Истории поместья Маркиплаера

Покачиваясь в потрясном кресле на крыльце собственного небольшого домика и с удовольствием откусывая от только что открытого мороженого, Билли который раз подумала: в какой вселенной могло так сложиться, что они сошлись? Какие боги нашептали звёздам, чтобы они свели их вместе? Это по всем сценариям просто не могло произойти, но вот они третий месяц спят в одной постели. Ссорятся, бывает, но Доминика очень быстро остывает и приходит мириться. Припеваючи живут. В деньгах не купаются — ту часть, что Ди не распределяет на первичные нужды, проматывают на путешествия и развлечения. Местечко тихое, соседи добродушные, прямо как из брошюрки. Американская мечта в действии. Билли никогда бы не подумала, что будет наслаждаться такой тихой жизнью. Она сорвиголова. Всегда была такой. Её идеи всегда были самыми дикими, игры — самыми опасными, слова — самыми резкими. Она делала, оставляя творение планов госпоже Удаче. Сидеть на месте ей не позволяло шило во всех положенных местах. Тихоня-Доминика, напротив, словно была создана для камина, подоконников, пледов и книг. Тонкая, стеклянная, еле слышная — серая мышка. Со временем она, конечно, крепла и временами даже могла поставить на место Марию или осадить Билли, но что-то неуловимо-сердобольное было в ней всегда. Так как же они сошлись? Как промежуточное между материнской любовью и снисходительностью Барнум пересилило кипящую кровь и желание нестись вперёд? Почему она? Когда слышишь эти вопросы за своей спиной, рано или поздно начинаешь задаваться ими сама. Хмыкнув, Билли громко втянула в себя норовящий стечь с палочки сок и снова глянула на Ди. Солнце ещё только-только поднималось, но день явно приближался жаркий. Хорошо будет провести его вне дома, определённо. Она улыбнулась шире, мечтательнее. Одной из причин её бессильной любви было то, что маленькая тихоня, примерная ученица каждую секунду своей жизни, хрупкая, нежная девочка, предпочитающая строгие аккуратные платья и покоряющие стилем костюмы, холёная и неотразимая, её крошка-Ди прямо сейчас на её глазах деловито копалась в двигателе розового-чёрного вэна, периодически похрустывая спиной и невероятно горячо выдыхая. Наспех собранный, но строгий пучок волос качался в такт и постепенно рассыпался. Не стоило упоминать, что Билли сидела как на иголках. А мороженое ни капли не спасало. Вэн достался Доминике в подарок. От Марии. На День рождения. Просторный, удобный, но целиком розовый. Доминика ненавидела розовый. Билли в меру любила, Мария обожала, а Доминика до тошноты ненавидела. За подарок она сдержанно поблагодарила, но больше ничего не сказала, а потом целую неделю ходила какая-то напряжённая, как пантера перед прыжком. Страшная была неделя. Билли тогда сутками жалась по углам. Но уже в следующее воскресенье Ди мягко улыбалась, демонстрируя полосатый чёрно-розовый вэн, и новая краска блестела на солнце. "— Почему не перекрасила совсем в чёрный? — спросила тогда Билли, и простой ответ заставил её задохнуться от нежности. — Он и твой тоже". Хороший оказался подарок. Мария, может, и была эгоисткой, но страсть младшей подруги к колёсам не увидеть просто не могла. Чаще неё неподъёмный мотоцикл мистера Фишбаха заводил разве что сам мистер Фишбах. Билли тоже пробовала, но всё заканчивалось ссадинами да тяжёлым вздохом с пожатыми плечами, пока Селин бегала за бинтами мимо хохочущей Марии. В вэне можно было путешествовать. В вэне можно было есть. В вэне можно было оглушительно петь до утра, ероша шерсть собаки. Дом был оазисом прохладной спокойной жизни — уютно-чистый, маленький, практичный, он был Доминикой. В вэне пахло попкорном и курицей, сзади вещи валялись в бардаке, а стены были изляпаны стикерами и наклейками - во всём чувствовалось присутствие Билли. Не могли дом с вэном принадлежать одной паре. Не могли Билли с Доминикой сойтись. Но факт оставался фактом: мороженое кончилось, руки и щёки новоявленной Барнум покрылись маслом, высвободившиеся пряди качались туда-сюда, и воздух наполнялся теплотой. Билли уже полчаса хотела свою маленькую Ди особенно сильно, а та только украдкой улыбалась двигателю, давно починенному. Факт оставался фактом: ещё через пару минут вэн будет объявлен готовым к дороге, а через пять девушки скроются в прохладе дома, оставив после себя отвёртку на земле и деревянную палочку у самого крыльца. А потом они уедут. Куда? К океану, который терпеть не может Билли, но обожает Доминика. Куда? К космосу, который давит на Доминику и до слёз восхищает Билли. Куда? Не имеет значения.