Охота вне времени.

Ярко… Невероятно яркий свет ослеплял. Сэм прикрыл рукой начавшие слезиться и болеть глаза, давая им привыкнуть. Он стоял в дверях синей будки, попеременно глядя то на Доктора, то на представший перед ними пейзаж, сильно смахивавший на кадр из «Пятого элемента». Но это было только первое впечатление, ведь фильм не шел ни в какое сравнение с увиденным. Буйство красок, мерцающие огни вывесок, хрупкие, прозрачные здания с мощными металлическими скелетами, причудливо изгибающиеся многоуровневые мосты – всё это казалось плодом больного воображения, но никак не реальным городом. - Где это мы? – Сэм неуверенно повернулся к своему новому знакомому, смотревшему на чудо за дверью с самым будничным выражением лица. Доктор улыбнулся уголком рта и, поправив бабочку, с деланной торжественностью сказал: "Добро пожаловать в Нью-Йорк сорок второго столетия!" - Ты… Она… это как в «Назад в будущее»! – Сэм ткнул пальцем в будку и всё-таки решился выйти наружу. Повелитель времени на это замечание лишь тихо хмыкнул и последовал за охотником. *** Улица встретила их громким шумом, толпой и бесконечными гудками пролетающих над головами людей машин. Повсюду горели экраны с рекламой, настойчиво предлагающей купить странные и непонятные Сэму вещи. Доктор давно ушел вперед, и младшему Винчестеру пришлось перестать глазеть по сторонам и поднажать, чтобы догнать его. В конце концов , тот сжалился над охотником и, поравнявшись с ним, ухватил его за предплечье. Но тут с оглушительным щелчком всё погрузилось в непроглядную тьму. Исчезли рекламы, погасли фонари и окна. Только страшно огромная Луна, да застывшие фары автомобилей слабо освещали замершую людскую реку внизу. Несколько минут прошли в абсолютном напряжении и тишине. Казалось, города больше не существовало вовсе, будто он растворился в молчании. Вдруг экраны, пойдя сильными помехами, зажглись. На толпу со всех сторон взирало одно и то же суровое лицо, пронизывая каждого тяжелым взглядом каре-зелёных глаз. Страшное долгое молчание разрушил удивлённый возглас Сэма, прозвучавший особенно громко. - Дин?!