My Eddie

Было горячо. Веном знал, что смерть причинит боль, но жжение было самым ужасным чувством, которое он когда-либо испытывал. Хуже, чем звуки МРТ. Он знал, что умирать будет нелегко или неприятно, но видеть, как Эдди падает в безопасное место, того стоило. Услышать, как тот выкрикивает его имя, как только понял, что делает симбиот, того стоило, потому что это означало, что, хотя он умрет, он умрет за кого-то, кто заботился о нем, хотя бы немного. Веном умирал не ради Земли, не ради Энн, но ради Эдди, его хозяина, его друга, его лю… он защищал Эдди, как мог. Огонь сжигал его большими кусками, и симбиот кричал, но не закрывал глаза. Последнее, что хотел видеть Веном, был его Эдди. Переход от обжигающего огня к ледяной воде был ошеломляющим. Его осталось так мало, он знал, что долго не протянет. Нет хозяина, чтобы держать его в безопасности, нет Эдди, чтобы поговорить и рассказать ему, как он заботится о нем. Они были неудачниками, а неудачники должны держаться вместе. Веном не хотел умирать в одиночестве. Он спас людей и своего человека, мог бы он получить хотя бы немного комфорта? Он не хотел умирать в одиночестве на дне залива. По крайней мере, Эдди был в порядке, это единственное, что действительно имело значение. Веном медленно начал опускаться под волны. Он будет скучать по картофельным шарикам почти также сильно, как он будет скучать по Эдди. Эдди, Эдди, Эдди… Симбиот почувствовал внезапную боль, когда его вытащили из воды. Он был слишком слаб, чтобы увидеть, кто это, но он знал. Эдди. Веном понимал, что чувствует те руки, в которых он был в течение последней недели, знал каждую мозоль и шрам на них. Эдди. Его Эдди. Медленно он был вытащен на теплую, влажную грудь Эдди Брока и прижат к ней. Венома едва хватало, чтобы влезть в руку Эдди, он чувствовал себя таким маленьким и слабым. Он пролез внутрь с той энергией, что у него осталась. Его желание было исполнено: он не умрет в одиночестве, у него был Эдди. Его Эдди. Долгое время Эдди не убирал руку с груди, где чувствовал присутствие Венома. Через связь он чувствовал, насколько слабым был симбиот, сколько боли тот испытывал. Брока от этого передернуло. Симбиот был теперь так мал, едва ли размером с котенка, и Эдди не был уверен, выживет ли он, но, черт возьми, он не позволит ему умереть в одиночестве, тот заслуживает лучшего. Оказавшись в квартире, Эдди закрыл дверь. Чтобы хоть как-то починить ее, ему понадобилось много изоленты и кухонный стул. Место было разрушено, но это не имело значения, только маленькая жизнь в его груди. Он не знал, как вылечить Венома, поэтому он делал все, что мог — ел. Веном всегда был голоден. Эдди ел все и как можно больше, после чего лег на кровать. Его рука вернулась на свое место на грудь, продолжая следить за пришельцем. Он прошептал слова благодарности и утешения, но никакого ответа, только боль, которую испытывал Веном. — Продолжай бороться, приятель. Я только вернул тебя, мы оба должны сказать «спасибо» Энн за наше спасение. По-прежнему никакой реакции, только агония.

***

Три дня. Три дня разговоров с копами, разговор с его старым боссом, с Энн и Дэном и три дня молчания от Венома. Единственная личность, которую он хотел услышать, была тихой и спокойной, как мертвец. Только боль через связь позволяла Эдди понять, что тот еще жив. Эдди ел столько, сколько мог, не зная, поможет это или нет, но это все, что он мог сделать. Как и слова о том, как сильно он скучает по симбиоту. Веном язвил каждый раз, когда он становился сентиментальным, но сейчас единственной реакцией по-прежнему оставалось молчание. В ночь на четвертый безмолвный день Эдди прижал руку к груди напротив Венома, давая тому понять, что он рядом. На этот раз он что-то почувствовал. По-прежнему боль и агония, однако в один момент он почувствовал толчок изнутри. Это было странно, но Эдди был благодарен за это. — Я скучал по тебе. Что я могу сделать, чтобы помочь тебе? Веном? Снова тишина. Вздохнув, Эдди уснул. Он, должно быть, проспал всего несколько часов, когда ночной кошмар разбудил его. Эдди был прикован к небольшой коробке. Его тыкали, разрывали люди в лабораторных халатах, отрубали от него кусочки, игнорируя крики. Затем пожар. Красный, горящий огонь сжигал его заживо, и никто не помогал ему… Это был сон Венома, а не Эдди, он все еще чувствовал, как тот дрожит и дергается у него в груди, и Брок не хотел ничего больше, чем обнять его. Поэтому он сделал лучшее, что мог в сложившейся ситуации: сел и обхватил себя руками за грудь. — Все хорошо, Ви, ты рядом со мной. Это просто кошмар. Он все еще чувствовал панику и агонию симбиота, но когда Эдди начал раскачиваться в кровати, как будто убаюкивая, стало лучше. Слов не было, однако он почувствовал, как Веном прижался к груди, как будто говоря: «Я проснулся». Он снова затих. Эдди знал, что это движение причинило ему сильную боль. — Я хотел бы забрать твою боль. Я не знаю, как помочь тебе. Пожалуйста, будь в порядке. По-прежнему тишина, прежде чем небольшое давление на грудь исчезло. Веном снова заснул.

***

Дни превратились в недели, и когда вторая неделя закончилась, Эдди задумался о том, что с Веномом когда-нибудь снова все будет в порядке. Это произошло после обеда. Эдди смотрел телевизор, в основном новости, когда услышал голос, по которому так долго скучал. — Эдди…? Это был все еще голос Венома, но ему не хватало привычной глубины. Это было слабое, болезненное звучание. — Эдди…? — Веном! Я не думал, что снова услышу тебя. Ты чертовски меня напугал, — сказал Эдди, потирая пятно на груди, как будто пытаясь погладить самого Венома. — Больно, Эдди, мне больно…— его голос дрожал, Эдди мог слышать это и ощущать боль через их связь. Симбиоты могут плакать? Он задумался, потому что это звучало так, будто Веном плачет от боли. — Я знаю, знаю, что тебе больно, я чувствую это. Как тебе помочь? Я хочу помочь тебе, — произнес Эдди, после чего Веном снова замер и затих. Эдди почувствовал, как его накрыла волна боли. Веном был ранен, потому что хотел спасти его, спасти Землю, и теперь он страдал из-за этого. Эдди хотелось плакать, он не хотел, чтобы его друг страдал, его симбиот не должен испытывать такую боль. Они победили, спасли мир. Разве справедливо, что Веному приходится так страдать? — Жизнь несправедлива, Эдди… но нам просто хотелось быть с тобой. Мы не можем сделать тебя снова сильным, мы слабы, нам больно… ты все еще желаешь нас? Его голос был пронизан страхом, Эдди ненавидел то, как он звучит. Так не должно было случиться. — Да, я все еще хочу. Мы одна команда, я никогда не брошу тебя. Что я могу сделать, чтобы помочь тебе? — Отдых. Это Эдди и сделал. После того, как все было улажено с Фондом жизни, он ушел с очень большой суммой денег за все свои проблемы. Ему не придется долгое время беспокоиться о работе, поэтому он отдыхал в новом, собственном доме. В нем почти ничего не было, только самое необходимое, но Эдди не хотел слишком многого без Венома… это должен быть их дом. Однако Веном был тихим, а его кошмары громкими. Но стоило Эдди отдохнуть, как очень скоро он почувствовал, что симбиот становится сильнее. Месяц спустя, и почти два месяца после вылова Венома из бухты, Эдди, наконец, почувствовал, что боль начинает ослабевать. Веному становилось лучше. Лежа в постели, Эдди наслаждался утренним солнцем. Еще рано, ему не нужно никуда идти. Кошмары Венома не давали ему уснуть. Веном мало говорил и никогда не упоминал о них. В основном он подавал голос, если был голоден, или чтобы попросить Эдди перестать так много двигаться. Он никогда не говорил о кошмарах и после той первой ночи никогда не упоминал о том, что ему больно, но Эдди мог это чувствовать. — Эдди?— раздался голос Венома, и журналист улыбнулся. Он утешительно положил руку на грудь. — Голоден, малыш? — спросил он, после чего почувствовал отрицательный ответ. — Ты сказал, что не бросишь нас…— начал Веном, и Брок нахмурился. С чего бы такой разговор? — Правильно, я никуда не уйду, — сказал ему Эдди, но чувствовал сомнение, исходящее от симбиота. — Ты бросил нас… я умирал в той комнате, и ты оставил меня… я не хотел причинить тебе боль или убить тебя, тот человек солгал. Пожалуйста, не оставляй меня снова, Эдди. У меня никого нет. Ни моего вида, ни людей, только ты. Ты единственный, кому важно, чтобы... — Веном был прерван Эдди, который резко сел. — Я не оставлю тебя. Раньше я боялся, не знал, что происходит, ты пугал меня. Теперь я знаю, что нам хорошо вместе. Я не брошу тебя. Я почувствовал такое облегчение, когда ты вернулся. В тот момент, когда я вышел из больницы, то понял, что напортачил, что нуждаюсь в тебе. Я совершил ошибку и теперь, когда ты снова со мной, я никогда не уйду. Хорошо? Эдди знал, что Веном может чувствовать его эмоции, и надеялся, что тот его поймет. — Хорошо, Эдди. Снова тишина. Эдди почувствовал давление в груди, но на этот раз Веном появился, маленький и все еще испытывающий сильную боль. Теперь он был немного больше, чем кошка. — Эй, давно не виделись… — Веном не мог удержаться и опустился Эдди на грудь, как длинная черная змея. Протягивая руку, Эдди не решался прикоснуться к нему, что было ему чуждо раньше, однако теперь он боялся причинить ему еще больший вред. Он осторожно провел пальцами по Веному и почти услышал его мурлыканье. — Я не хотел спасать людей или Землю, я только хотел спасти тебя, Эдди, мой Эдди, — Веном наклонился к ласкам, не имея сил подняться навстречу руке. — Я знаю, Веном. Я чувствовал это, но ты все равно всех спас. Ты герой. Мой герой. Я не оставлю тебя, — сказал он, поглаживая симбиота. — Я поврежден, Эдди, мне больно. Все, что люди делали со мной, что Риот делал со мной, все оставило боль… Ты можешь остановить это, Эдди, пожалуйста? — голос Венома был едва слышен, но для него это было все равно что кричать. Боль, которую тот испытывал, и этой обиды было достаточно, чтобы на глазах Эдди выступили слезы. — Я знаю, детка, знаю, иди сюда, — подхватив Венома на руки, он прижал его к себе. Он погладил Венома и нежно, как только мог, потерся о него. — Я рядом, с тобой больше ничего не случится. Со мной ты в безопасности. Он поцеловал макушку головы Венома, и симбиот опустил голову под его подбородок. Эдди чувствовал, как тот дрожит и вздрагивает, и на секунду задумался, не причинил ли он ему еще больше боли. Затем он почувствовал это... Веном плакал. — Все в порядке, любовь моя, все хорошо, — прошептал он слова утешения, которые мог. Веном засыпал в его объятиях. Эдди вытер слезы с его глаз рукавом своей ночной рубашки. Он не хотел, чтобы Веном снова плакал. Это ранило его сердце гораздо сильнее, чем все, что он когда-либо испытывал прежде.

***

Пять месяцев спустя. — ЭДДИ!!! Мы хотим больше шоколада, — жаловался Веном, его голос теперь был таким же громким и сильным, как и присутствие в голове Эдди, и тот был рад этому. — У тебя было три коробки шоколада, и ты даже не поделился. Они обнаружили, что шоколад помогает симбиоту восстановиться, и три коробки в день были для них нормой. — Ты растолстеешь, если будешь продолжать в том же духе… я растолстею, — он чувствовал, как Веном смеется в его голове. Какой приятный звук. — Ты будешь моим толстяком, Эдди… так что дай мне еще шоколада! Смилостивившись, Эдди дал ему еще одну маленькую коробку конфет. Веном взял их жадными щупальцами и засунул в рот, издавая при этом довольные звуки. Одно щупальце протянуло Эдди кусочек, тот открыл рот, чтобы поймать его, когда Веном бросил лакомство. Протянув руку, он схватил щупальце и поднес его, чтобы поцеловать. Он чувствовал Венома, а также слышал его довольное урчание. — Спасибо, Ви. Как ты, кстати, себя чувствуешь? Похоже, что у тебя сегодня хороший день? — спросил Эдди. Веном кивнул головой, положив ее ему на плечо. — Хороший день, больно лишь немного, шоколад помогает… Поцелуи тоже ,— он уткнулся носом в голову Эдди и получил в награду поцелуй. — Смотри, мне стало лучше! Почти так же хорошо, как и раньше. — Ты выглядишь намного лучше, любовь моя, — сказал Эдди и с любовью погладил симбиота. Не было необходимости в словах, они оба знали, что чувствовали. — Я люблю тебя, ты знаешь это? Я рад, что ты со мной. Я люблю тебя, Веном, — но иногда сказанные слова могут помочь больше, чем просто знать их. Веном промурлыкал в шею своего человека, — я люблю тебя, Эдди, мой Эдди. — Правильно, твой Эдди, а ты мой Веном, — он снова поцеловал его, довольный и счастливый. Он надеялся, что Веном скоро вернется к своей полной силе, но даже если этого никогда не случится, Эдди все равно будет любить его. Они были частью друг друга, и Эдди любил его.