Шерлок. Немного другая история.

- Ты сказать нам, что вы задумать! - Мы тебя убить, если ты молчать! - Все хорошо, девочка. Держись. - Из-за того, что ты получила травму... Ты больше не можешь служить. Завтра ты отправишься домой. - Черт! На нас отправили ракету. НЕТ! Резко открыла глаза. Загнано дыша, оглядываюсь. В глазах мутно, но я вижу потолок своей съемной квартиры. Падаю на подушку, прикрыв глаза. Это никогда не закончится. По щеке скатилась слеза. Полгода на гражданке, а я уже хочу приложить дуло к виску. Это тяжело. Очень тяжело. Я не спала остаток ночи. Сидела на кровати и смотрела в стену. Это помогает на пару часов. Ты внимательно разглядываешь своим глазом стену, замечая либо маленькую трещинку или неровность, которую сложно заметить. Калека... Я калека. - Оля, - темнокожая мозгоправка неумело произнесла мое имя, - Ты солдат и уже пол года живешь не на войне. Ты должна привыкнуть к мирной жизни и забыть про шрамы. - она указала мне на мою щеку с левой стороны, - Я рада, что ты больше не скрываешь это, но... - Не возможно забыть о том, что у тебя на видном месте. - спокойно ответила ей, - И я не хочу забывать о подобном. - Почему? - удивленно спросила она, чуть не выронив ручку. - Потому что только благодаря такому прошлому я стала собой. Идя по улицам оживленного Лондона, замечаю удивленные взгляды прохожих. Я не прячу шрамы. От уголка губ идет рваный шрам к виску, а глаз, что некогда был синим теперь белый. Даже зрачок побелел. У меня есть еще один шрам. Но я всегда прикрываю его бинтами и высоким воротом кофты. Шрам на шее, когда мне перерезали горло. Не состоявшийся убийца не дошел до артерии. Лузер. Возможно тогда бы я не мучилась. Я забежала в знакомую мне кондитерскую взяла парочку десертов и направилась домой. Уже восемь часов. Довольно темно. Я шла накинув капюшон на голову. Мимо пронеслась полицейская машина. Ничего особенного. Такое случается часто. Но за ней последовали сразу несколько полицейских. Такое я вижу впервые. Подойдя к месту сбора, хихикнула. Улица сияла как рождественская елка из-за сигналок полицейских машин. Полицейские метались около заброшенного дома, как ужаленные. Смотрится довольно забавно. Внимательно наблюдать за подобным. Они словно мужи, что кружат вокруг чего-то, но ничего седлать не могут. Мешает вымышленная преграда. Неожиданно из дома выскакивает высокий мужчина. На вид ему лет двадцать пять. Может старше. Бледная кожа, черные короткие кудри, одетый в черные брюки, черное пальто, на горле темный шарф. Он как-то быстро осмотрелся по сторонам и рванул по улице. Чего это с ним? На полицейского не похож, да и как-то странно на него они реагируют. Косо смотрели. Мимо проходили люди, не замечая меня. Это довольно хорошо. Я понаблюдала еще пару минут, но когда собралась уходить, то из дома вышел еще один мужчина. И я его очень хорошо знала. Не сильно высокий, среднего телосложения, опираясь на свою трость. Мой маленький спаситель. Он чуть ниже меня. Доктор Джон Ватсон. Он держится, но все равно там где идет война. Не та, что в Афганистане, но здесь намного хуже. Там убивали за мир, а здесь ради потехи. Я резко развернулась и быстрым шагом пошла домой. Война не отпустит нас. Никогда. Она будет продолжать преследовать тебя, даже сейчас. В мирное время. На мирной земле. Десерты в холодильник, а я села в кресло, смотря в щель между штор в окно. Напротив стоит журнальный столик, а на нем стопкой несколько газет, которые принесла миссис Тревор. Глаза слипаются, я устала за день, но я стараюсь не уснуть. Не потому что я сижу в кресле и в одежде. Я не хочу снова видеть свое прошлое, слышать выстрелы и взрывы. Видеть... Мою мысль прерывает стук в дверь. На часах двенадцать ночи. Соседей у меня нет, а хозяйка дома не будет меня беспокоить в такое время. Я покосилась на дверь. Показалось? Но стук повторился. - Мисс Соколова, это полиция. Откройте. Открываю двери. Передо мной стоит мужчина в темно-зелёном пальто и изношенных брюках, хотя это и не совсем заметно. Седой, темные глаза, недельная щетина. - Здравствуйте. - я вскинула бровь, - Что-то нужно? - Инспектор Лестрейд. Да. Вы должны проехать с нами. - он немного нервничал. - Причина? - спокойно его спрашиваю, открывая двери, чтобы показать ему свои действия. Я прошла в комнату и взяла свои документы. - Вы обвиняетесь в убийстве четырех человек. Я чуть не выронила куртку, что держала вы руках. Я кашлянула и посмотрела на мужчину. Я была в шоке. Одев куртку, вышла за инспектором. Миссис Тревор стояла в дверях, что вели на улицу и качала головой, говоря что-то полицейским. Я услышала лишь обрывки фраз. Она говорила: "Девочка, невиновна." Сидеть в наручниках в камере... Да уж, такого я еще не проходила. Мимо сновали сотрудники полиции и частенько задерживали взгляд на моем лице. Тогда я переводила взгляд на них и они уходили. - Эй, девочка. - в камере напротив, оперевшись на решетку, стоял бугай. Шкаф купе, как бы сказали на моей родине. Темный, с выкрашенными в желтый цвет волосами, в серой майке и черных джинсах. На казанках содрана кожа в кровь, разбитая губа и ссадина на виске. Очевидно попал за драку, - А тебя за что? - Сказали, что я убийца. - пожала плечами и положила руки на решетку, - А ты? - Да указал одному чморю место. Я была права. неожиданно передо мной возник полицейский. - Отойти он решетки. - он ударил дубинкой по прутьям и я отошла, подняв руки в примирительном жесте. В каком позволяли мне наручники, - Сейчас я открою камеры и ты выйдешь. Только без глупостей. Все равно не уйдешь. Поверь мне, парень, уйду и усилий прилагать не надо. Меня долго вели коридорами под конвоем из четырех полицейских. Я мельком оглядывала стены, окна, предполагаемые выходы. Наконец меня привели в комнату для допросов. Знакомое огромное зеркало, стол и два стула, что стояли напротив друг друга. Я покачала головой и плюхнулась на стул, откинувшись на спинку. Смотрю вперед, иногда разминая шею и дергая плечом. Ненавижу, когда на меня пристально смотрят. Наконец дверь открывается и я вижу на пороге кудрявого, высокого мужчину в черном костюме, белая рубашка, несколько верхних пуговиц расстёгнуты. Испытывает признаки удушья. Такое случается если его душили, если была астма или употребление наркотиков. Он внимательно посмотрел на меня, но выражение лица так и осталось спокойным. В глазах, что меняли цвет тоже источали равнодушие. - Ольга Соколова, - кивает он и садится напротив. Снова не правильно произнесли имя, поэтому я немного сморщилась, - Не понравилось, что я не так произнес имя. - не вопрос утверждение, - Афганистан или Ирак? - Простите. - удивленно посмотрела на него, - Вы решили поиздеваться? В моем деле все написано. - Я не читал его. - спокойно ответил он, - Я прибыл пару минут назад и сразу отправился сюда. - А зря. Довольно интересное чтиво. - усмехнулась я. - Так где служила? - Афганистан. Разведка. - Как ты получила эти шрамы? - продолжил он допрос. Он говорил спокойно, уверено, ни один мускул не дернулся на его плече. Только глаза смотрели заинтересованно. - Я пробыла в плену и врага чуть больше месяца. - отвечаю ему, прикрыв глаза и глубоко задышала. Паника... Нельзя... - Прекратите допрос! - слышу мужской голос из-за двери. - Меня пытали, били, вырывали ногти, резали лицо... Дверь открылась и сильно хромая, зашел Джон. Я быстро глянула на него и снова закрыла глаза. - Выйдите. - сказал Джон. - Но... - Холмс, выйди! - Джон подошел ко мне и положил руку на плечо, - Оля, открой глаза, не смей уходить в себя. Слышишь? Оля, ты в Лондоне. Я сжала руки в кулаки. Голос Джона доносился будто через вату. Приглашено, но я его слышала. Делаю глубокий вдох, за ним еще один и открываю глаза. Джон сидел напротив меня, держа меня за руки. Я дышу медленнее, киваю Джону. -тВсе нормально. - оттягиваю ворот кофты. Шрам на шее начал болеть, - Все нормально. Меня снова увели в камеру, но на этот раз без наручников. Парня напротив уже выпустили и тот радостный пожелал мне удачи. Спустя час, когда я уже полностью пришла в себя, ко мне подошел инспектор Лестрейд и сообщил, что с меня обвинения сняты. Выходила я под тихие шепотки полицейских. На пороге участка меня ждал Джон. - Наконец-то. - сказал он и подошел ко мне,-Привет. - я обняла друга и спрятала лицо у него на плече. Мои плечи мелко затряслись и я не выдержав всхлипнула, - Ну-ну, все хорошо. Все хорошо. Ты в безопасности. Ты в безопасности.