Чудовищная месть

      Гарри Поттер вернулся с заседания МКМ в крайне раздраженном состоянии и, практически без приглашения, ввалился в кабинет министра. Гермиона Уизли была несколько ошарашена его столь бесцеремонным появления и очень удивлена его возбужденно-растерянным видом.       — Что произошло, Гарри? — спросила министр.       — Мне вчера вечером наконец-то раскрыли глаза на источник целого ряда проблем, которые сотрясали Британию каких-то лет двадцать пять тому назад, — с глубоким вздохом ответил Поттер. — И дали подробные ответы на вопросы: «кто?», «как?», «зачем?» и «что в итоге?»       — Гарри, — нахмурилась Гермиона, — ты не мог бы разъяснить мне что к чему, а то у меня уже к тебе самому эти же вопросы появились.       — Начну свой рассказ с самого конца этой истории, — начал рассказывать Поттер. — Возможно, ты уже заметила, что уровень силы магов Британии за последние двадцать лет упал самым серьезным образом. Да, мы добились внесения целого ряда законов, которые дают нашим магам возможность интегрироваться в немагическое сообщество, у нас развивается демократия и так далее. Мы движемся по пути прогресса. Но есть одна загвоздка — конкретно к самой магии это все имеет лишь косвенное отношение. У учеников Хогвартса, особенно у магглорожденных, очень сильно упала планка среднестатистического уровня силы. Да что там говорить, Гермиона, если со времени нашего выпуска большинство детей из мира магглов не дотягивают до твоего первого курса даже наполовину. В последнее время мы принимаем таких новичков, кого приходится долго тренировать, чтобы они сумели зажечь хотя бы «Люмос». Полусквибов, по сути.       — Но нельзя отказывать детям в обучении, лишь по той причине, что им просто не хватает сил… — попыталась возразить Уизли.       — О, Мерлин! — возопил Гарри. — Гермиона, ты хоть слышишь, что ты сейчас сказала? Мы смешали в одну кучу учеников разного уровня и тем самым лишь ослабили тех, кто мог претендовать на более высокий. Посуди сама — у нас за двадцать лет не изобретено ничего кардинально нового и практически не ведутся какие-либо научные разработки в магической сфере. Ни зелья, ни заклинания не разрабатываются. Почти нет ученых, кроме нескольких стариков. Боевая магия крайне слабенькая, а «Экспелиармус» и вовсе, по сути, вершина искусства. Уровень магии за последние пятьдесят лет упал примерно в тридцать раз и не видно конца-края этому падению.       — Хм, — министр задумалась. — Я замечала что-то подобное, но, к своему стыду, пока не обращала на эту проблему должного внимания. Постой, Гарри! А почему уровень магии упал?       — А потому что никто не проводит праздничных и благодарственных ритуалов, в ходе которых собираемая магическая энергия выплескивалась в этот мир. Потому что практически вся ритуалистика угодила под наистрожайший запрет. Сначала это сделали ретрограды, которые либо не желали усиления своих конкурентов, либо просто не умели проводить необходимые ритуалы. А потом пришли мы с тобой и запретили ее сами, но уже по той причине, что просто не знаем зачем это нужно делать. И никто толком не знает, ибо большинство ритуалов передавались от отцов к сыновьям и от матерей к дочерям, являясь основой благоденствия большинства магических родов, а они, на сегодня, почти все уничтожены.       — Послушай, Гарри, но ведь запрет наложен был еще во времена директора Дамблдора!       — И это нас подводит к раскрытию вопросов «кто?» и «за что?» История эта началась более ста лет тому назад, когда Альбус Дамблдор познакомился с Геллертом Грин-де-Вальдом. Как бы то ни было, но они действовали далеко не в одиночку. Их финансировали и им помогали очень многие родовитые семьи Англии. В том числе, к моему шоку, и Поттеры тоже. Пока Грин-де-Вальд подчинял своему контролю Германию, пока нагибал Францию, Скандинавию и Балканы — это мало кого трогало, особенно на востоке. Но вот когда он решил завоевать еще и Россию, то был разбит. Да, не сразу, но его режим пал. А Дамблдор прославился как человек нанесший решающий удар. Все это так. Однако русские маги понесли наибольшие потери, каковых у них не было со времен крестового похода инквизиции, известного в мировой истории как Великая Смута. Тогда произошло немыслимое — три враждующие группировки родовитых магов России объединились с их священнослужителями и неразлучны до сих пор.       — Они потребовали выдачи Грин-де-Вальда?       — Не только. На скамье подсудимых они хотели увидеть и тех, кто возвел его к власти, понимаешь? Им отказали, причем наотрез. И русские решили низвергнуть Британию во мрак бессилия и невежества, уничтожив ее основную опору — магические рода. Опорочить их, истребить и вымарать даже память о них. И, что самое жуткое, у них это получилось. Разрушать — не строить. Мы отброшены лет, эдак, на пятьсот, в самом лучшем случае.       — И как же они это сделали? Стой, кажется, Волдеморт…       — Не только. Начали они с Дамблдора, подведя к нему крайне искусного архимага Разума. А чтобы получить к нашему покойному директору неограниченный прямой доступ, русские добились избрания его почетным президентом МКМ. И там-то, во время сессий и заседаний, его разум был порабощен. Затем они поймали Тома Риддла, едва он отправился путешествовать. С ним поработали более вдумчиво, обучив кое-каким аспектам темнейшей магии и взяв его под свой полный контроль. К слову, крестраж он в школе не создавал. Потому как это очень долгий и весьма трудоемкий процесс. Но ментальные закладки позволили как ему самому, так и Альбусу Дамблдору утверждать обратное.       — То есть, ты, Гарри, хочешь сказать, что все наши приключения были режиссированы на Востоке?       — Честно, Гермиона, не знаю. Дамблдор тоже не был ангелом, да и личность его никто не переписывал. Просто были усилены одни чувства, например безгрешность и вседозволенность, и значительно ослаблены другие, такие как совестливость и здравый смысл. А вот Волдеморта русские держали под очень плотным контролем. Сначала это был куратор, а потом некромант-поводырь.       — Постой, я, кажется, догадываюсь кто это мог быть. Антонин Долохов!       — А вот и не угадала! Это были два разных человека — Игорь Каркаров и Питер Петтигрю!       — Но… они же оба погибли…       — Каркаров уж точно жив-здоров. Именно Игорь мне и поведал обо всем. Он работал с Волдемортом с середины шестидесятых и до самого его падения. А потом слил наиболее одиозных Пожирателей, добровольно сел на крючок Дамблдора и отправился покорять Дурмстранг, а заодно служить приманкой для затаившихся последователей Грин-де-Вальда, которые захотели бы выйти в свет европейской политики. К слову, с помощью Каркарова их поймали или ликвидировали более трех десятков. Затем он инсценировал свою смерть и отошел в сторонку. В дело вступил некромант Петр Пелерин.       — Он же Петтигрю, я правильно поняла? Постой, так он учился в Хогвартсе?!       — Ничего подобного. Петтигрю поймали в конце восьмидесятых и поработили его, а может даже и убили. Иначе как объяснить целый ряд странностей, связанных с этим персонажем? Окончательная замена одного мага другим, если она вообще имела место быть, произошла на кладбище, когда воскрешали Волдерморта. Главная цель — клеймение и дискредитация всех наследников благородных родов. Потом Пелерин тоже инсценировал свою смерть и отошел в сторонку. Дамблдор был ликвидирован по причине своей возросшей одиозности. Да и в нем русские просто перестали нуждаться.       — А мы…       — А нас уже никто не контролировал, мы выросли слишком понятными и предсказуемыми, чтобы постепенно самостоятельно уничтожить само понятие — Магия. Британия — это остров и тутошние глобальные магические проблемы на континенте практически не отражаются. Относительно мирный разгром Магической Великобритании как таковой показал всему миру мощь и возможности русских. Мы же постепенно становимся историей.       В кабинете наступила зловещая тишина.