин, продолжая смотреть вдаль, словно боясь спугнуть момент. — Что такое, Йени? — от этого прозвища сердце Чана пропустило удар. Алкоголь в крови давал о себе знать. — Скажи честно, что ты ко мне чувствуешь? Ты в меня влюблён? — спросил Чонин. Чан поперхнулся воздухом. Этого он точно не ожидал услышать. — Чонин, ты что-то путаешь… — Не надо, — Чонин закрыл ладонью рот Чана. — Я видел вашу переписку с Хо-хёном. Плюс всё, что ты делаешь для меня… Ты правда думал, что я не пойму? — Малыш, — Чан попытался убрать руку от своего рта, но Чонин сильнее прижал её, не давая старшему говорить. Откуда у этого парня такие ладони и такая сила? — Прошу, не оправдывайся, просто скажи правду, — умоляюще простонал Чонин. Сегодня он решил покончить со всем, что мучало и давило. Только слепой не видел, как Чан смотрел на Яна. Что тот ему позволял. Даже сейчас. После очередного тяжёлого дня в середине недели они сидели в 4 утра и встречали рассвет. Для Чана все эти интрижки были попытками залатать огромную дыру в сердце. А виновник этой дыры сидел напротив него, непонимающе глядя на юношу опьянённым взглядом. Поэтому почему бы не попытать счастья, пока вы оба пьяны и алкоголь позволяет творить больше, чем нужно? Даже если приходится идти на некоторого рода блеф. — Прошу, Чан-хён, стань сейчас чёртовым эгоистом. Чонин расслабил руку, но Чан не позволил ему её убрать. Вместо этого он нежно коснулся губами тыльной стороны ладони младшего. — Ты правда хочешь знать? — прошептал Чан, пододвигаясь ближе к Чонину. Их лица были уже в паре сантиметров друг от друга, и сердце Чонина пропустило удар. Чонин кивнул, и Чан опустил руки на его талию, притянув юношу к себе и усаживая на свои колени. Чонин положил руки на грудь старшего, ощущая её тепло. Крис соединил их лбы, заглядывая в глаза Чонина. В его глазах младший видел вселенную. Крис нежно провёл по очертанию линии скул Чонина, спускаясь к его губам по щеке. Он провёл большим пальцем по нижней губе младшего, будто пробуя рамки дозволенного. — Ты либо меня сейчас поцелуешь, — сказал Чонин, — либо я за себя не ручаюсь. — И в подтверждение своих слов губами обхватил палец Чана. Чан почти не дышал, пока младший вытворял непотребство. Он слышал о похождениях Чонина, но чтобы сразу так? Видимо, младший и правда отчаялся. И пока Чан приходил в себя, Чонин уселся удобнее, обвив ногами его талию, чувствуя нарастающее возбуждение старшего. Их поцелуй был горьким, с чувством обиды, поскольку оба принесли друг другу невероятную боль. Он был настолько сладким, что сахар для них просто шутка. И желанным настолько, что всё остальное меркнет по сравнению с ним. Они целовались страстно и долго, и Чонину стало тяжело дышать. Чан целовал его жадно, отчаянно, сплетая их языки в узел. Затем он оттянул зубами нижнюю губу Чонина и перешёл на линию подбородка, спускаясь ниже. Его руки сжимали ягодицы Чонина. Чонин тяжело дышал, пытаясь просто отдышаться. Но как это сделать, когда твой кислород выцеловывают и оставляют засосы на твоей шее? Все мысли уходили, когда старший находил чувствительное место на шее Чонина и нежно прикусывал его, от чего тот сильнее опрокидывал голову. Это было невероятно приятно. Чонин издал неожиданный стон, когда Чан прикусил ключицу сильнее, чем хотел, и начал зализывать её. Сейчас не было места для слов, но Чан понял, что приятнее звука, чем этот стон, он не слышал. Поэтому он начал повторять это действие снова и снова, пока младший не начал извиваться на нём. От одних этих движений Чан был готов кончить. Младший оттягивал его волосы, прижимаясь своим возбуждённым членом к животу старшего. — Если ты сейчас не прекратишь издеваться, — простонал Чонин, — я тебя убью, Кристофер Бан. — Прости, прости, — пробормотал старший, целуя очередную метку. — Ты правда звучишь невероятно для моих ушей. — О, так у кого-то фетиш на стоны? — Исключительно на твои, — прошептал в губы младшего Чан. — Тогда сделай что-нибудь, чтобы эти стоны не переставали выходить из моего рта, — вторил ему Чонин, углубляя поцелуй и находясь на грани. — Прости, малыш, — прервал их поцелуй Чан, — но не сегодня. — Чего? — не понял младший. — Ты вот, блять, сейчас шутишь? Сорри, но это не смешно. — Не шучу, — серьёзно сказал Чан, поднимаясь. — Во-первых, через пару часов нам надо быть в университете… — КАКОЙ НАХРЕН УНИВЕР? ТЫ ЕБУ ДАЛ? — Во-вторых, мы выпили слишком много, — продолжил Чан, поднимаясь вместе с младшим на руках. — Так что вряд ли бы я смог довести тебя до хорошей разрядки. — Я могу сам всё сделать… — на этих словах Чан укладывает младшего на кровать, даря нежный поцелуй, давая понять, что тему сейчас лучше не продолжать. Как Чан был пленён Чонином, так и младший не мог устоять перед старшим (был ли это фетиш на подчинение? Кто знает, кто знает). Крис помог младшему раздеться и залезть в его постель. Впервые ли такое? Нет. Впервые ли они возбуждены друг от друга и лежат вместе? Да. — И в-третьих, сначала свидание, потом можно признание, а потом… — почти шепчет эти слова Чан, крепко обнимая младшего. Вечер оказался долгим. — Бан Кристофер Чан, ты обломал мне по ощущениям лучший секс в моей жизни и сейчас говоришь это, серьёзно?… Повторюсь, нахуй универ, у нас сегодня свидание, и ты не отвертишься. — Хорошо, малыш, — нежно проговорил Чан, целуя макушку младшего и проваливаясь в столь желанный сон.