Серый

— Доброе утро, — поздоровался Марзу, догнав меня на дорожке, ведущей на кухню. — Здоров, — буркнул я из-под шарфа, намотанного до самого носа. — Холодно сегодня. — Ага, — кивнул я. Перед выходом как раз проверял температуру, раздумывая как одеться. Плюс четыре. Не самый тёплый день, но, как-никак, стоял конец ноября. Мы зашли в просторную одноэтажную постройку, давно сменившую наш летний шатёр. Общая кухня, оправдав своё существование, так и осталась на старом месте, подняв кирпичные стены. Внутри было тепло и аппетитно пахло. Рот тут же наполнился слюной и я, повесив тёплую куртку на крючок при входе, поспешил к столу раздачи. Время было раннее, но дел, как обычно, невпроворот и, судя по суетившимся вокруг людям, не у меня одного. Встал в очередь и стал выглядывать из-за плеча впереди идущего, что взять на завтрак. — Запеканка неплохо выглядит, — протянул Марзу, занятый тем же. — Возьму блинчики. — Где они? — Вон, на краю стола. За вареньем. Немного, но успеем. Я наполнял тарелку, чувствуя, как желудок сосёт волчий аппетит. Кайли пошёл восьмой месяц, и мои формы вернулись в норму — я снова стал тощим глистом. Но жрать хотелось жесть как, и я себе не отказывал. Стал выползать из своего убежища, оставляя малыша на омегу Адрона, Пауля. Бета со своей семьёй перебрался на третий этаж — я подсуетился. Омега занимался домом и двумя детьми, четырёх и шести лет. Кайли вроде был им не в тягость. — Сядем вместе? — возник рядом Марзу, кивая на пустовавший стол, когда я замер с полным подносом, осматриваясь. Раздумывать было некогда — кухня быстро заполнялась, и мы поспешили упасть на стулья. — Как у тебя дела? Как Кайли? — Работы дурОм. С Кайли никаких проблем. Он спит или таращится на звёзды из фольги. Повесил над кроваткой на нитку, и они крутятся туда-сюда без остановки. Прямо гипноз. — У моего племянника было что-то похожее, только тучки вместо звёзд, — улыбнулся Марзу, и я без труда понял на что велись омеги «Метки». Помимо того, что Марзу был умён и достаточно обходителен для нашей братии, он обладал природным обаянием. К тому же, приятная внешность: каштановые волосы чуть вьются, темно-карие, почти чёрные глаза и широкая выразительная улыбка, которую не портила даже щетина. Я давно сообразил, что Марзу редко бреется не из лени, как многие, а потому что так его лицо выглядело мужественнее. Занимая ступень сразу за Дитером, альфа понимал, что должен был соответствовать некоторым представлениям, и миловидная рожа здесь не слишком помогала. Мы жевали и болтали о пустяках, как обычно в последнее время, всё чаще садясь вместе. Просто так совпадало, что мы сталкивались на подходе к кухне и приходили одновременно. Краем глаза, не прерывая разговор и не глядя напрямик, я заметил возникшего в дверях Дитера. Тот сбросил вещи и двинулся вглубь зала. Заметил нас, чуть замешкался, но недостаточно долго, чтобы кто-нибудь заметил или придал этому значения. Он занял свой стол в дальнем углу — оттуда прекрасно просматривалось всё помещение. Приближённые могли поесть с ним за компанию или пожевать ещё где. Никаких строгих правил на этот счёт не существовало. Скоро рядом с ним оказались Торед, Крент, Тирм, последним — заспанный и вечно недовольный с утра — присоединился Эб. Я и не думал смотреть в сторону стола, но улыбался Марзу чуть дольше, чем мог бы, и кивал немного охотнее, чем обычно. Закончив завтрак, мы отнесли подносы, взяли вещи и вышли, разбежавшись каждый по своим делам уже за порогом.

***

В дверь постучали. На часах было около девяти вечера, и это мог быть только Дитер. Он по обыкновению заглянул к Кайли. — Привет, — бросил я, осторожно прикрывая дверь, чтобы та не слишком скрипела. — Не шуми, Кайли спит. Я уложил его часа пол назад. — Ладно. Из глубины квартиры, из кухни, послышался шум. Дитер помедлил идти прямиком в спальню. — Ты не один? — Нет. Мы с Марзу ломаем голову, как бы усложнить жизнь твоим недругам. — То есть? — Особо одарённые переписываются теперь по старинке, избегая сети — поняли, что мы так пасём. Пишут письма и шлют друг другу обычной почтой. Адреса, понятно, принадлежат мелким сошкам вокруг. Они же, как правило, ходят на почту. — Почему ты не сказал? — Мы только на этой неделе перехватили первое письмо. Дитер сжал губы, растянув в тонкую полоску. Это выражение я хорошо знал: «снова ты юлишь и утаиваешь». — Мы — это ты и Марзу? И не дожидаясь ответа, двинулся на кухню. Альфы поздоровались, и я поспешил предупредить Марзу о том, что секунды назад рассказал Дитеру. Тот кивал, а после сунул Дитеру бумажку. — Набранное, — пробежал он глазами послание. — Да уж, не от руки. Видимо тот, кто их составляет, не делится с подручными, иначе мы бы смотрели на каракули. Дитер согласно кивнул. — Думаем запечатать обратно и отправить по адресу. Пусть общаются под нашим наблюдением, а заодно вычислим всю сеть, если она уже оформилась, — делился планами Марзу. — Прищучим, если запахнет жареным. — Пойдёт. Смысла нет сливать такой хороший источник. В следующий раз придумают что посложнее, — согласился Дитер и поднял взгляд на нас. Мы с Марзу кивнули одновременно. На лице Дитера скользнула едва заметная тень и исчезла. — Впредь докладывайте, чуть что, — потребовал он жёстче, отложил письмо в сторону и отправился в спальню к Кайли. Дитер провёл у меня больше времени, чем обычно. Я проводил Марзу, закрыл за альфой дверь и обернулся, собираясь присоединиться к Дитеру. — Блядь, — тихо выругался я. — Ненавижу, когда ты вот так подкрадываешься. Дитер пожал плечами, не посчитав нужным извиниться. Спросил, не надо ли чего, и ушёл. Вот же. С того дня я никогда не мог угадать, когда нагрянет Дитер. Если раньше он стабильно являлся по утрам около десяти, то теперь мог заглянуть и в шесть. Об остальном времени и говорить нечего. Его появления стали как снег на голову. Но я ни разу не высказал претензии.

***

Моя течка должна была прийти на новогодние праздники, и мне стоило тщательно пораскинуть мозгами, прежде чем решить, как поступить. Возможность была идеальной. Завтра намечалась шумная вечеринка. Все только и делали, что трещали об этом без умолку весь последний месяц. Особенно омеги. Складывалось ощущение, что грядёт новая революция. И, по чистому совпадению, это был последний день перед тем, как меня закроют на этаже омег — последнем этаже трёхэтажки, выделенном слабому полу вместо подвала на бывшей базе. Я успевал на вечеринку и должен был собрать манатки утром первого января. Вчера, когда Дитер заглянул к Кайли, он сказал, что мне лучше пропустить праздник. Да и ребёнка не с кем было оставить. Я обрадовал его осторожно, что вообще-то уже договорился с Паулем, что посижу с детьми до полуночи, а потом они с Адроном меня сменят. Альфа скрипнул зубами и ушёл ни с чем. Я видел, как ему хотелось оттащить меня за шкирку в омежье крыло немедленно и закрыть там вместе с Эбом. Омегу накрыло накануне утром, сразу после завтрака. Течка пришла раньше намеченного. Хорошо, что он оказался среди десятков своих и ему помогли добраться до места, где он будет заперт в течение трёх дней, и выйдет на волю как раз в утро после нового года. Я не был мстительным. А может, и был. Но это Эб запретил трепаться Дитеру о том, что у меня начались схватки. Натан всё разузнал и давно донёс. Я выжидал момента, когда верну подлянку уже остывшей, а когда понял, что наши течки придутся приблизительно на одно время, то всё встало на свои места. Пока я буду осуществлять задуманное, Эб не станет мешаться под ногами. Пусть Дитер ни разу и не согласился провести с ним течку, пока я следил за малышом и приходил в себя, Эб мог превратиться в помеху. А так — пара таблеток в кофе и дело с концом. Хотя было непросто подловить того у стола раздачи, пришлось следить по камерам. Затем оказаться рядом в нужный момент и уронить в чашку лекарство. Итак, всё складывалось неплохо. Эб отрезан. Дитеру не нравится, что я двигаю на праздник, а значит, он станет присматривать за мной. Он вообще пристально наблюдал за мной, пусть и без камер, да и его «совет» не совать нос на вечеринку говорил сам за себя. Но до дня икс у меня было намечено ещё одно важное дело. Прежде всего, появившись на завтраке, я не удивился, обнаружив рядом Марзу. — Да, кстати, — достаточно отчётливо произнёс я, когда мы двигались в очереди за едой. — Насчёт твоего приглашения завтра. — Я был готов поклясться, что вокруг стало немного тише. — Извини, но нет. Не получится. Я приду после полуночи — договорился с Адроном. Нечего тебе скучать одному. Да и утром меня закроют, ты же знаешь. — Понял, — легко принял мой отказ Марзу. — Но пригласить я уже всё равно никого не успею, так что увидимся. Может, ты ещё передумаешь, — подмигнул он. Вот же лис! — подумал я с восхищением, признавая, что не существовало ответа лучше. Для меня. И для него. Дальше сплетня о нашем разговоре докатится до ушей Дитера. По-любому, никто не скажет ему напрямик, но наши омеги найдут способ, как почесать языки ровно на таком расстоянии, чтобы Дитер всё знал. «Оказывается, его правая рука крутил шашни с папой его ребёнка! И даже пригласил на праздник. То-то он давно ошивался вокруг Рейна. Наверняка замышляет что-то, ведь омега, пусть и не тупой, но такой невзрачный…» — вещал Натан на следующее утро — утро перед вечеринкой, взахлёб. Сначала парень отказывался, проникнувшись ко мне уважением и не желая делиться вроде как гадостями, но когда я буквально вынудил его раскрыть рот, он не мог остановиться. Родиться бы ему омегой. Теперь я был уверен, что Дитер всё знает. Весь день я провёл слегка нервничая, уже не говоря о том, что новые шмотки, купленные вчера, меня скорее раздражали, чем прибавляли уверенности. Я не привык прихорашиваться, но пришлось привести себя в приемлемый вид. Остальное должен был сделать за меня запах. Алкоголь. Марзу. И Дитер.