Сводный брат

      Прошло пару часов. Я поняла, что ещё не знаю во сколько линейка в честь первого хуября. Вдруг я вспомнила, что где-то существует сайт нашей школы. Загуглив название школы, я нажала на первую ссылку. Страница почти мгновенно загрузилась.       — Тьфу, блядь! Чё за кислота? — прошептала я сама себе, всматриваясь в кислотно-зелёно-желтый дизайн сайта. — Что за садист это сделал? — далее я попыталась не обращать внимания на неприятный глазу цвет и нажала на вкладку «новости».       «Дорогие учащиеся!       01.09.2018 в 09:00 состоится торжественная линейка в честь начала учебного года! Также после церемонии у учащихся первых-одиннадцатых классов будет проведён тематический урок: «Я — личность», после чего все ученики могут отправляться домой, ведь в субботу уроков не будет. Спасибо за внимание,

Администрация школы».

      «О-о, заебок», — подумала я, ведь учиться совсем не хотелось. Мне стало интересно, в какой школе будет учиться Даня. Наверное, самым логичным вариантом было бы перевести его в мою школу, ведь до неё пять минут пешком от хаты, но мало ли он решил остаться в своей школе. Я встала из-за стола и направилась к выходу из комнаты.       — Да-ань? — сказала я, постучав в тёмно-коричневую дверь.       — Заходи.       — Слу-ушай, — протяжно начала я, — а ты в какой школе учишься?       — В двенадцатой вроде… Ну та, что недалеко тут. А що таке? — ответил Кувшин, сидя на кровати.       — О, з-б-с, — сказала я, пялясь в одну точку. — Вместе учиться будем, — улыбнувшись, я перевела взгляд на него.       — Стой, ты в одиннадцатый?       — Да, — недовольно ответила.       — Я тоже.       Даня подпёр щеку кулаком и мило мне улыбался, устремляя свой чересчур спокойный взгляд прямо мне в глаза. Между нами проскочила искра. Как правило, за искрой всегда следует буря… Но на этот раз я обошлась лёгким холодком, который вмиг пролетел по спине.       — Завтра линейка в девять… — прервала самое ахуительное молчание в своей жизни я.       — Ну пизде-ец. А я ещё надеялся на то чтобы выспаться, — сказал Даниссимо, поняв, что его жизнь поломана.       — Но завтра будет только один урок, — продолжила я. В ответ Даня просто вздохнул с облегчением.       — Даня, Лиза! — послышался голос моего отца с коридора. Мы синхронно встали с кровати и пошли на голос папы. Когда мы вышли из комнаты, там стояли предки, держа через плечи переполненные рюкзаки.       — Мы с мамой едем к бабушке в Киев. Дорога дальняя, мы там будем пять дней, — заговорил отец.       — А вам нужно в школу, поэтому мы вас не берём с собой, — продолжила Маша. Так я звала мачеху.       — Я-ясно, — сказала я, пытаясь сделать расстроенный вид, хотя на самом деле в душе я ликовала.       — Не расстраивайся так, в следующий раз мы и вас возьмём, — попыталась «успокоить» меня Маша.       — И не забудьте позже позвонить бабушке и поздравить с днём рождения! — напомнил нам папа. — Хорошо, — ответила я       — Всё, пока. Деньги на столе, и не разнесите дом до нашего приезда, — сказали родители и ушли, закрыв дверь. Мы с Даней переглянулись и поняли, что сейчас мыслим одинаково.       — Тусич намечается?! — сказал Даня.       — Естессна! — ответила я, как вдруг дверь снова открылась.       — Я ключи забыл… — быстро забежав в квартиру, сказал отец. В тот момент мы оба пересрали¹. Ну, типа, вдруг он такой стоит под дверью, а мы про тусич орем. Жёстко.

* * *

      В общем в часов восемь начал приходить народ. Я позвала Свету, Алину и Дашу, подруг из класса и ещё нескольких ребят. Даня позвал Алишера, как он говорил, друга детства, Руслана, Юлика и других пацанов. Тусовка конечно же была с бухичем, но его было не много, завтра же рано вставать как-никак. Первыми пришли мои подруги. Я познакомила их с Даней, теперь пора тебя с ними познакомить. Думаю, нет смысла описывать вам внешний вид Даши Зарыковской, Светы Дейдример и Алины Мкртчян, ну та, что Мози Монтана. Даша любит шить одежду, создавать свои собственные вещи, которых нет ни у кого больше. Сейчас ни с кем не встречается, недавно рассталась. Света ахуенно просто рисует и пишет стихи, иногда даже тексты к песням. Со своими работами завоевала туеву хучу наград, от кубков за первое место до грамот за участие. Сейчас Света встречается с Мишей Совергоном, который, кстати, тоже вскоре пришёл. Алина любит петь, из-за чего ебучие учителя отправляют на концерты, которые устраивает наша школа раз в четверти. Парня у неё нет. Вскоре пришли друзья Дани. Как я узнала из общения с ними, Алишер любит петь, создавать биты и писать под них тексты. А Руслан и Юлик — это два таких чела в компании, которые умеют нести хуйню с умным лицом, заставляя смеяться всех вокруг. Они не геи, но иногда могут засосаться, делать такие действия, которые ставят под сомнение тот факт, что они натуралы. Они делают это не всерьёз, они же не пидоры… хотя кто знает. Ни у Юлика, ни у Руса нет девушки. Зачем им телки, когда они есть друг у друга.       Пришла целая хата людей. Друзья, друзья друзей, знакомые друзей друзей и прочие. Мы, как элита, изолировались от толпы и поднялись на второй этаж. Под словом «мы» я подразумеваю себя, Даню, Свету, Мишу, Алину, Алишера, Юлика, Руса и Дашу. Там, помимо спален, если пройти в конец коридора, можно заметить небольшую комнату, не отделённую дверью. Там стояли два небольших дивана, журнальный столик и кресла-мешки, а также цветы и ещё куча всякого хлама. Я, Алина и Даша сидели на первом диване. Рядом со мной, на широком подлокотнике сел Даня, закинув ноги на стол. Алишер недалеко на кресле-мешке. На втором диване по-гейски разлеглись Рус и Юлик. Что-что, а это выглядело намного пидорски, чем поцелуи взасос. Миша положил два кресла в угол меж диваном и стенок, соорудив какую-то хуйню, на которой он со Светой и сидел. Мы пропиздели обо всём, познакомились поближе. Вскоре нам стало скучно и мы пошли на первый этаж. Там всё было благополучно: никто не курил, бухло не разлито, мебель не разъёбана. Как только мы начали спускаться, чел, который был избран королем вечера и заправлял там всем заорал, мол, «хозяева, пошумите для них». Слава Богу, на нашей лестничной площадке жила какая-то старуха, которая сейчас в больнице, ведь был бы там кто-то другой, нас бы сдали в ментовку. Под нами жила пара двадцатилетних молодожён, которые тоже были приглашены, поэтому всё было гладко.       После тридцати минут, проведенных на «танцполе», у меня дико закружилась голова, и я упала на пол.       — Блядь, Лиза! Чё с тобой? — сказал Даня, поднимая меня с пола.       — Пизда, башка кружится, — сказала я, держась за руку Дани.       — Тебе поспать нужно… — с заботой сказал Даня. Спустя пару секунд он продолжил: — Так, блядь! Всем спасибо, что пришли, всё, вписка окончена!       Послышались недовольные голоса гостей, но тем не менее — все начали уходить. Я и Даня попрощались со всеми и закрыли дверь.       — Голова кружится ещё? — спросил Даня.       — Да, немного, — после чего он взял меня на руки и понёс на второй этаж.       — Э-э, я, конечно, всё понимаю, спасибо там, но я бы и сама дошла… — через полнейший ахуй проговорила я.       — Ага, блядь, наебнёшься с лестницы, а мне потом кости собирать твои? — улыбнувшись, сказал Даниссимо.       Он занёс меня в комнату и положил на кровать. Нарыл где-то таблетку и дал мне, после чего пожелал спокойной ночи и ушёл. Я отрубилась почти моментально.