Сосед.

      С того момента, как Джеймс из-за приступа любопытства проник в подвал и разозлил не на шутку Генри прошло две недели. И за эти две недели парень начал ощущать себя виноватым перед соседом. Однако сказать ему, длиноносый никак не решался, слишком уж боязно ему было постучать в дверь и прошептать «Извини меня, я не специально. Это все моё любопытство.» А меж тем начало холодать, но сознаться и сказать правду было выше сил Джеймса.

***

      Генри же был в изрядном бешенстве. Он не мог поверить, что Джеймс, этот длиноносый парень с карими восхитительными глазами проник в подвал. Но ещё хуже было то, что он выставил его за дверь, прямо на улицу, и прямо в холод. Постепенно злость на длиноносого парня подутихла, и Генри думал, что Джеймс вернётся к нему и извиниться за то, что проник в подвал и пообещает больше так не делать, но все его ожидания, летели к чертям. Джеймс так и не явился просить прощения.       Так пролетели ещё две недели. Генри все ещё ждавший Джеймса, рассчитывал, что та обида прошла боком, и Джеймс стоит под дверью с любимым печеньем, которое длиноносый заранее купил и прожигает дверь взглядом, но увы, такого не было. И навряд ли будет.       Однажды Генри не выдержав, наплывшего одиночества и того, что ему не с кем поговорить, отправился на улицу. Стояло приятное морозное утро января, и на улице было не очень таки и холодно, как думал усатый. Слегка полюбовавшись погодой Генри твёрдо намеревался пойти к Джеймсу и попросить первый прощения, как в следующий момент остолбинел от того, что увидел на соседнем участке, толком не перейдя дорогу. Джеймс укутанный в зимний шарф и шапку работал на свежем воздухе. За все это время парень окреп, но похудел. «Ох Джеймс, если бы я знал,» — подумал бы Генри и все же твёрдо пошёл через дорогу.       Джеймс же не видел, что к нему идут, и упорно работал. Он надеялся, что работа отвлечет его от печальных мыслей и о усатом соседе, как остановился. Что-то было не так, что-то происходит такое, чего не должно было происходить. Обернувшись, Джеймс побледнел и в следующий момент отвернулся. Генри же в упор смотрел на парня, не замечая, что тот побледнел. — Зачем пришёл? — спросил длиноносый.       Тут настала очередь Генри, и он начал мямлить. Джеймс же остановился от своей работы, и стоял спиной к соседу. Страх сковавший его жилы не давал повернуться к Генри, а сам Генри пытался выдавить из себя извинения за то, что выставил Джеймса за порог и попросить вернуться. Самому длиноносому надоело, что Генри так странно себя ведёт. — Знаешь мне все равно на то, что ты думаешь. Я хочу, чтобы ты ушёл и оставил меня в покое, — внезапно не выдержав начал злится Джеймс.       Генри в шоке уставился на парня, который в следующий момент взял молоток и свои вещи, купленные в магазине, и ушёл в дом. Джеймс был очень подавлен и очень расстроен, но между тем потрясён. Потрясён до глубины души. Он не мог поверить, что сейчас случилось. Его сосед, который выставил за дверь, который был обозлен из-за того, что длиноносый проник в подвал, пришёл к нему и просил прощение, которое Джеймс не понял сразу. Слезы парня дали о себе знать и он прикусил губы. Его вера в вечную вражду с соседом все никак не даёт покоя, он был уверен в том, что их дружба стремительно превратилась в вражду. И даже то, что сосед пришёл к нему просить прощения ничего не изменило, ибо Джеймс нашёл в этом подвох...